Син-Бин (ЛП) - Уайт Анастасия

— Я просто думаю, что готов закончить ночь.

— Пойдем к тебе. — Он даже не предлагает и не спрашивает; он считает, что ему рады в любое время. — Я переночую на твоем диване.

— Как хочешь. — Ворчу я, пока мы идем по улице.

— Томпсон, клянусь, ты очень усложняешь мне жизнь. — Громко хнычет Клэй, и улыбка появляется на моих губах. — Не заставляй меня чувствовать себя так, будто я вырываю зубы, в то время как все, чего я хочу, — это чтобы ты мне все рассказал.

— Рассказывать особо нечего. Они оба подавали мне неоднозначные сигналы: в одну секунду я им верил, а в другую был уверен, что они оба лжецы. Последняя вечеринка стала переломным моментом. — Я сглатываю комок в горле, так как в груди поселяется тревожное чувство. — Я не ожидал такого от Дрейка. Он капитан нашей команды. Все его любят, потому что он хороший парень.

— Он и есть хороший. Если он трахается с лучшей подругой своей сестры, это не делает его вдруг плохим парнем. — Клэй бросает на меня взгляд. — Чувак, согласие — это вещь. Он не принуждал ее к сексу, не манипулировал ею. Она сама этого хотела.

— Почему ты так уверен?

Мой лучший друг гримасничает, как будто у него болит зуб.

— Ты видел, как она его поцеловала? Если уж на то пошло, эти двое доверяют друг другу. Я думаю, она ему нравится. — Хмыкает он. Затем он прищуривается на меня. — А ты думаешь, он ей нравится?

Думаю ли я, что он ей нравится? Черт, я надеюсь, что нет, но кто я такой, чтобы говорить это вслух? Я — тот мудак, которого она ненавидит.

— Я не знаю. Ее нелегко прочесть.

— Да ладно, чувак. Дай мне что-нибудь. — Клэй кладет руку мне на плечо.

— Я…я не думаю, что он ей нравится в этом смысле.

— Ага. А тебе она нравится в этом смысле? — Спрашивает он, и я замираю на месте.

— Нет. Единственная причина, по которой я сделал то, что сделал, — это то, что я ненавижу лжецов.

— И все же ты лжешь. — Говорит Клэй, не сводя с меня взгляда. — Я никогда не видел, чтобы ты так бушевал из-за девчонки.

— Именно. Я никогда не встречал человека, которому наплевать на меня и который не боится сказать мне, чтобы я отвалил, или ударить меня по лицу. Она первая, и я не слишком хорошо переношу такое неуважение.

Клэй оглядывает меня, а потом ухмыляется.

— Ава уверена в себе, знает себе цену и почти всегда держит себя в руках. Думаю, то, что она росла с Бенсоном, научило ее не накладывать в штаны, когда в ее жизнь врываются хоккеисты. Она смотрит на нас так, как на совершенно обычных людей.

— Ты говоришь как настоящий сноб. — Говорю я, чувствуя, как исчезает напряжение. Он ничего не подозревает. — Мы и есть обычные люди…

Клэй обрывает меня, скорчив гримасу.

— Спортсмены — это элита: хоккей, футбол, баскетбол, бейсбол, американский футбол, да что там говорить. Особенно спортсмены колледжей. Как ты этого не замечаешь, ума не приложу.

— Просто в большинстве случаев мне все равно, что люди обо мне думают. — Зеваю я.

— Как никогда. — Фыркнул он, шлепая меня по спине. — Даже если ты придурок, я все равно люблю тебя, чувак. Ты мне как брат, которого у меня никогда не было.

— То же самое. — Я улыбаюсь ему. Мы уже около моего здания. — Я понятия не имею, что ты хочешь делать, когда мы поднимемся наверх, но я иду спать.

— Интересно, куда делись Ава и Лейла. — Вдруг говорит Клэй. — Благодаря тому трюку, который ты провернул, Аве придется многое объяснить. Ты, черт возьми, ее самый нелюбимый человек в кампусе.

— Мне, блять, все равно.

Я смеюсь, скрывая за этим свое беспокойство.

Врешь, врешь, штаны горят, Колтон. Тебе определенно не все равно, и это огромная проблема.

Сегодня среда, а я не видел Аву целую неделю. Как будто она исчезла и больше не ходит в этот колледж. Это совсем не так, ведь я знаю, что Клэй общается с ней при каждом удобном случае: во время обеденных перерывов, загоняет ее в коридоры, провожает до общежития. Они дружат друг с другом, но не более того.

С другой стороны, Лейла всегда у меня на виду. Она везде, куда бы я ни пошел, и мне не нравятся ее взгляды в мою сторону, как будто она что-то замышляет или просто считает меня тупицей, который испортил возможность того, что ее брат и ее лучшая подруга окажутся вместе. Или и то, и другое. Честно говоря, я в замешательстве от всего, что происходит вокруг, поэтому в большинстве дней просто плыву по течению. Как сегодня.

— Итак, как вы думаете, стоит ли этот фильм такой шумихи? — Спрашивает Бенсон, не обращая внимания ни на кого, пока мы стоим в очереди за попкорном и напитками.

— Наверное. — Лениво отвечает Мур, прислонившись к прилавку.

— Хороший ответ, чувак. — Смеется Бенсон. — У тебя настоящий дар вести беседу.

— Я предпочитаю использовать свой язык для других вещей. — Мур слегка сужает глаза; его взгляд блуждает по заведению. — Уверен, ты меня понимаешь.

— На что ты намекаешь?

Бенсон становится в два раза больше; усмешка искажает его черты.

— Сказать, что лучшая подруга твоей сестры под запретом, чтобы только ты мог иметь эту маленькую пизду? Не ожидал от тебя такого, Бенсон.

Мур пытался найти путь к ее трусикам, но пока ему удавалось лишь время от времени получать от нее средний палец.

— Еще одно слово об Аве, и я обещаю, что ты пожалеешь об этом. — Он делает еще один шаг вперед. — Я ничего не делал на вечеринке, потому что ты был пьян, и она сказала мне не иметь с тобой дела, но я могу передумать.

Мой взгляд мечется между ними обоими, и в груди зарождается ужасно знакомое чувство. Гнев. И направлен он исключительно на Мура. Неужели он пытался что-то сделать с ней на вечеринке?

— Что случилось? — Спрашиваю я, даже не успев подумать о том, что делаю.

Дрейк смотрит на меня так, будто видит впервые.

— Ничего такого, что могло бы тебя волновать, Томпсон. — Хрипит он и отворачивается, чтобы заказать себе попкорн.

Он обращается со мной так, будто я хуже, чем гребаный Мур.

— Что ты заказываешь?

Голос Клэя звучит так неожиданно, что я отпрыгиваю от него, прикусив при этом язык. Черт. Чувствую во рту вкус металла и понимаю, что прокусил себя до крови.

— Мороженое с…

— M&Ms. — Мой лучший друг хлопает меня по спине, улыбаясь от уха до уха. — Ты такой предсказуемый ублюдок.

— Я даже не собираюсь с этим спорить.

Я заказываю мороженое, пока мысли быстро проносятся в моей голове.

Неужели на вечеринке что-то произошло между Муром и первокурсницей? Может, Бенсон держал ее именно по этой причине?

Как раз когда мы собираемся войти в кинотеатр, мой телефон вибрирует, и я останавливаюсь на месте. Вытащив его из заднего кармана, уставился на экран. У меня нет никакого желания разговаривать с ним сейчас, но я знаю этого человека. Он будет звонить до тех пор, пока не получит то, что хочет.

— Кольт, ты идешь?

Клэй смотрит через плечо, ожидая меня.

— Две минуты. — Кричу я в ответ.

Затем разворачиваюсь и иду к ближайшему углу.

— Привет, Колтон.

Голос моего отца твердый и собранный, как и всегда. Претенциозный ублюдок.

— Привет.

— Как дела?

О Боже, просто скажи мне, чего ты хочешь, и я смогу вернуться к своим друзьям.

Нет, блять, никакой необходимости в этих любезностях.

— Хорошо. Что ты хочешь?

Мое мороженое начинает таять от тепла моей ладони, и я смотрю на него, как будто это единственный источник стабильности в моей жизни.

— Твои игры на следующей неделе будут в пятницу и субботу, верно?

— Да.

— Я хочу, чтобы ты приехал домой в воскресенье. Твоя бабушка несколько раз спрашивала меня о тебе, и я обещал ей, что ты приедешь.

Его чертов тон голоса означает одно: у меня вообще нет права голоса.

— Я буду с мамой.

— Я знаю.

Если ты знаешь, почему ты никогда не присоединяешься ко мне? Просто чтобы поговорить с врачами, спросить, все ли у нее в порядке, становится ли ей лучше?