Ревизор: возвращение в СССР 14 (СИ) - Винтеркей Серж

Капитан закончил чтение и посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом.

Что, нравится? – мысленно усмехнулся я. – Самому зашло. Хорошо писал, как говорится, сегодня Остапа несло.

Олег Петрович хотел мне что-то сказать, но зазвонил телефон у него на столе, и он быстренько свернул мой визит, сказав на прощанье:

– Как только текст лекции согласуют, тебя вызовут. Пропуск давай подпишу.

Мы вышли в коридор. Капитан не стал меня лично провожать, позвал дежурного на этаже, который меня и вывел.

***

Лубянка.

Капитан Румянцев стремительным шагом направлялся по коридору, держа в руках конспект лекции, которую набросал Ивлев за полтора часа.

Интересно, что полковник на этот раз скажет. – усмехался он про себя.

– Разрешите? – постучался он в дверь нужного кабинета.

– Заходи, заходи. – позвал Павел Евгеньевич. – По Ивлеву?

– По нему. – подтвердил капитан.

– Согласовали тему? Что он предложил?

– Так не только согласовали, он тут же предложил и написать ее, чтобы можно было сразу согласовать. Мне забавно стало, я и разрешил. Полтора часа – и вот, смотрите, сколько страниц! И ведь все по делу, воды нет.

– Ну, давай, показывай.– хмыкнул полковник.

Капитан положил перед ним стопку листов, исписанных корявым небрежным почерком, совсем не похожим на почерк человека, изучавшего когда-то чистописание, как отдельный предмет. Какая-то мысль мелькнула в мозгу, но не успела сформироваться. Мозг переключился на расшифровывание этих каракуль.

Прочитав план лекции, с детализацией каждого пункта и быстро разобравшись со структурой полученной рукописи, полковник нашёл и прочитал конспект по особо заинтересовавшим его тезисам в плане.

Положив рукопись на стол, полковник устало снял очки и потёр переносицу.

– И что ты насчёт всего этого думаешь? – спросил он капитана.

– Интересно написано. – ответил тот. – Особенно там, где он пишет про пропаганду западного образа жизни. Так быстро и толково доклад приготовить без всяких источников – понимаю теперь, почему ему предложили позицию референта. Удивительно для его возраста, но он к ней полностью готов. И что любопытно – я специально у себя в кабинете его оставил, чтобы посмотреть, как работать будет… Так вот – концентрация очень высокая, он вообще не отвлекался, когда ко мне люди заходили. Словно и нет никого. Так себя только с чистой совестью можно вести, учитывая, что он знал, где находится…

– Да, похоже, не ошиблись, наш, советский человек. И судя по тезисам, масштабно, государственно мыслит. Подписывай ему разрешение на работу в секретариате и в спецхране. – решил полковник. – Всё, что будет брать в спецхране, взять на контроль. Как только потянется за… Солженицыным, например, сразу докладывать.

– Есть, взять на контроль. – привычно отчеканил капитан.

– И покажи рукопись нашему мозгоправу. Пусть даст личностную характеристику написавшего. И во время лекции пусть к нему присмотрится.

– Могу идти?

– Иди, работай. Да, и текст лекции приведи в нормальный вид для дальнейшего согласования. Согласуй также дату с обществом «Знания». Скажи им, что оплатим.

– Есть.

***

Пока доехал, вторая пара закончилась. Зато пообедать успел и решил зайти к Эмме Эдуардовне, предупредить, что я не целый день сегодня пропустил.

– Паша… Ну, что? – спросила она взволнованно, только увидев меня на пороге своего кабинета.

– Добрый день. Не знаю. – пожал я плечами. – Текст лекции им написал, будут согласовывать.

– И когда, теперь?

– Сказали, вызовут. – усмехнулся я. – Специально уточнил, стану ли я невыездным после такого выступления. Обещали, что никакую форму допуска мне оформлять не будут.

– Чего они так за тебя взялись? – озадаченно спросила Эмма Эдуардовна.

– После приглашения в Верховный Совет активизировались. Думаю, с этим связано.

– Ну, держи меня в курсе. Как вызовут, сразу меня предупреди, чтобы я была в курсе, почему тебя на занятиях нет.

– Конечно.

– У тебя мой рабочий номер телефона есть? – спросила она.

– Нет.

– Запиши. Мало ли что...

Список моих контактов стремительно расширяется. – заметил я, дописывая в блокнот четвертый контакт на букву «Э».

Попросил у Эммы Эдуардовны разрешения позвонить Ионову, предупредил его, что уже свободен, а то отменит сегодняшнюю лекцию и съезжу чёрте куда не солоно хлебавши.

– Не спрашиваю, что они хотят услышать, – сразу заявил он. – Понимаю, секретность…

– Да, какая от меня секретность, Константин Сергеевич!? – рассмеялся я. – Проверяют, просто. Но манера общения у них, конечно, специфическая.

– А зачем тебя так проверять? – стараясь скрыть свой живейший интерес, спросил Ионов.

– За границу выезжал… – как о само собой разумеющемся ответил я. – И тут ещё, думаю, потому что меня на работу пригласили референтом в секретариат при Верховном Совете… – признался я. Один чёрт, узнает, они же с Эммой Эдуардовной чуть ли не дружат. Так, пусть уж лучше от меня.

– О-оо… Поздравляю. – услышал я удивленный голос начальника на том конце.

– Да рано еще поздравлять. Я ж проверку ещё не прошёл.

– Пройдёшь! – уверенно заявил Константин Сергеевич. – Обязательно пройдёшь. Но как работают! А?... На взлёте ловят… Молодцы… Нечего сказать. Это что ж?! Ты лекции у меня больше не будешь читать?

– Да, с какого?! Константин Сергеевич! Буду, конечно! Куда я без вас? – Эмма Эдуардовна показала мне на часы. Скоро начало третьей пары. – Бежать надо, пара начинается. Значит, сегодня я в «Дарах природы» по плану?

– Да-да, конечно, Павел.

Мы с ним поспешно попрощались. Положил трубку, поблагодарил, что Эмма Эдуардовна тоже со мной задержалась и побежал на учёбу.

Отсидел последнюю пару и поехал на лекцию в очередной магазин. В голове ещё сидел доклад, написанный сегодня для КГБ, взял и прочитал им про чрезмерное поклонение всему западному среди советского народа.

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. – закончил я свою лекцию. – Помните об этом. И вспомните мои слова, когда будете домой возвращаться после работы ещё вполне себе полные сил, представляя себе, сколько вы ещё всего успеете сделать до конца текущего дня. И представьте себе, как возвращается домой рабочий люд на Западе: выжатый потогонной системой с высочайшей интенсивностью труда на грани человеческих возможностей. Представьте, что вам из-за работы жить некогда. Представьте, что для вас лучший отдых это сон, лежать и не шевелиться. И подумайте, так ли вам нужны те блага в красивой обёртке, которые предоставляет западная цивилизация, заметьте, далеко не бесплатно. Про кредитное рабство я вам в следующий раз расскажу. – спохватился я, что по времени уже перебрал.

– А когда вас в следующий раз ждать? – сразу спросил кто-то.

– Увы, не могу сказать. – честно ответил я. – План, где выступать, не я составляю. Но вы всегда можете обратиться к моему начальству.

Посыпались вопросы про кредиты, чёрные кассы. Пришлось объяснить разницу между кредитом и рассрочкой.

– Деньги нельзя давать под проценты. – заявил молодой подсобник. – Это ростовщичество! – презрительно заявил он.

Очень хотелось ответить ему: это ты в коммерческом банке пойди, расскажи. Но пришлось вступить в дискуссию, учитывая текущие реалии.

Задержался у них, а меня ещё в гости сегодня художники зачем-то пригласили. На последние вопросы отвечал, уже собираясь и надевая пальто.

Подошла заведующая и протянула мне матерчатую сумку.

– Спасибо вам. – сказала она. – Так растормошили коллектив. До сих пор обсуждают. На моей памяти такого ни разу не было.

– Позвоните моему начальству, пригласите ещё. Буду очень рад приехать к вам снова. – расшаркался я, приняв увесистую сумку. – Запишете номер?

Надо визиток напечатать с телефоном Ионова. – мысленно усмехнулся я. – Пусть напрямую заказывают.

Уже дома жена разбирала эту сумку и вытащила огромный кусок плотного коричневого мармелада. При ближайшем рассмотрении обнаружил в нём яблочную косточку. Натуральный… Хотя, чего я ждал – для этого времени совершенно нормально. Уже больше года здесь, а страх из двадцать первого века случайно сожрать какую-то забористую химию, замаскированную под продукт питания, все еще не оставляет…