Призраки во плоти (СИ) - Самсонова Катерина

— Подожди! — приподнялся Данила. — Куда ты сейчас?

— Нахрен. Куда подальше отсюда. Мне нужно подумать.

Из его уст фраза «подальше отсюда» чаще всего означала лишь одну точку на карте.

— Форт Полюс?

— Так и есть. Уж прости, что Немо остаётся на вашем попечении, но ты сам понимаешь — я сейчас бесполезен.

— А что насчёт рецепта Германа? Ты обычно любишь описывать наши открытия и похождения в своём блоге.

— Да уж, я Ватсон среди кучки чересчур-людей, — отшутился Денис.

— Так ты опубликуешь его?

Денис задумался. Прежде всего, Герман сочинил этот рецепт ради Ирмы. Но, как любой учёный или алхимик, он бы пожелал, чтобы его труды пошли на пользу и другим людям. Новость о настоящем открытии знаменитого со Средневековья Elixir Vitae вне сомнений наделает шуму и станет сенсацией. Денис был падок на сенсации. А что последует после? На улицах появятся новые живые мертвецы, подобные Немо. Кроме того, смешение воспоминаний и забывчивость Немо обусловлены чужой душой в чужом теле. Но нет никакой гарантии, что все новые воскресшие останутся при памяти. Работы тогда прибавится. Как и хаоса. Вот тебе и польза. «Насильно воскресить человека — ровно то же, что и убить его». Денис хмыкнул под нос.

— Нет. Никто не узнает. Как создавать Зелье Амнезии и Микстуру Памяти знают единицы, включая нас с Агатой. Так и Vitae должен быть нашим секретом.

Они дружески обнялись и распрощались. Уходил Денис как мрачная тень. Но его слова перед уходом были произнесены с лёгким налётом надежды:

— Обязательно звоните, если он вспомнит хоть что-то новое.

Немо искренне пытался вспоминать. Новой мотивацией стало желание убедить себя в том, что он никого не убивал, как ему казалось.

Разглядывание фотографий в шкафу Агаты направляло его на нужную волну. Вот рамка с фотографией её родителей. Лицом Агата пошла в мать, а вот глаза были от отца. Вот свадебная фотография Агаты и Даниила. На ней скромное белое платье, на плечах висела кожаная куртка, а на нём нараспашку сидел светлый пиджак, под которым белела наполовину расстегнутая рубашка. Похоже, они провели свадебный день либо в кругу самых близких, либо вовсе вдвоём, без пышных церемоний и обедов. «Никогда не любила платья, но это же просто очаровательно. Да и большие компании я не особо жалую», — отметила Агата. А рядом фотография какого-то форта. Это не Боярд или Александр. Агата объяснила: это безымянный форт близь Кронштадта, который они меж собой прозвали Полюсом, и это их особенное убежище от внешнего мира. Место, где каждый из друзей Агаты и Дениса мог лечь на дно, не опасаясь того, что их побеспокоят, или что их найдут.

А вот ещё одна интересная фотография. На фоне набережной Невы, преисполненные радостью, стояли трое: Агата, Даниил и какая-то готесса, их ровесница.

Чёрные волосы… В памяти созрел портрет его черноволосой, которая посещала его в воспоминаниях с самого начала. Не может же быть, что… Конечно, нет. Это игра воображения. Его черноволосая знакомая и эта девушка с фото — совершенно разные люди.

— О. Это вы, а кто эта девушка?

— Наша общая подруга из университета. Эвелина.

— Да? Хм, а где она сейчас?

— Она погибла. Ещё до нашей свадьбы.

Ещё один мертвец на памяти Агаты. На душе Немо стало совершенно неловко.

— Мне очень жаль.

— Ничего, — Агата неожиданно заулыбалась. — Это ведь не значит, что её больше нет. Она сейчас в Раю, но иногда она приходит к нам. Иногда просто так, а иногда и помогает нам чем-то.

— А-а… Как так получилось?

— Ну-у… В неё попала молния, и…

Агата обернулась к Немо и замолчала.

— Это совсем другая история, — сказала Агата и подавилась от смеха.

Немо засмущался, сжав руки за спиной. Агата продолжала хохотать, и только тут он заметил, что смотрит она не на него, а куда-то за спину.

— Что такое? — он подозрительно сощурился.

— Ты, скорее всего, не видишь этого, но там сзади тебя, — Агата всё смеялась, — как раз Лина.

— Что? — Немо тотчас обернулся.

Почти вливаясь в лицо Немо, стояла прозрачная черноволосая девчонка и корчила различные рожи, высовывая язык и строя самой себе рожки. Немо склонил голову к плечу и разглядывал воздух, стараясь понять, видит ли он её в действительности, или это очередной образ из спящей памяти, вошедший к нему в транс. Эвелина легонько ударила его по носу пальцем и звонко засмеялась.

— Он не видит меня, да, Агата? Ха-ха! И не слышит?

— Ты видишь её? — передала Агата.

Немо почесал кончик носа и потянулся рукой к волосам Лины. Он коснулся их. Волосы как настоящие, мягкие, приятные на ощупь. Девушка переменилась в лице. Он не просто видел её, призрачную душу. Он дотронулся до неё! Широко распахнув испуганные глаза, Эвелина наверняка ждала, что он признается. Но он сказал:

— Нет, я не вижу.

Агата приподняла бровь.

— Да? Ну хорошо. Не видишь, так не видишь.

И зачем он солгал? Чтобы лишний раз не пугать Агату? Эвелина всё равно расскажет, они-то оба знали. Наверное, он просто привык лгать, даже по мелочам. Немо пожал плечами.

— Ладно, оставлю вас пока. Я сейчас приду.

И он закрылся в ванной. Плеснув на себя холодной воды, Немо всмотрелся в зеркало, где вместо него отражался ненавистный незнакомец. Содрать бы с черепа это чёртово лицо, сбрить налысо все эти волосы, изрешетить грудь пулями. Ему обещали, что он свыкнется. Этому не бывать. Он терпеть не может это тело, отдающее болью и гнилью, стоило только пошевелиться. Это не его лицо, что смотрело на него с отражения. Какое же у него настоящее? О, нет. Он совсем забыл, как он выглядел в реальности. Он вроде бы помнил. Он же представлял себя со стороны!.. Нет, видение угасло. Немо стукнул кулаком о раковину. Кости заныли от удара. На раковине застыли красные крапинки.

— Агат, — зависнув над ней облачком, сказала Лина, — по-моему, он не хочет признаваться, что видел меня… Ого, какие у тебя глаза сейчас! Нет, рили, я смотрела ему прямо в лицо, когда он обернулся. Не знаю, заметила ли ты, но как только он повернулся, он слегка приподнял брови и… Это прошло в течение… Да меньше секунды!

— Значит, он видит призраков.

— Не просто видит, он потрогал меня! Не, ну, ты сама посуди, Агаша. Он сейчас живой, но совсем недавно он был мёртв! Он был призраком! Да и сейчас он не совсем жилец. Он же такой же призрак, только… во плоти.

Из ванной послышался подозрительный шум. Не к добру его отсутствие. Скребясь на сердце, Агату одолевало предчувствие беды.

— Что-то он долго там, — Лина перенеслась к её двери и прошла сквозь неё. — Твою дивизию! Агат, быстрей сюда!

Агата на скорости вломилась в ванную и вскрикнула от испуга. Стонущий в тревожном бреду, Немо сидел на полу, прижавшись к ванне. Губы дрожали, словно от мороза. На кафель с левого запястья катилась струйка крови, а возле ног валялся запятнанное лезвие. Агата бросилась к неудачливому самоубийце и крепко сжала кровоточащую руку, впитывая в её кожу свет исцеления.

— Чёрт, чёрт, чёрт, зачем я только оставила его здесь! — зачастила она, отшвырнув нож к порогу.

«Я боялась. Боялась, что это случится. Боже, нет, только не сейчас! Ещё рано сдаваться! Держись, Немо. Ты уже умирал. Теперь же ты должен жить».

Агата выжимала в Немо всю свою магию, растекающуюся по венам, до тех пор, пока рассечение на запястье не растворилось без следов и покраснений. Эвелина жалостливо покачала головой и незаметно ушла, предпочитая оставить её наедине с измученным беднягой.

К Немо вернулась ясность ума, и, увидев Агату, сидящую перед ним на корточках, он глухо заговорил:

— Призрак во плоти, значит?.. Страшное признание, верно?

Его неестественное лицо казалось ещё более бледным и мёртвым, едва он растянул уголки губ в непонятную улыбку. Паутина вен, давно рассеявшаяся после лечения Агаты, снова проявилась под его кожей.

— Находясь в теле, ощущать себя мертвецом. Это же… против природы.

Он осмотрел ладони своих рук, словно ища ответы на вопросы в линиях судьбы. Нет, это не его руки. Не его ладони. Это даже не его жизнь. Кем он был, что заслужил это? Носителем добра или хранителем зла? Дар ли это или проклятие — воскрешение из мёртвых?