Венец Бога Справедливости - Елена Шихматова

Когда в небе появился очередной дракон, Балскове не придал этому значения, закономерность событий также сыграла с ним шутку. Он сидел на корточках в двух метрах от палатки по направлению к Большому Броду. Этот дракон ненормальный! Он летит прямиком к границе! Он что, давно не был в Каримэне и совсем забыл, что туда нельзя попасть на своих крыльях? Балскове искренне подивился и внимательно наблюдал за сумасшедшим, к которому, однако, вернулась память, а, может, чувство самосохранения. Дракон резко затормозил так, как будто, действительно, что-то вспомнил. Весь палаточный лагерь вместе с Балскове наблюдал за ним. Даже пограничники испугались и с облегчением вздохнули, когда дракон стал спускаться и потом преобразился.

Кайл поставил Яромира на землю.

— Помнишь: о чем тебе говорили?

— Помню!

Они ждали, своим выпадом Кайл хотел привлечь внимание, в идеале рассчитывая на внимание Балскове. Они прождали минут десять, но никто не пришел к ним, Кайлу становилось не по себе. Но вот метрах в ста от них показался дракон, Кайл напряженно вглядывался в фигуру, не менее испытывающим взглядом его изучал и Син, впрочем, он довольно быстро переключил свое внимание на Яромира. "А Лидия здорово его отделала!" — усмехнулся он про себя, внешне не являя ничего кроме непроницаемой холодности. Кайл отошел от Яромира достаточно далеко, внешне, по знаку эльфа, Балскове приблизился к ним, оставив между собой и Яромир метров шесть.

— Надо полагать: я не ошибся, это приглашение адресовано мне. Ну, и чего же вы хотите?

Кайл молчал, внешне он вообще не проявлял признаков заинтересованности, да и стоял он слишком далеко, чтобы разговаривать, заговорил Яромир, негромко, он даже выпрямился, (он не привык еще ориентироваться в пространстве без зрения потому и ходил, и стоял в полусогнутом состоянии: в случае чего, он готов к падению).

— Хочу я, Син, мои перчатки.

Балскове изумленно посмотрел на эльфа, в какой-то момент, подумав, уж не шутит ли тот, а потом рассмеялся.

— Я готов обменяться.

— Обменяться? — спроси Балскове сквозь смех, — На что?!

— Я знаю, что ты хочешь разрушить границу Каримэны, но не знаешь: как. Я могу дать тебе точный ответ, как это сделать.

— Все-таки ты глупец, Яромир! Думаешь или надеешься, даже не знаю, будто мыслить можешь один ты. Извини, но я пока за тобой этой особенности не приметил!

— И, тем не менее, — говорил Яромир, своим, настоящим, надменным и озлобленным голосом, который последнее время ему пришлось забыть, эльф даже почувствовал себя лучше, уверенней, хотя буквально несколько минут назад с трудом сдерживал дрожь. — Я предполагаю твой план, Син, ты хочешь дождаться прилета Бероева и Ти-Ириса? Думаешь, они попытаются пройти через границу, а ты следом, или, там, в образе одного из них. Я прав?

Смех как рукой сняло, Син похолодел, побледнел и начал злиться. Включать Яромира в свою игру он никак не планировал.

— Прав, но они тоже не дураки, знаешь ли, и не собираются даже пробовать просить открытия перехода, они хотят разделаться с тобой здесь, между Западной Страной эльфов и Каримэной. Все это время, с Кастэнии я летел с ними, знаешь, Син, тебе опасаться надо, они прямо-таки одержимы идеей уничтожить тебя. Но мне всё равно: в какую сторону это разрешится, если у меня будут мои перчатки, то в случае твоей победы, я думаю, мы как-нибудь договоримся, а в случае их, я тем более ничего не потеряю. Другой разговор, когда я получу мою часть кристаллов. Если сейчас, то ты сможешь узнать тайну завесы, а если потом, то тебе придется встретиться с дражайшими потомками Бога Справедливости.

— И где гарантия, мой дорогой, что это не их уловка, если ты летел с ними, разве они не пичкали тебя своими мыслями и приказами? Давай, сразу, чего они хотят?

— Я сказал тебе, чего они хотят. Они собираются тебя убить на той встречи, которую должен организовать я. И я еще раз повторяю, что могу сделать именно так, а уж потом, как судьба разрешит. Другой разговор, если выгоды будешь предлагать мне ты. Тогда нам будет легче договориться в будущем. Отдай мне перчатки сейчас и получишь тайну на блюдечке, если нет, то сражайся.

— Сражаться с кем, это раз, и, откуда вдруг тебе стала известна тайна границы Каримэны, ужели Амедео Ти-Ирис воскрес и решил с тобой пооткровенничать?!

— Смеешься, что ж твое право. Итак, Син, с тобой очень хотят встретиться, собственно, это я должен передать, Бероев и Ти-Ирис не придут сюда, потому что не собираются угрожать родной стране гибелью. Так что тебе не дождаться встречи с ними, сегодня они уже были на другом пункте перехода и строго настрого сказали пограничникам не открывать им вход, даже если в следующий раз они будут об этом умолять, ведь в следующий раз это будут твои происки. Так что любые твои попытки ни к чему не приведут. Другой разговор, что они сами хотят встретиться с тобой. И ты прав, на меня там хорошо влияли, и я согласился помогать им, но я, по их плану, должен рассказать тебе об их полете к пункту перехода и назначить встречу на их территории, но, сам понимаешь, мне при этом мало что высвечивает. Поэтому я и предлагаю тебе обмен. Если сейчас, то тайна завесы уже почти в твоих руках, если потом, при встрече, а я тоже там собираюсь быть, то я назову тебе того, кто может лишить тебя жизни.

— Масштабно, Яромир! Видать, Лидия сняла с тебя туманящую завесу, так что вдруг проснулся твой разум! Да, Зору не тем путем шел в твоем воспитании. Знаешь, Яромир, я думаю, более безопасным будет второй вариант. А то, как-то не верится.

— Не верится вот что? Что есть кто-то, кто может победить тебя? Не боишься опоздать?

— Не боюсь, мне не свойственно такое глупое чувство, как страх!

— Что ж, тогда сегодня в семь у старой башни. Я имею в виду ту, что в километре к востоку отсюда. Желаю тебе удачи, конечно, но даже не знаю…

— Не знаешь чего, Яромир?! — зло оборвал его Балскове. — Что будешь делать, если не получишь перчаток и не дождешься моей победы? А ты не думаешь, что тебя самого обезвредят, едва я отдам их тебе.

— Нет! — нагло ответил Яромир. — Я успею перенестись.

— А то же самое грозное оружие, которым они собираются покончить со мной, не боишься, что и тебя ждет такой же конец?

— Я в отличие от тебя не собираюсь разрушать Каримэну, пусть стоит, а то моим эльфам торговать будет не с кем. Оцени разницу, Син: с тобой встретятся, а я ни кого из них не пущу в свою страну, они до меня не доберутся.

— Даже если Каримэна пойдет войной?

— Я сбегу!

— А, понятно, ты у нас король по случаю, есть возможность, правлю, нет возможности, спасаю шкуру! Да, благородно, конечно, хоть куда!