Мой знакомый призрак - Майк Кэри

— Джеффри все в музей Гуггенхайма подмазаться норовит, — с открытым пренебрежением ответил Рик. — Специалист по истории искусств из него такой же, как из меня архиепископ Кентерберийский. Тем не менее Пил постоянно читает там лекции и отлично ладит с попечительским советом. Завтра его вызывают на чисто дружеский разговор, который, как надеется наш руководитель, плавно перерастет в собеседование по приему на работу. Элис тоже надеется: еще бы, спит и видит, чтобы занять место Пила.

— Не думаю, что все так просто, — возразил Джон.

— А вот я думаю, — с суровой бесстрастностью отрезал Рик. — Нисколько не сомневаюсь, что…

Тут вернулась Шерил с выпивкой, и Клидеро, замолчав на полуслове, помог ей переставить бутылки и кружки с подноса на стол.

— Ну, ты уже взял ее под прицел? — спросил он, вернувшись на свое место с бутылкой «Беке».

— Кого, Элис?

— Нашу призрачную подругу!

Шерил вручила мне кружку: надо же, ни капли не пролила, так опыт и проявляется!

— Пока нет, но процесс пошел. Надеюсь, и результат скоро появится.

— Рику прямо сейчас подавай! — усмехнулась Шерил. — Он ненавидит мою Сильви.

— Ты несправедлива! — решительно покачал головой Клидеро. — Я ее вовсе не ненавижу, просто хочу, чтобы обрела вечный приют. И желательно поскорее, на третьей космической, то есть адовой скорости!

Шерил, смеясь, села рядом с Риком и поддела его локтем:

— Вот ублюдок!

Мы выпили водки и пива за здоровье именинницы, а она отвесила фальшивый поклон.

— Спасибо, друзья, спасибо! Чтобы следующий день рождения отметить в Иерусалиме! Или где угодно, только не здесь!

Дзынь-дзынь, чин-чин! Вытерев рот тыльной стороной руки, Шерил громко рыгнула, однако я почему-то не возмутился, а растрогался.

— Так это ваш первый призрак? — поинтересовался я, пытаясь отвести разговор от некорректного вопроса о моих успехах и еще менее корректного о праве Элис на наследование высокой должности.

Тайлер с Риком кивнули, а Шерил, пригубив пиво, отрицательно покачала головой.

— Нет, — сделав глоток, проговорила она, — у меня третий. Один из двух предыдущих был парнем, с которым я в свое время встречалась.

— Ты встречалась?… — изумленно переспросил Тайлер.

— Естественно, когда он был человеком. А потом меня донимал его призрак… Ужас, правда? Его звали Дании Пейтон. Смешной такой, веселый. Золотистые волосы, накачанное тело: он постоянно в спортзал ходил… — Шерил жестом изобразила внушительного размера бицепсы. — Увы, он оказался бисексуалом, а от меня, естественно, скрывал, что параллельно встречается с парнем. А тот парень встречался с другим, который избил моего Дании и бросил в Темзу. Бросил и промахнулся… Точнее, столкнул с моста Ватерлоо, но при этом стоял не посредине, а в самом начале, так что Дании рухнул на берег в нескольких сантиметрах от воды и сломал шею… — Шерил вошла в раж и явно наслаждалась нашим изумленным вниманием. — Сходила я на похороны, как следует наревелась. Рыдаю, а сама говорю: «Эх, ты, паскудник эдакий, не мог с похотью справиться! Вот, что посеешь, то и пожнешь…»

— Шерил! — поморщился Тайлер. — Разве можно с такими мыслями на похороны ходить?

— Почему нет? — обращаясь к нам с Риком, развела руками девушка. — Мысли-то в траур не облачишь! Я искренне горевала о Дании, погибшем в самом расцвете лет, но ведь он умер, потому что изменял мне с парнем, а это не могло не злить. По-моему, истинный смысл похорон именно в том, чтобы избавиться от дурных мыслей и примириться с покойным. Вроде как душу очищаешь, верно? Только Дании мириться не желал, — выдержав эффектную паузу, Шерил взглянула на нас. — Возвращаюсь домой, а он в спальне торчит, абсолютно голый, представляете? На мой крик сбежалась вся семья, мать с отчимом целую бучу подняли. Мама чуть не описалась от страха, потому что увидела призрака, а Полус — мой отчим номер два — взбесился, потому что увидел призрака белого парня. Полус заорал: мы с мамой грязные шлюхи, и так далее, а Дании прильнул ко мне, будто хотел обнять. Отчим попытался его ударить, но вместо этого разбил окно.

Девушка расхохоталась, а за ней и я. Вообще-то история довольно мрачная, однако фальшиво-серьезный голос Шерил делал ее смешной в лучших традициях уайтхолльского фарса.[11] Тайлер смотрел на нее с неумолимо-прокурорским видом, даже Рик, и тот качал головой изумленно и одновременно испуганно.

— Ну, Шерил, ты неисправима, — вздохнул Клидеро, — рассказываешь страшилки, а потом смеешься. Вот только кульминации в твоих историях никогда не бывает.

— Почему, в этой есть: я изгнала дух Дании.

— Что-что ты сделала? — вскричал Рик.

Шерил окинула меня озорным взглядом:

— Слушай, у вас, часом, соглашения о «закрытом цехе» нет? Ну, как у актеров или водителей такси?

— Представь, есть, — отозвался я, — так что жди: члены профсоюза вот-вот надерут тебе задницу!

— Мое любимое место! — усмехнулась девушка. — Знаете, сначала я нисколько не возражала против его присутствия. Мне нравилось, что он не совсем исчез. Мы с ним даже разговаривали… Хотя Дании не отвечал, чувствовалось, что он слушает. Я любой секрет могла ему доверить…

Но, сами знаете, время идет… Да и парня не пригласишь, если за тобой наблюдает призрак его предшественника. А еще он постоянно грустил, совсем как Сильви, вот я и подумала: лучше поставить на отношениях жирную точку.

Я устроила Дании стандартную прощальную беседу, как живому… Усадила рядом с собой на кровать и сказала: мол, давай останемся друзьями и так далее, но любить тебя уже не люблю и встречаюсь с другим. Сами знаете, как это бывает, по крайней мере, надеюсь, что знаете. Так вот, пока мы разговаривали, он становился все бледнее и бледнее, а когда я почти закончила, паф! и исчез, будто… будто свет выключили. — Шерил на секунду задумалась, беззаботная улыбка померкла. — И тогда я по-настоящему разрыдалась.

Мертвая тишина за нашим столиком была лучшим признанием таланта Шерил как рассказчицы.

— Да, умеешь ты устраивать праздничные вечеринки… — наконец протянул Тайлер.

— Вот именно, умею, — едко отозвалась девушка. — Еще капля сарказма с твоей стороны, Джон, и в воскресенье ты к нам не придешь.

— А что будет в воскресенье? — уточнил я.

— Моя мама замуж выходит. Снова… Венчается в Бромптонской молельне. Четвертое венчание в ее жизни, поэтому священник скажет не «Пока смерть не разлучит вас», а что-то вроде «И кто же очередной счастливчик?» Мне пришла в голову чудо-идея: я спросила Джеффри, нельзя ли устроить прием в читальном зале архива, и он разрешил. Так что приглашаю всех.