Лотосовый Терем - Тэн Пин

же мог войти в зал Непомерных требований, при свечах беседовать со «Снежным евнухом» и приблизиться к этому демону на расстояние трёх шагов?

Ли Ляньхуа уже переменился в лице.

Кинжал сверкал и отливал розовым — именно им на свадьбе Сяо Цзыцзиня несчастную Су Сяоюн сначала ранила Цзяо Лицяо, а затем убила Кан Хуэйхэ. Впоследствии его забрали в усадьбу «Сотня рек» как орудие убийства.

Это же «Персиковый цвет»!

Кто убийца — ясно как день!

Когда Ди Фэйшэн увидел труп, его взгляд слегка дрогнул.

Ли Ляньхуа протянул руку и выдернул из тела «Персиковый цвет», с развевающимися широкими рукавами прошёл мимо Ди Фэйшэна, не взглянув на него, не посмотрев вообще ни на кого из окружающих. Рукава опустились, и он стремительно вышел наружу.

За дверями взвивалось ввысь бушующее пламя, не утихал звон клинков, клубящийся дым кружился подобно дракону, небеса свирепо ощерились, едва виднелись звёзды и луна.

Не обращая ни на что внимания, он двинулся прямо на юго-восток.

Перед ним со свистом возник грациозный красный силуэт, устремившись к нему, клинок засверкал, словно раскаты грома, раскалывающего снег.

Он словно не слышал.

Раздался оглушительный звон, что-то отразило удар сабли, направленный в горло.

Вуаль женщины в красном развевалась на ветру.

Ли Ляньхуа прошёл мимо неё, задев краем одежд, но словно не замечая.

Отразил её удар человек, весь покрытый тёмной кровью, одетый в неописуемо грязное платье, с всклокоченными волосами, которого с трудом можно было узнать.

Но когда он оказался здесь, все вокруг, как и предполагалось, отступили подальше.

В пяти шагах от него склонились бы даже горы.

Удар драгоценной сабли в её руке отразила половина цепи.

Той самой окровавленной цепи, что вытащили из его лопаток.

Женщина в красном медленно развернулась.

Не успела она встать к нему лицом, как Ди Фэйшэн, двигаясь словно молния, схватил её за горло, приподнял и швырнул оземь.

Он бросил её точно так же, как и тех, кого только что убивал, даже выражение лица оставалось прежним.

Тело женщины в красном шлёпнулось на землю, разбрызгивая алую кровь, совсем как тела тех убитых.

Собравшимся вокруг всё казалось таким простым и обыденным, никто даже не успел затаить дыхание или испугаться.

Швырнув на землю, Ди Фэйшэн не удостоил её ни единым взглядом, поднял голову, взглянул на луну, а затем развернулся и ушёл.

Порыв ночного ветра сорвал алую вуаль, открывая лицо, превратившееся в кровавое месиво.

Со всех сторон зазвучали крики ужаса и горестный вой.

Но ничто в мире больше не имело к ней отношения.

Она не успела сказать ни слова.

А может, и не собиралась ничего говорить.

Она совсем не сопротивлялась.

А может, не успела оказать сопротивление.

Возможно, ей было горько.

А может, она и не успела опечалиться.

Красавица, чей облик завоёвывал страны и покорял города, обладавшая несравненным очарованием, ныне лежала на земле всего лишь грудой плоти и крови.

Возможно, Цзяо Лицяо и сама никогда не думала, что её смерть окажется столь простой.

Глава 94. Запятнанный кровью меч

Всего за одну ночь Цзяо Лицяо умерла, банда «Юйлун» была разгромлена, а её владения превратились в выжженную землю.

В цзянху поднялся шум, репутация ордена «Сыгу» стремительно взлетела, даже превзойдя прежнюю славу, крупные школы и ордена приезжали с визитами, всех непомерно поражало — дела Цзяо Лицяо только что шли в гору, как же она за одну ночь потерпела крах?

Благодаря каким сверхъестественным способностям советник Фу сумел нанести Цзяо Лицяо столь сокрушительное поражение?

Фу Хэнъян и сам не вполне понимал, как ему удалось одержать победу.

Он расследовал, как Цзяо Лицяо удавалось громить сто восемьдесят восемь тюрем «Сотни рек», отправил множество лазутчиков, но выяснил лишь, что она нанимала огромное количество людей, планы строила громадные, всевозможными средствами переманивала на свою сторону и брала под контроль независимые силы цзянху, похоже, покушалась на столицу и замышляла большое нападение на крупные ордена и школы. При воплощении этих планов погибло много народа, и немало мастеров бесследно исчезли, столкнувшись с ней.

Сдвинуться с мёртвой точки никак не удавалось, но тут из банды «Юйлун» ему неожиданно пришло письмо, в котором неизвестный доброжелатель рассказывал о построениях и тактике «Юйлун» и советовал тренировать своих бойцов в соответствии с полученным сведениями, а также прилагал подробную карту владений с расположением всех ловушек и механизмов. Фу Хэнъян сперва не поверил и счёт это западнёй, однако неизвестный продолжал присылать письма одно за другим, сообщая о передвижениях банды — и всегда безошибочно.

Взволнованный Фу Хэнъян отправил людей тайно расследовать указанное место и обнаружил, что в целом сведения в письме оказались верными. Поэтому он собрал бойцов и начал тренировать построение, а также несколько раз обменялся посланиями с неизвестным лазутчиком в «Юйлун», сговорившись, что фейерверки и поджог во владениях банды станут сигналом для ордена «Сыгу», что пора атаковать.

Но кто присылал письма, каким образом отправлял и как этим людям удавалось скрываться в банде «Юйлун»? Кто разгромил камеры во дворце Одержимости и выпустил ходячих мертвецов в ночь, когда погибла Цзяо Лицяо? Кто запустил механизмы, лишив преимущества построения охраны и разрушив ловушки? Кто убил «Снежного евнуха»? И кто, в конце концов, убил Цзяо Лицяо? На все эти вопросы Фу Хэнъян не знал ни одного ответа.

Ему было ужасно не по себе — из всех орденов и школ бесконечно приходили поздравительные письма, постоянно приезжали желающие засвидетельствовать свою дружбу и восхищение, а горячий и напористый молодой советник ничего не понимал и был совершенно сбит с толку.

В момент наивысшей растерянности он вспомнил о Ли Ляньхуа.

Но тот пропал без вести, и, скорее всего, его уже нет в живых.

Он не знал, с кем поделиться душевными сомнениями и тревогами.

Не знал, не останется ли эта ужасная растерянность с ним на всю жизнь.

В усадьбе «Сотня рек».

Юнь Бицю был серьёзно ранен, и неизвестно, что за небывалая чудесная сила нанесла ему внутренние повреждения, однако приглашённый Бай Цзянчунем лекарь с ними не справился. Юнь Бицю очень ослаб, но не стал пить выписанный лекарем целебный отвар, отказывался даже от еды, и, если бы время от времени его принудительно не поили чудодейственными пилюлями, уже бы скончался. С тех пор, как Цзи Ханьфо ворвался в его комнату, он всем сердцем ждал смерти.

А сам Бай Цзянчунь принялся расследовать дело об утечке карты, однако чем дальше углублялся, тем сильнее его охватывала тревога — копию карты Юнь Бицю подложил к