«Если», 2015 № 03 - Артем Желтов

Чистое развлечение

Далеко не всегда образ робота был востребован на экране для того, чтобы с его помощью сказать зрителю Нечто Важное. Самая знаменитая парочка дроидов в кино — Р2Д2 и Ц-ЗРО из «Звездных войн» — типичный пример комического дуэта, этаких Пата и Паташона галактической эры. Хоть они и играют заметную роль в сюжете, их главная функция — смешить и забавлять зрителя.

Комический дуэт R2-D2 и С-ЗРО стал визитной карточкой саги «Звездные войны»

Соответственно, робот Бендер из «Футурамы» — дебошир, пьяница и клептоман — послан нам не в качестве предупреждения о возможности пагубного пути, по которому может пойти робототехника, а как неиссякаемый источник сатирических гэгов и пародий на клише научной фантастики.

«Футурама»: робот Бендер считает себя мексиканцем, ибо его собрали в Тихуэне

Да чего там далеко ходить: кинофраншиза «Трансформеры», несмотря на весь свой громокипящий пафос, снимается просто потому, что автоботы и десептиконы красиво смотрятся в кадре, превращаясь в крутые тачки и разнося друг друга на шестеренки. Ну и для того, чтоб соответствующие игрушки продавать, знамо дело.

Как говорится, иногда огурец, увиденный во сне, — это всего лишь огурец. А робот, увиденный в кино, — всего лишь робот, эффектный образ без какой-либо дополнительной смысловой нагрузки.

Бесконечная война

Говоря о «Трансформерах», нельзя не заметить: войны роботов — одна из «вечнозеленых» тем в кинематографе. Особенно гигантских человекообразных меха (обычно пилотируемых), мода на которых пошла из Японии. Там ввиду господства анималистической религии синто при кланово-феодальной структуре отношений роботы нечасто задумывались о бунте, а заняли место могучих духов и верных вассалов, их же исполинские размеры и феноменальная огневая мощь, похоже, явились результатом некоторой психологической компенсации за разгром во Второй мировой войне.

«Трансформеры»: Оптимус Прайм, могучий и справедливый лидер фракции автоботов

Бесчисленные «Грендайзеры», «Гандамы», «Евангелионы» и прочие аниме-меха-сериалы постепенно завоевали весь мир, дав жизнь ряду голливудских подражаний — как второсортных («Робот Джоке», 1989; «Войны роботов», 1993), так и весьма качественных («Тихоокеанский рубеле», 2013). Однако, положа руку на сердце, идея огромной антропоморфной боевой машины-шагохода слишком абсурдна и непрактична, чтобы принимать ее всерьез. Ближе всего к реальности не эти гротескные титаны, похожие на рыцарей в доспехах, а беспилотные дроны-файтеры, управляемые кибермозгом — вроде того, что показан в боевике «Стеле» (2005).

Увидеть будущее

Снимая фильмы с участием роботов, режиссеры прежде всего думают о развлечении публики — и в последнюю очередь о том, чтобы сделать в своем кино интересный и содержательный футурологический прогноз. Тем не менее, лучшим из них не так уж редко удается озвучить заслуживающую внимания специалистов мысль по поводу киберэволюции.

Так, Ридли Скотт в «Чужом» (1979) с помощью образа биоробота Эша обозначил вполне перспективное направление развития технологий: органика вместо металла, синтетические люди (сигомы) вместо «железных дровосеков». В «Бегущем по лезвию» (1982) эта тема получила у него более широкое развитие.

Робокоп исправно защищал Детройт от подонков, но не спас город от банкротства

А «Робокоп» (1987) Пола Верховена с его идеей киборгизации (человеческий мозг с электронно-механической периферией) еще ближе к действительности: Алексы Мерфи покамест не служат в полиции, но управляемые биотоками протезы уже несколько лет как перестали быть фантастикой.

«Терминатор»: образ робота-убийцы явился режиссеру Джеймсу Кэмерону во сне

Наконец, растянувшаяся на пять серий эпопея о терминаторах довольно толково показывает, в какую сторону могло бы эволюционировать «умное железо». От титаново-стального экзоскелета (Т-800) — через стадию программируемого жидкого металла (Т-1000) — до роя действующих как единое целое наномашин (Т-3000).

Момент истины

Самый захватывающий вопрос робототехники — это, конечно, создание искусственного интеллекта и обретение машиной самосознания. Увы, мы пока еще толком не понимаем, как функционирует человеческий мозг. И уж совсем не в состоянии представить, как будут мыслить андроиды наподобие позитронных азимовских. Нам остается надеяться, что эти создания не унаследуют наши вшитые в ДНК поведенческие паттерны, мешающие подавить звериное начало, а будут свято блюсти Три закона и не поднимут в самом деле мятеж против людей.

Номер 5 из «Короткого замыкания» обрел разум случайно — вследствии удара молнии

Впрочем, и в сентиментальные фантазии а-ля «Короткое замыкание» (1986), «Двухсотлетний человек» (1999), «Искусственный разум» (2001) и «ВАЛЛ-И» (2008), честно говоря, верится с трудом. Робот, который с обретением самосознания постепенно осваивает эмоции и фактически эволюционирует в двойника человека? Слишком антропоцентрично, а потому крайне сомнительно.

«Двухсотлетний человек» — первый фильм, в котором полностью цитируются Три закона робототехники Айзека Азимова

На самом деле, наиболее вероятным кажется пугающий (но и весьма притягательный) симбиотический вариант с закачкой человеческого сознания в компьютер, описанный в «Превосходстве» (2014) Уолли Фистера. В теории он открывает дорогу к достижению технологической сингулярности, полному стиранию грани между естественным и искусственным интеллектом — и обессмысливанию термина «робот» в теперешнем понимании. Ведь с учетом распространения Интернета это означает появление глобального разума, ноосферы в самом буквальном смысле, которая по своей сложности и продвинутости будет отличаться от отдельного представителя вида Homo sapiens неизмеримо больше, чем многоядерный процессор от арифмометра.

Причем надо отметить, что большинство футурологов склоняется ныне именно к такому развитию событий, смело относя достижение этого скачка эволюции разума примерно к 2040 году. Так что есть все шансы вступить в «дивный новый мир» еще при жизни нашего поколения. И самим увидеть, сбудутся ли наши страхи. Или надежды. А может быть, и то, и другое.