Мир островов. Рождение. - Иван Киричатый

Самым простым и логичным было обойти охранную линию и ударить в самую важную точку врага, напасть на отряд с магом, по возможности постараться убить главу карателей. Гоблины так и собрались поступить, если бы не Артем. Тема ощутил неосязаемое беспокойство еще с побережья высадки десанта, и чем ближе они подходили к неприятелю, тем более ярким и четким оно становилось. Только вблизи людского мага, чувство беспокойства сменилось чувством присутствия силового поля, которое окружало третий отряд людей. Ощущение было сильным и проникновенным одновременно, что-то сродни встряске от удара электрическим током. Природу и причину этого Тема не мог не то что объяснить, а даже толком описать. Это поле, было необычным, что-то давно забытое внутри Артема подсказало, что эта атака будет бессмысленная. Магидов описал свои наблюдения гоблинам, Стрелка незамедлительно определила заклинание «Защита от метательных снарядов». Под защитой этой магии третий отряд был полностью неуязвим для любого метального оружия. Быстро посовещавшись и оценив сложившуюся обстановку, гоблины решили незамедлительно атаковать отряд охраны. А после атаки использовать тактику изнуряющих контратак, то есть снова атаковать и снова отойти, уводя неприятеля в сторону портала. Но как бы не старались гоблины подойти скрытно к людям, это у них не получилось. Маг засек гоблинов. Мечники охранного отряда мгновенно сгруппировались в плотный строй, прикрывшись щитами. План внезапной атаки лопнул по швам, тянуть дальше не было смысла, и гоблины атаковали, благо люди находились на открытой местности, собственноручно созданной. Гоблины, словно одно большое животное, практически одновременно дыхнули стрелами и пулями. Триста метательных снарядов зажили собственной жизнью, и каждый снаряд, подобно живым насекомым жужжа и свистя, устремился к своей цели. На какое-то мгновенье небо потемнело. Меченосцы не растерялись, первый ряд присел на одно колено, а второй накрыл себя и впереди стоящих щитом сверху, имитируя знакомую из истории Артему черепаху. Слаженный и одновременный выстрел гоблинов прошел вхолостую, разбился о глухую стену щитов. Второй выстрел гоблинов уже был не настолько дружным, но, как и первый, впустую. В это время возле реки, демонстрируя максимум организации и дисциплины, второй людской отряд в спешке выстраивал и формировал свой строй. Третий отряд людей под командованием мага двинулся в сторону гоблинов, грозя правой фланговой атакой. Гоблины все стреляли и стреляли, не принося потерь людям. Создавалось впечатление, что текущие и последующие выстрелы бессмысленные, и когда стрелки отчаялись нанести хоть малейший ущерб, чуть больше десятка солдат практически одновременно выпали из строя. Малейшие повреждения, малейшие царапины отравленными стрелами сделали свое дело. Маленькая, но победа вдохновила гоблинов и они с еще большим рвением стали обстреливать людей, выискивая малейшие щели в защите пехотинцев. Второй отряд людей, прикрываясь щитами, соединился с первым отрядом. Неспешно, но четко и организовано сборный отряд меченосцев, под крики командиров, перестроился в общую шеренгу и затем короткими, одновременными и частыми шагами, прикрываясь щитами, словно сплошная однородная стена, двинулся на гоблинов. Гоблины оказались в затруднительном положении, еще пара минут и им придется сойтись в рукопашном бою. Герасим скомандовал отступление. Дальнейшие действия гоблинов больше напоминали бегство, чем организованное отступление с ответными атаками. Первые часы отступления гоблинам еще удавалось собраться и контратаковать, но с каждым таким сбором количество стрелков сокращалось, часть терялась или гибла от мечей людей. Оставалось неизменным лишь одно — преимущество карателей.

Отступая вместе с другими, Артем вначале сопереживал с каждым потерянным бойцом уже своего отряда. Заняв сторону гоблинов, Тема словно выбрал команду, за которую он станет играть. И не в его правилах менять команду, даже такую слабую, до конца игры. Прошлые обиды казались мелочными и незначимыми. С каждой дополнительной минутой бегства, с каждым новым шагом инстинкты брали своё — выжить, выжить, не взирая ни на что. В эти минуты он старался не задумываться о природе добра и зла. Не задумываться, почему солдаты собрались напасть на мирное селение гоблинов. Не задумываться о несправедливо устроенном мире и почему судьба его сюда закинула. Не задумываться о появившемся сосущем страхе перед собственной смертью. Мысль выжить любой ценой, словно молот с большой частотой бил по голове и бешено стучащее сердце вторило ему. Преследование уже длилось целые сутки, Артем был вымотан до предела. Не хватало дыхания. Бежать по джунглям ночью был способен только безумец. Безумство единственное, что осталось им для спасения своих жизней. Но даже в этом безумном беге радовало то, что люди преследуя их по джунглям, также как и они изматываются. Артем тысячу раз обращался к богам с просьбой вернуть его к прежней жизни, тысячу раз молил, просил и умолял, но все напрасно. Если бы не Герасим, он уже давно потерялся в джунглях и погиб. Магидов держался за полуорка, как Тезей за нить Ариадны в лабиринте минотавра. И эта путеводная нить не подвела, вывела остатки стрелков-гоблинов к порталу. Если бы не передовой отряд охраны гоблинов, они бы как слепые котята попали в подготовленные для карателей ловушки. Им выделили сопровождающего, и Артем с Герасимом ушел в отведенное для отдыха место. Как только Тема присел на лежак, он в тот же миг вырубился.

Выспаться не удалось, это становилось уже жестоким правилом. Кто-то грубо будил. Практически неделя без полноценного сна, это тебе не рабочая неделя с двумя выходными. Судя по наглости и прилагаемым методам пробуждения, Артем понял, что это Бум-бум-тук. Пинки этого гада он мог узнать и с закрытыми глазами.

— Вставай, вставай, — как заведенный бормотал шаман, методично пиная Артема под ребра.

— Когда-нибудь допинаешься, — пригрозил Тема, но встал.

Все уже были в сборе. Шаманы, вождь, командиры отрядов, Стрелка и Герасим. Судя по изможденным лицам окружающих, Артем понял, что поспать дали только ему. На мгновенье ему стало стыдно за свою мягкотелость, но это чувство как быстро пришло, так быстро и покинуло Магидова. Кто они ему такие, что он должен из-за них страдать, не спать, голодать или даже умереть. Тема даже попытался снова прилечь, но новый сильный и уже болезненный толчок развеял желание полежать. Выйдя на улицу, Магидов сжался, несмотря на теплый климат — утро было прохладным. Остатки сна медленно, но уверенно уходили. Вчера ночью он не мог рассмотреть место для предстоящей битвы. Словно наверстывая упущенное, Магидов осмотрелся. Портал, с которого начались его злоключения, находился на возвышении, ставка «главных» гоблинов разместилась прямо на нем. Само возвышение было окружено частоколом, за которым равномерно распределился лагерь зеленокожых. Словно извиняясь за метод пробуждения ото сна, шаман быстро и вкратце обрисовал сложившуюся обстановку. Люди не рискнули ночью полноценно преследовать убегающих стрелков, тем самым, дав ночь и часть утра на дополнительную подготовку обороны, а именно в предполагаемом направлении атаки — с севера, усилили защитный вал дополнительными деревянными кольями, углубили ров перед позицией частоколом, увеличили количество волчих ям и других ловушек. За первое столкновение с людьми гоблины не досчитались двух сотен бойцов, а если быть точным — практически всех легких лучников и пращников, поскольку выжившие были не в самом лучшем боевом духе. Сами же люди всего-то потеряли около двух десятков бойцов. Рассказывая о потерях, Бум-бум-тук сам терял присутствие духа, с укором посматривая на Магидова. Словно поняв мысли Артема, шаман виновато дополнил, что эти жертвы были принесены не зря, что они дали возможность лучше подготовиться к защите. Полученная информация не радовала. Магидов и без шамана понимал, что такие большие потери сильно подорвали моральный дух не только уцелевших, но и всех остальных гоблинов.