На привязи - Ванесса Бук

Его красный плащ не достает до пола всего несколько сантиметров, а верхняя-половина лица скрыта за умело созданной маской в виде черепа. Моё сердце колотится при виде его улыбки, выглядывающей из-под неё. Трудно не заметить, что за этой мрачной маской — красивый мужчина. Я изучаю его с расстояния, надеясь навсегда сохранить этот образ в моей памяти. Я улыбаюсь, при виде его светлых волос, которые уложены так же, как в первый раз, когда я встретилась с ним в самолете. Верный своему слову, его экстравагантный костюм изображает Красную смерть (прим. пер. по рассказу известного американского писателя Эдгара Аллана По «Маска Красной Смерти»): интригующий, манящий и зловещий. На самом деле я не думала, что он придет в нём.

Когда струнный квартет начинает играть другую песню, Николас поворачивается в мою сторону, и вдруг в комнате начинает не хватать воздуха, и всё замирает. Теперь я понимаю, когда люди говорят, что это похоже на то, что в комнате никого нет, кроме вас двоих. Здесь более 1500 человек, но все они исчезают, оставляя нас с прикованными друг к другу взглядами. Его голубые глаза пронзают меня, и мне приходится напоминать себе дышать.

Помни, что ты пришла сюда проститься с Николасом. Он быстро покидает свою компанию и пересекает комнату, проталкиваясь через поток гостей, входящих в зал через парадный вход. Его руки касаются меня раньше, чем он открывает рот.

— Пожалуйста, скажи, что потанцуешь со мной? — спрашивает он, улыбаясь и пристально смотря на меня. Как я могу отказать ему? Воспоминание о разговоре Николаса с отцом угрожает выдать меня, но я быстро подавляю в себе это ощущение.

— Да, — отвечаю я. Если это последний раз, когда мы прикасаемся друг друга, то я хочу насладиться этим моментом.

Николас берет мои руки и оборачивает их вокруг шеи. Несмотря на плотные слои моего красного платья, его руки согревают мою кожу, даря, восхитительное ощущение. Он тянет меня на середину танцпола и мы теряемся в вихре поворотов и вращений. Его улыбка согревает мое сердце, когда он опускает меня, а затем притягивает меня так близко, что наши груди врезаются.

Я хочу, чтобы он не прекращал обнимать меня, но, как только песня заканчивается, он отстраняется. Чувство вины заполняет меня, когда наши глаза встречаются, и он улыбается.

— Хочешь выйти на улицу?

— Да. Мне нужен свежий воздух.

Легкий ветерок, дующий через открытый балкон, приносит с собой слабый запах горящих дров. Я прислоняюсь к двери, а мой взгляд скользит по его губам. Легкий след щетины под его нижней губой вызывает у меня зуд, провести по ней губами и языком. Маска может обмануть многих, но я знаю, что под этим призрачным фасадом скрываются такие порочные губы.

Что-то внутри меня хочет протянуть руку и прикоснуться к нему, но я понимаю, что это будет неправильно. Осталось только сказать "прощай". Я улыбаюсь чуть заметной улыбкой, чтобы скрыть печаль, и поворачиваюсь, чтобы уйти. Рука обхватывает мое запястье, прежде чем я успеваю увеличить расстояние между нами. Его другая рука обвивает мою талию, в то время, как он тянет меня за запястье до тех пор, пока я снова не поворачиваюсь к нему лицом. Я смотрю на него, когда он поднимает меня, чтобы поцеловать в губы. Мои руки инстинктивно двигаются к его лицу, но мешает маска. Он отпускает меня ненадолго, чтобы снять её. Моё дыхание вырывается из груди со свистом, когда его лицо расплывается в ослепительной улыбке. Черная краска обводит его глаза; разительный контраст с его голубовато-синими зрачками.

Боже, как я люблю этого человека. Я никогда прежде не испытывала ничего подобное ни к кому. Даже к Майлзу.

— Бекка, я должен тебе кое-что сказать. — Слишком велик соблазн вернуться к тому, что между нами было, но я должна остановить это. Я не могу быть с ним, если это означает, что он потеряет все. Мне нужно идти. Я отстраняюсь от него и запах его одеколона преследует меня. Я люблю этот запах, но он угрожает сломать меня. Слезы появляются на моих глазах, когда я поворачиваюсь, чтобы уйти. Я пытаюсь набраться мужество, чтобы сказать ему, что всё это время я любила его, но его отец прерывает нас, зовя Николаса внутрь.

— Николас, ты собираешься приветствовать наших гостей? — спрашивает Стефан, одаривая меня пронизывающем взглядом, прежде чем вернуться к гостям. Он не знает, что я слышала каждое слово, которое он сказал Николасу. Его мерзкие слова повторяются в моей голове, когда я перевожу свой взгляд с него на его сына. Она охотница за деньгами.

— Я...Я вернусь, — говорит Николас, хватая меня за руку и оставляя поцелуй над костяшками моих пальцев. Моя рука дрожит под его прикосновением, когда тепло его поцелуя распространяется по моей коже. Он не знает, что я уезжаю из Нью-Йорка и не вернусь. Глаза Николаса смотрят на меня с беспокойством. Я смотрю мимо него на гостей, которые смеются и пьют без всяких забот. Ком формируется в моем горле, когда он сжимает мою руку.

— Подожди здесь. Я скоро вернусь, хорошо? — Он ждет, пока я не отвечу.

— Конечно, — говорю я, заставляя себя улыбнуться.

Я стою тут уже несколько минут, и жду, когда вернется Николас, но, увидев, что появилась Элисон, я впадаю в панику. Она подходит к нему, и берет его под ручку. Я наблюдаю, как она улыбается и флиртует с ним. Я хотела остаться до конца мероприятия и нормально попрощаться с Николасом, а также поблагодарить его, но я не могу оставаться здесь и смотреть на них, когда они вместе.

Как я до этого докатилась, что стою здесь с разбитым сердцем во второй раз? Думаю, я больше не вынесу. Моя душа разбита. И попрощаться будет невозможно. Я знаю, что он не отпустит меня, а я и не хочу, чтобы он отпускал, но нет смысла тянуть с этим дальше. Когда наступит утро понедельника, я уеду, а он не будет в курсе, что я ушла, пока не появится в офисе. К тому времени, я буду лететь в Калифорнию, надеясь, что буду находиться достаточно далеко от всего этого, чтобы не поддаться соблазну вернуться назад. Я люблю Нью-Йорк, но куда бы я ни посмотрела, я вижу его. Это разбивает мне сердце, зная, что я не только теряю Николаса, но и теряю перспективную жизнь, которую я построила здесь, в этом городе. Я покидаю также мою лучшую подругу, и также теряю её.

Кэрол плохо восприняла эту новость, когда я сказал ей, что уволилась из StoneHaven Publishing. Я ненавижу причинять ей боль, но как я могу остаться? Я люблю свою подругу, и жизнь, которая у нас здесь была. Я понимаю она злится, потому что я убегаю, но я ее не виню в этом. Я нахожусь на грани саморазрушения. И я не сильная женщина, как думала, что была.

Я обнаруживаю Кена и его подружку в толпе любителей вечеринок, когда иду обратно через зал. Я бы, наверное, не заметила его, если бы не тот факт, что его маска скрывает лишь половину его лица. По иронии судьбы, он без труда узнает меня и мои рыжие волосы, когда я прохожу мимо него.

— Ребекка, ты прекрасно выглядишь, — говорит он, осматривая меня. Кен отходит от группы, с которой он был, и мы отходим в угол зала. Он смотрит на меня с сияющей улыбкой, которая быстро исчезает, когда он замечает, что что-то не так.

— Я уезжаю.

— Ох, хорошо. Увидимся в понедельник? — улыбается он.

— Нет, я имею в виду я уезжаю из Нью-Йорка. — В его глазах читается беспокойство.

— Все в порядке?

Нет.

Я объясняю ему мои планы и быстро благодарю его за дружбу и постоянную поддержку. Он неохотно отпускает меня, но через несколько секунд сдается и нежно целует меня в угол рта. Думаю, он понимает, что я еле сдерживаюсь, поэтому он жалеет меня и ничего больше не говорит. Мы прощаемся, обещая, поддерживать связь, но в глубине души я знаю, я не смогу сдержать своё обещание. Мне нужно оставить всё это позади.

Я спускаюсь вниз по мраморной лестнице к главному входу, и на секунду, мне кажется, что я слышу, что кто-то кричит мне вслед. Николас? Я поворачиваюсь, надеясь, что это он, но вместо него, я вижу Тристана Найта, стоящего в лестничном пролете наверху. Я должна убраться отсюда. Я не могу оставаться здесь дольше. Тристан сбегает за мной по лестнице, когда я поворачиваюсь и пересекаю холл музея. Я никому не позволю изменить свое решение, потому что я знаю, он попытается сделать это.

— Ребекка, подожди! — кричит он. — Не уходи!

Напряжение в голосе Тристана вызывает слезы на моих глазах. Каким-то образом он понял, что я ухожу без Николаса. Я слышу, как Тристана догоняет меня, когда я добираюсь до двери. Гости, идущие через вход, пялятся на нас, когда Тристан требует, чтобы я остановилась. Это так неловко. Слезы стекают по моему лицу и на этот раз, я благодарна костюму, потому что маска скрывает моё лицо.

— Бекка, ты куда? — его слова настигают меня, но я продолжаю двигаться. Я запрыгиваю в такси и говорю водителю, чтобы он уезжал. На улице холоднее, чем обычно, в это время такси делает круг, чтобы выехать. Я говорю себе, не оглядывайся назад, но это выше моих сил. Я наблюдаю за тем, как Тристан становится все меньше и меньше, когда мы едем. Он не двигается. Он просто стоит там посредине улицы, наблюдая за моим отъездом.