Господин - Елена Тыртышникова

Отряд собрался быстро, не таясь - чуть ли парад не устроили, такой с постосознанием, когда свидетели, несмотря на открыто сверкающие трезубцы на рукавах, понимали, кто эти ребята в чёрном, только после того, как те исчезали, - пересёк скорым шагом один из публичных доков и загрузился в орбитальный челнок.

Челнок отличался внешней ветхостью, частыми ремонтами и кричаще безвкусной раскраской: поверх золотого и фиолетового блестели в случайном порядке свеженькие аляповатые рисунки - ядовито-зелёные ветки, синие шары с зеркальными боками, оплывающие свечи и деды в ореоле белоснежных бород. Вообще на планете и в ближнем космосе царила показательная старость, пугающая древность всего и вся, а с ними и налёт лёгкого безумия - что творилось у пиратов, телепаты не выясняли, но чужие мысли сами лезли в голову. Местные готовились к грандиозному празднику месяца на два, с приёмом высоких гостей. Что ж, гости на Азтоне будут - скоро и надолго.

Нутро челнока оказалось приемлемым: чистое, проветренное, не подвергшееся нападению модных дизайнеров и почти устоявшее перед странноватым весельем планеты. Обслуживающий персонал не вызывал отвращения, хотя девиз "Мы ближе всех к Раю" на спинах строгих чёрных костюмов-троек портил всю эстетику, зато вполне отражал нынешнее состояние экипажа. Они и впрямь были сейчас ближе всех к Раю - генерал Инвинц умел развлекаться.

Конечно у посланцев МАТа имелся свой транспорт - малоприметный, удобный и функционально приспособленный под нужды охотников небольшой звездолёт со своим гипергенератором, но на обратном пути Континус решил воспользоваться местным курьером, чтобы лишний раз не светить личное имущество (звездолёт вернулся в космос, к основному кораблю, как только объявили общий сбор). И… трудно поверить и ещё труднее признать, но уважаемому и серьёзному генералу хотелось напоследок громко хлопнуть дверью, что удалось на славу - родной "Аша-ар" по сигналу выплыл из-за облака орбитального мусора, где скрывался, и встретил хозяина огромным, сверкающим на местном солнце трезубцем. Чистой воды ребячество - на деле, символ подсвечивался изнутри, но узревший его командир местного челнока ударился в такую панику, что умудрился спалить корабль в атмосфере Азтона. "Серебряного трезубца" в целом и генерала Инвинца в частности чужие проблемы не касались, тем более, когда имелись свои.

На борту объявился лишний пассажир. И не один.

– Рад тебя видеть, Инвинц! - в капитанском кресле вместо щуплого хозяина с комфортом устроился маленький толстячок. Несмотря на традиционную чёрно-серую форму МАТа, нежданный гость ассоциировался с пышной и румяной булочкой, разве что масла не хватало.

– Тогда к улыбке, Лутор, неплохо было бы прицепить пси-маску для убедительности - вдруг я поверю и умилюсь, - хмуро бросил глава "Трезубца".

– Инвинц, а ты слышал, что генерал - это не на всю жизнь? - "булочка" сгорела, обратившись в неаппетитно горькие угольки. Сейчас форма соответствовала содержанию. - Или, скажем иначе, генерал - это и впрямь на всю жизнь.

– А ты, мой хороший, встречался когда-нибудь со смертельно раненным хищником?

– Нет, но в его берлоге мне разонравилось, - заметив вздёрнутую бровь, собеседник освободил чужое кресло.

– Так-то лучше, - оценил Континус. - Капитан, на Амур…

– Нет! - видя оболочку, трудно представить, что Лутор способен говорить, как кнутом щёлкать. - Нам в систему Тросточек.

– Но?!

– Вот мои полномочия, генерал Инвинц, - в руки трезубца лёг белоснежный лист бумаги.

Обычные люди считают, что телепаты предпочитают всему прочему пси-устройства, однако это не так - менталы стараются как можно меньше прикасаться к своим аппаратным заменителям. Человек, далёкий от МАТа, даже если хорошо знает, всё равно с трудом верит, что в грозной организации делают ставку на неожиданное больше, чем на внешне надёжное - тем, как ни странно, телепаты и защищаются. Берут, например, что-нибудь не очень привычное, но вполне естественное - хотя бы лист бумаги: небольшой герб в верхнем левом углу, штамп - в нижнем правом, открытый, ясный текст и едва уловимая пси-подпись. Шпион мог бы на неё рассчитывать, если бы понимал, чья она, где реально расположена и для кого предназначена.

– Всё верно.

Документ вернулся к владельцу. Лутор спрятал его быстро и незаметно, словно бы владел телепортацией, чего, естественно, за ним не водилось - наука не отрицала такого класса телепатов, но живые образцы ни генералу Инвинцу, ни Высшему октету не попадались.

По теоретическим расчётам телепортация - была не чем иным, как кратковременным выходом человека или выносом предмета в гиперпространство. Но на практике существо, совмещающее в себе функции гипергенератора и двигателя звездолёта, обнаружить не удалось, как и создать прибор, соизмеримый с генератором и позволяющий соединять любые две точки вселенной, в том числе, и на поверхности планет без вреда для них.

Любитель фокусов Лутор, однако, и без телепортации представлял немалый интерес: несмотря на слабость как телепата, он отлично блокировал и чужой, и свой мозг от любого вмешательства извне, благодаря чему сумел оказаться и укрепиться у власти. Но сверх того, у незваного гостя имелась тайна (не от Континуса, конечно) - телекинез. Примитивная, если не сказать ложная, форма: Лутор заставлял дрожать мелкие предметы, а вместе с этим нагонял страх - дело, видимо, в низкочастотных колебаниях. Но, что бы то ни было, трезубцы о таком могли лишь мечтать.

– Курс на систему Тросточек, - согласился Континус. - Когда мы там будем, капитан?

– Если по прямой, генерал, то в двое суток, думаю, уложимся. Если через Амур, то в четверо.

Хозяин "Аша-ара" покосился на Лутора.

– По прямой, пожалуйста.

– Ты слышал, - хмыкнул Континус. - Действуй.

– Выполнено, генерал!

Командный мостик наполнился светом индикаторов, эхом приказов и монотонным голосом бортового компьютера, вспыхнули до того мирно спящие экраны, верхний центральный дал картинку окружающего пространства - окутанный вместо атмосферы смогом Азтон смотрелся паршиво, особенно при облаке мусора на переднем плане. В центре управления готовились к старту и немного позировали перед телепатами в чёрном - конечно, советник и генерал МАТа большие люди, но не звездолётчики.

– Впечатлились, а теперь пойдём отсюда, - глава трезубцев скупо улыбнулся - недовольная мина Лутора его позабавила. Этот марципановый крендель провёл жизнь при Октете, но так и не понял, что правит тот, кто знает, где, когда и кому следует уступать власть: Континус был хозяином "Аша-ара", но в управление звездолётом не вмешивался, ибо главный на корабле - капитан. - Глет, свободен.