Чайная магия - Эмили Ллойд-Джонс

Она отошла от порога так быстро, как только можно было шагать, не переходя на трусцу. Если она сумеет притвориться, что не боится, возможно, страх тоже станет притворным, ненастоящим.

Фин шла к коттеджу, касаясь пальцами рук высокой травы. Лес подступал всё ближе, ветви затеняли и без того скудный лунный свет.

«Со мной всё в порядке. Со мной всё в порядке. Я…»

Где-то слева хрустнула ветка.

Фин перешла на бег, тяжело дыша, громко стуча подошвами по земле. Трава цеплялась за джинсы, за кроссовки.

Она бежит слишком медленно, а коттедж слишком далеко…

Спотыкаясь, она взлетела на крыльцо и чуть не упала на входную дверь. Фин не с первой попытки удалось вставить ключ в замок, так сильно у неё дрожали руки. Оглянуться было страшно. Она должна отпереть дверь, просто отпереть дверь, отпереть, отпереть…

Ключ скользнул в замочную скважину и повернулся, дверь открылась, Фин нетвёрдыми шагами вошла и выдернула ключ. С громким стуком захлопнув дверь, хватая ртом воздух, она прислонилась к створке. Сердце билось так сильно, что стало жечь в груди. Она прикрыла рот рукой, чтобы не дышать так громко, и прислушалась, ловя звук чужих шагов, звук, с которым мокрые чайные листья могли упасть на деревянные ступени. Любой звук.

В доме было тихо.

Фин заперла дверь, расшнуровала кроссовки, сбросила их (они упали с тихим стуком), поднялась в мансарду и легла. Она не потрудилась раздеться, а просто зарылась под одеяло. Возможно, это ребячество – надеяться, что одеяло её защитит, но она почувствовала себя лучше, укрывшись.

Она была в безопасности.

Но, когда Фин слегка успокоилась, ей в голову пришла ужасная мысль. Она-то в безопасности, а мама? Мама пойдёт домой одна.

Фин лежала, размышляя, правильно ли сделала, что никому, кроме Эдди, не рассказала о монстре. Если бы она рассказала, у неё были бы неприятности, но тогда люди знали бы, что нужно быть начеку. А теперь уже ничего не поделаешь. Остаётся только лежать без сна и ждать, когда мама вернётся домой.

Прошло двадцать минут. Двадцать минут, показавшихся Фин вечностью. Наконец, она услышала, как кто-то отпирает дверь, перевернулась на бок и увидела внизу знакомые очертания маминых плеч и её короткую стрижку. Фин услышала, как мама запирает дверь, как спотыкается о кроссовки дочери. Было что-то успокаивающее даже в ворчливом мамином голосе, когда она подняла кроссовки Фин и поставила у стены. Потом мама вошла в свою маленькую спальню и закрыла за собой дверь.

Девочка лежала, уставившись в потолок, не глядя ни на одно из окон. Ведь если она увидит что-то снаружи, это «что-то» сможет увидеть её.

13

Вороны и секреты

Фин и Эдди ушли в школу раньше обычного, чтобы отнести ворону Нику. Мама ещё не проснулась, когда Фин выскользнула из коттеджа с рюкзаком на плече.

Эдди всё время зевал, прикрывая рот рукой, держа под другой рукой картонную коробку с дырками. Фин предложила понести ворону, но Эдди отмахнулся.

По дороге Фин рассказала Эдди всё: о том, как в коттедж вломился чайный монстр и забрал запасной ключ Талии, о вышедшем из чайной лавки чудовище с обликом Фин, о раненой вороне и о том, что было после.

– Знаю, знаю! Наверное, мне следовало пойти за ней. Я имею в виду – было неправильно позволить Чайную Фин уйти…

Эдди непонимающе покосился на двоюродную сестру.

– Чайфин?

Может, он был ещё слишком сонным, но у него два слова слились в одно и прозвучали как настоящее имя.

– Я не могу всё время думать о ней как о «чайном монстре», – сказала Фин. – И… Знаешь, она выглядит точь-в-точь, как я. Просто моя копия, не считая цвета глаз.

– По глазам всегда всё видно, – сказал Эдди с умудрённостью человека, целыми днями играющего в компьютерные игры. – Как посмотришь в глаза – сразу поймёшь, что твоим товарищем овладела некая злая сила.

– Мной не овладела злая сила, – возразила Фин. – Она просто… Приняла мою форму.

– Ну, может, больше никакую форму она и не могла принять, – сказал Эдди. – Раз ты её создала, она должна быть похожа на тебя. Вспомни, как меняют облик бабочки и мотыльки. Может, то комковатое существо, которое у нас на глазах выползло из раковины – личиночная форма чудовища…

Фин вздрогнула.

– Спасибо, что описываешь такие ужасы.

– Обращайся, – кивнул Эдди. – Итак, тварь поглотила весь чай в городе и… Хм… Выросла. Достигла, так сказать, пика своего развития.

– Тебя послушать – речь идёт о третьесортном фильме ужасов, – сказала Фин. – Из тех, чёрно-белых, где люди в резиновых нарядах разрушают целые города.

– Эй, есть и хорошие чёрно-белые хорроры, – возразил Эдди. – И я вот о чём: пока тварь придерживается правил, которые есть в этих фильмах. Потом она съест вообще весь чай, вырастет размером с дом и…

– Уничтожит Токио? Заманит нас в ловушку в чайном шарике? Посеет хаос в городе? Просто начнёт пожирать всех подряд?

– Ну вот, теперь ты расписываешь всякие ужасы, – заметил Эдди.

– Всё и в самом деле ужасно, – сказала Фин.

Они спускались к шоссе по такой крутой тропе, что приходилось слегка откидываться назад.

– Эта тварь похожа на меня. Она вломилась в два дома и напала на ворону – и всё за каких-то три дня, – напомнила девочка. – Кто знает, что она сделает дальше.

– По крайней мере, Ник поможет нам с вороной, – пробормотал Эдди.

Полное имя Ника было Никодимус Элфинстоун, но никто его так не называл. Ходили слухи, что он не может въехать в Старомирск; Фин подслушала, как люди судачили о разных причинах того, что Ник живёт за городом – начиная от того, что ему нагадали плохую судьбу на картах таро, и кончая тем, что за ним охотится существо из Бауэрс-крик. Наверняка было известно только одно: Ник жил сразу за границей Старомирска в самодельном домике, с карниза которого свисали два жестяных человечка, вырезанных из старых консервных банок.

Эдди постучал. Ему пришлось постучать ещё раз, прежде чем в доме послышались шаги. Наконец, дверь приоткрылась и в щель выглянул мужчина с тёмными волосами и тёмными бровями. Его нос выглядел так, будто несколько раз был сломан, губы пересекал тонкий шрам. Фин плохо определяла возраст, но Ник казался чуть старше мамы и тёти Миртл. Он походил на измученного сторожевого пса.

– Нужен бензин? – спросил он хриплым усталым голосом. – Заведение откроется только через час. Передайте, чтобы подождали.

– Мы не насчёт бензина. – Эдди крепче сжал картонную коробку. – Извините, пожалуйста… Но мы нашли ворону.