На зависть богам - Ронда Грей

— Однако он был настойчив, — продолжал Блэйз. — Он писал… я выбрасывал письма, даже не читая их. Со временем они перестали приходить. Парадокс в том… — он состроил кислую мину, — что, если бы он сперва обратился к моему деду, меня отправили бы в Испанию первым же рейсом!

— Ты хочешь сказать… твой дед не хотел содержать тебя? — несчастным голосом спросила она.

Блэйз осушил стакан и отставил его в сторону.

— Не знаю! Я лишь высказываю предположение. Я горько сожалею, что никогда не знал моего отца. Я был слишком горд, когда вырос, чтобы быть похожим на него. Не думаю, что мы стали бы друг другу близкими людьми, но, по крайней мере, могли бы стать хорошими приятелями. — Его губы исказила гримаса страдания. — Я пережил чертовски сильное потрясение, когда Джейми и его семья погибли в авиакатастрофе…

— Значит, так им было на роду написано, — обреченно прошептала Крисси.

— Было слишком поздно что-либо исправить, — удрученно вздохнул он. — Слишком поздно, чтобы узнать своих сводных брата и сестру, которых я и в глаза не видел. Почти никогда в жизни мы не получаем второго шанса… Я, конечно же, тоже не получил. Я даже не могу описать, что почувствовал, когда унаследовал деньги Джейми…

Хотя ей трудно было понять, через какие муки прошел Блэйз, она тем не менее чувствовала боль и сострадание и закрыла лицо руками, чтобы скрыть свои чувства.

— Он никогда не забывал, что я был его первенцем. Даже если бы мои сводные брат и сестра были живы, я унаследовал бы больше, чем они, — пробормотал он. — Он был очень богатым человеком. Я не хотел вступать в права наследования… Человек, которого я отвергал в течение всей своей жизни… Казалось таким несправедливым то, что я получил эти деньги после его смерти…

— Но если он хотел, чтобы ты получил их…

— В конце концов я тоже пришел к такому выводу и вложил все деньги в его благотворительные фонды. И все же до сих пор я чувствую себя чертовски виноватым. Вот почему теперь я хочу быть рядом с Рози, — вновь повторил он. — Я хочу, чтобы у нее был отец! И она должна быть обеспечена.

— Я согласна, — выдавила из себя Крисси… — Но…

— Никаких «но», — прервал он ее. — Я никогда не хотел иметь собственных детей. Я не хочу, чтобы ребенок повторил мою судьбу. Понимаю, что это совершенно эгоистичное решение. И все же стараюсь быть предельно осторожным в общении с женщинами… И что же получилось? Я вдруг узнаю, что единственная неосторожность с моей стороны — и вся моя жизнь полностью изменилась!

Должна ли она открыть ему правду сейчас? Должна ли признаться, что солгала? Что произойдет, если он узнает, что она пытается его одурачить? Ясное дело, что желание отомстить Элайн возродится в нем с новой силой. Что же делать? Крисси понимала, что попала в ловушку собственной лжи. Она виновата в том, что солгала Блэйзу, эта ложь лежала на ней тяжким бременем. Но и открыть ему правду она не может. По крайней мере, до тех пор пока Элайн не откажется от своей безумной идеи убить в себе еще не родившегося ребенка от Стива. Поэтому она должна молчать. Ребенок ее сестры защищен только ее ложью и молчанием.

— Ты так спокойна, — осуждающе произнес он. — Можно подумать, тебе безразлична судьба собственной дочери.

Крисси была похожа на женщину, стоящую на краю скалы. Еще секунда — и она окажется на дне пропасти.

— Даже не знаю, что тебе сказать, — неуверенно согласилась она, и это было самой правдивой фразой, сказанной ею за сегодняшний день.

— Рози счастлива здесь, но не может же ее мать служить у меня экономкой?!

Ледяной холод сковал душу Крисси. Так вот к чему вели эти его предварительные выступления. Он что, предлагает ей съехать отсюда? Негодяй! Или хочет общаться с Рози на благоразумной дистанции в небольших дозах?..

Тень пролегла на его красивом лице.

— Твое вчерашнее сообщение поразило меня как удар молнии, — усмехаясь, проговорил он. — Мне кажется, за эти сутки я стал совершенно другим человеком!

Крисси хотела, чтобы он все высказал до конца. Она сидела на краю кровати, словно натянутая струна, ногти ее до боли впились в ладони. Ну что ж! Пусть подтвердятся ее самые худшие опасения насчет Блэйза Кеньона, пусть он прогонит их с Рози из дома. Одна, без девочки, она не уедет! Если только он убьет ее.

— Знаешь, Крисси… — неуверенно начал он, буравя глазами пол, — я никогда не думал, что когда-либо буду произносить эти слова, но, как говорится, нужда заставит! Мы должны пожениться, и как можно скорее. Ты не возражаешь?..

8

Крисси казалось, что она приросла к кровати. Она сидела, словно каменное изваяние, взгляд ее огромных зеленых глаз был прикован к лицу Блэйза. Крисси не могла поверить в то, что услышала от него, Блэйз не мог сказать этого!

— Мы жили бы точно так же, как сейчас… более или менее, — продолжал Блэйз после недолгой паузы. — У тебя будет дом, деньги, которые ты можешь тратить на себя, устроенность в жизни, а у меня будете вы с Рози. Своего рода взаимовыгодное соглашение.

Крисси облизала пересохшие губы и тяжело вздохнула.

— Ты ш-шутишь?

— Такими вещами может шутить только полнейший идиот! — резко проговорил он.

— И все-таки мне кажется, ты смеешься надо мной, — запротестовала она.

— Я точно знаю, чего не хочу. Не хочу быть в жизни Рози приходящим отцом и также не хочу входить в число «дядюшек»…

Уловив скрытый смысл в его словах, Крисси покраснела и вздернула подбородок:

— Не волнуйся, ничего подобного не произойдет!

Блэйз раздраженно взглянул на нее:

— По крайней мере, здраво смотри на вещи, Крисси. Вряд ли ты останешься одинокой до восемнадцатилетия Рози!

— В наши дни люди не выскакивают замуж и не женятся только ради ребенка, — снова отважилась возразить она.

— Но мы с тобой сделаем это, — произнес Блэйз. — Честно говоря, я не вижу никаких существенных препятствий к этому. В сексуальном плане мы прекрасно подходим друг другу. Ведь браки в какой-то степени основываются на сексе. Да и Рози заслуживает того, чтобы у нее были отец, мать и нормальный дом! Разве я не прав!

— Да, но все не так просто…

— Ты ошибаешься, на сей раз все довольно просто. Я хочу дать своей дочери все то, чего в свое время не было у меня.

— Т-ты когда-нибудь кого-нибудь любил? — с удивлением услышала она свой тихий голос. Вопрос как бы сам собой сорвался с ее губ.

— Нет. — Он даже не задумался над ответом. — А зачем ты спрашиваешь?

Крисси отвернулась к стене и после долгой паузы ответила:

— Брака без любви н-не бывает.

Темно-синие глаза изучающе скользнули по ее растерянному лицу: