Михаил Тухачевский. Портрет на фоне эпохи - Юлия Зораховна Кантор

капиталиста, казарма сделалась школой революции, школой защиты ее, она сделалась трудовой школой коммунизма… В старой армии и гарнизонная служба считалась лучшим средством для развития в солдате чувства долга, находчивости, решительности и дисциплины. При правильной постановке дела это и в Красной Армии будет играть столь же выдающуюся роль… Надо только ставить военно-воспитательные задачи, пояснять причины голода и холода, и гарнизонная служба будет вести Красную Армию не к разложению, а к укреплению»100. И подробно останавливался на роли военных комиссаров в выполнении военно-воспитательных задач, отвергая двуначалие в армии и деление ее руководства на политическое и сугубо военное, настаивая на сосредоточении обеих этих функций в одном лице: «Органом, осуществляющим боевую подготовку Красной Армии в полном ее объеме, должен быть красный командир, единолично и всецело ответственный за подготовку своей части в общем духе подготовки и воспитания Красной Армии. Только таким образом можно добиться полной спайки командира с политическими задачами Рабоче-Крестьянской Красной Армии и с всесторонней военно-технической подготовкой навыков для движения войск на вероятную смерть во имя идей социалистической революции… Мы прекрасно знаем, что одна техническая подготовка войск не может обеспечить победы. Решающим элементом является дух войск… Институт военных комиссаров, очень многочисленный и до сих пор в полном объеме проводивший эту духовную политическую подготовку войск, конечно, должен занять в командном вопросе первенствующую роль… Итак, орган, осуществляющий подготовку Красной Армии, есть красный командный состав, в который и должен влиться и комиссарский состав»101. Как видно, Тухачевский без труда и очень органично вписался в систему идеологической риторики большевиков.

Вчерашний поручик-семеновец и нынешний комиссар-большевик Тухачевский прощался с бывшими «своими», чтобы отныне раз и навсегда стать своим у будущих хозяев страны. «Тухачевский завтракал у нас, во флигеле Семеновского полка… – вспоминала жена командира полка, Л. Бржозовская, много лет спустя, находясь в эмиграции. – Тухачевский произвел на меня самое отрадное и неизгладимое впечатление. Красивые лучистые глаза, чарующая улыбка, большая скромность и сдержанность. За завтраком муж шутил и пил за здоровье “Наполеона”, на что Тухачевский только улыбался. Сам он мало пил. После завтрака мой муж, я и еще несколько наших офицеров уехали провожать его на вокзал, так как он уезжал в Москву… мне почему-то казалось, что он способен стать “Героем”. Во всяком случае, он был выше толпы. Я редко ошибаюсь в людях, и мне было особенно тяжело, когда впоследствии я узнала, что он будто бы вполне искренне стал большевиком. […] я сказала ему, когда мы расставались: “Прощайте! Благословляю Вас на Великие Дела!”…Он поцеловал мне руку, посмотрел на меня искренним серьезным взглядом и сказал: “Постараюсь”»102. Он сдержал обещание.

«…В июне 1918 г. неожиданно к нам приехал военный, назвавший себя адъютантом Михаила Николаевича, – писала Елизавета Тухачевская. – Этот адъютант… рассказал нам, что Михаил Николаевич командует 1 Красной Армией. Он привез нам письмо и, по-моему, немного денег. После этого Михаил Николаевич больше не исчезал и всегда или писал, или давал о себе знать каким-нибудь другим способом. Помню, что вскоре мать ездила к нему в Инзу»103. То было начало большого пути. Гражданская война открыла Тухачевскому путь в «новый мир».

Глава 4

Гражданская: Два цвета времени

Мы мчались, мечтая постичь поскорей

Грамматику боя, язык батарей.

М. Светлов

Если взглянуть на «график» передвижения армий Тухачевского по России в 1918–1920 годах, можно поразиться этой лихорадочной жизни взахлеб: названия городов, имена белых генералов, бои, в основном победоносные, – рябящий калейдоскоп. Ни один из полководцев первых лет Советской власти не участвовал в таком количестве знаковых военных событий, ни один не укрепил новый политический строй столькими победами. Гражданская война была для него прежде всего возможностью самореализации. Карьера Тухачевского в Гражданскую войну началась с невиданного взлета – он сразу стал командующим армией. Для человека, не верящего в свою исключительность, это могло бы оказаться неподъемным испытанием.

Осень 1918 года – для РКП(б) самый, пожалуй, трудный период за всю Гражданскую войну. Красная армия контролировала не более V территории бывшей Российской империи. Остановились заводы, недовольство охватывало рабочих, убеждавшихся, что громкие обещания большевиков обернулись экономической разрухой и политическим диктатом. Крестьянство, роптавшее против продразверстки, переставало поддерживать новую власть. Представители различных партий – от эсеров до анархистов – призывали к решительной борьбе. Для подавления оппозиции большевики создали систему военизированных репрессивно-террористических органов. Кроме ВЧК, появились Войска вооруженной охраны Республики (ВОХР), Части особого назначения (ЧОН), продармия. Но у Советов не было боеспособной армии, без которой в условиях затяжной Гражданской войны власть бы они не удержали.

М.Н. Тухачевский. 1919.

[Семейный архив Н.А. Тухачевского]

В течение нескольких дней армией, существовавшей фактически только на бумаге, командовал бывший царский подпоручик А.И. Харченко, впоследствии перешедший к белым. 19 июня 1918 года Тухачевского направили на Восточный фронт, считавшийся в то время для советской власти первоочередным: «Предъявитель сего военный комиссар Московского района Михаил Николаевич Тухачевский командирован в распоряжение главкома Восточного фронта Муравьева для использования работ исключительной важности по организации и формированию Красной Армии в высшие войсковые соединения и командования ими»1. Тухачевскому было 25 лет.

По пути на фронт Тухачевский заехал к родным, в недавно оставленную чехословаками Пензу. Здесь он женился на Марии Игнатьевой – своей возлюбленной еще с гимназических времен. (Брак, правда, продолжался менее двух лет: при невыясненных обстоятельствах жена командарма покончила с собой.)

М.Н. Тухачевский с супругой Марией на станции Кротовка. 4 апреля 1919.

[ОГИКМ]

27 июня 1918 года Тухачевский из Казани, где располагался штаб фронта, прибыл на станцию Инза, чтобы вступить в должность командующего 1-й Революционной армией – которую ему еще предстояло сформировать из разрозненных отрядов. В тот же день он отправился в Симбирск, где встретился с руководителями большевиков И.М. Варейкисом и М.А. Тимовым, изложил обстановку на фронте, рассказав и о состоянии вверенной ему армии. Несколько часов спустя командарм-1 отдал первый приказ – обращение к красноармейцам, определившее его кредо в новой должности: «Напрячь все силы, чтобы раздавить контрреволюцию»2.

Для укомплектования войск Восточного фронта командным составом Тухачевский и глава симбирских коммунистов И.М. Варейкис издали приказ о мобилизации офицеров бывшей царской армии. Он был опубликован 4 июля 1918 года и с этого же момента вступал в силу:

«Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика переживает тяжелые дни. Долг каждого русского гражданина – взяться за оружие. Для создания боеспособной