Из Тени (Dragon Age) - Krilena

юнец, не стал, но всем всё равно было понятно, что эта заминка значила. Очередной успех её победоносного образа, очевидно, потешил гордость магессы. Впрочем, ещё опаснее отвлекаться опыт сновидцу не позволил. Первое впечатление было подавлено, и он вернул себе рассудок, хотя в очередной раз отметил женское бесчестное коварство, которое способно одной лишь улыбкой загнать в такой омут, из которого уже и не выберешься.

— Приветствую, госпожа, — как итог обязательное приветствие прозвучало позже задуманного, однако тон Безумца уже вернул ровность, никак не выдавая его мысли.

Очевидно, магесса была не в восторге, что невпечатляющий статусом и видом гость очень быстро спасся из того самого омута, и она не успела себя почувствовать хозяйкой разговора. Однако же женщина этого никак не выдала; ласковая улыбка даже не дёрнулась, когда она кивнула, принимая его приветствие.

— Вы правы, для меня данная картина очень интересна. Мне ещё не приходилось видеть наследие древнего мастера в таком безупречном состоянии. Хотя наложенные чары от времени утратили свою былую силу, но их наличие ощущается и поныне, — разменявшись льстивыми любезностями (пусть и молчаливыми — с её стороны), Безумец тут же поспешил ответить на вопрос магессы, заодно прибавить своим словам как можно больше научной нудности.

Подобную манеру речи мужчина сформировал в том числе специально, чтобы избегать нежеланных разговоров. Приятные собеседники или коллеги по цеху к его речи, забывшей о краткости, относились терпимо, зато какой-нибудь лорд послушает, послушает да махнёт рукой, мол, всё равно из этого чокнутого умника ничего стоящего не вытянешь.

Именно последнего маг и хотел добиться. Он не знал, зачем магесса к нему подошла, но и не собирался ждать от аристократки, чьего сына публично опозорили, разговоров о примирении. Вот он хотел, чтобы подобная коварная личность поскорее оставила его в покое, а не втягивала в творившиеся интриги, участвовать в которых мужчина не имел никакого желания и в своём мире, а уж про нынешний и говорить нечего.

— О каких чарах вы говорите?

— Ну в первую очередь, это весьма распространённые — оберегающие. Именно благодаря им мозаика во многом сохранилась в своём первозданном виде и не облупилась от времени. Ещё есть чары на красных камешках, из которого составлены языки пламени. Огню постарались придать некой мистической реалистичности. Наверное, раньше от картины исходило тепло или даже жар. Но последняя разновидность рун, как по мне, самая интересная. Посмотрите, — указал мужчина на дракона в центре мозаичной композиции. — На всех камешках, из которых выложен драконий силуэт, виднеются линии от энтропийной руны. Думаю, это было упрощённое заклинание морока, которое воздействует на разум и провоцирует страх. И чем более незащищённым от подобных влияний был зритель, тем сильнее он пугался. Наверное, по задумке предполагалось подчеркнуть непостижимый лик, чтобы любой смотрящий чувствовал трепет, страх перед могуществом Тота.

Его слова магессу не волновали, поскольку он их враг. Однако, на этот раз услышав даже что-то полезное, она на какое-то время задумалась. Видимо, их род знал о древности картины и том, что изображён на ней не обычный дракон, однако не догадывался о роли наложенных чар. Если этот безродный прав, то стоимость картины в разы больше нынешней, и она является ещё большей гордостью их семьи. Вот женщина и думала, где бы поскорее найти мастера, способного это подтвердить официально.

— Позволите задать вам несколько вопросов по вашему конфликту с моим сыном?

Женщина обращалась к нему уважительно, это ожидаемо, поскольку Безумец на этой встрече являлся официально приглашённым гостем, а обращаться на «ты» в адрес гостя (будь он хоть магистр, безродный или сопорати) это очень плохой тон. Однако было видно, насколько сильное презрение магесса испытывала к собеседнику. Нет, её милая улыбка совсем не казалась фальшивой, да только женщина сразу перешла к деловому вопросу. А это не принято. Любой разговор надо начинать с подводки, например, невинно спросить о впечатлениях от праздника, чтобы получше расположить к себе собеседника. Чем более знатен гость, тем эта «подводка» будет длиннее и аккуратнее. Спрашивают прямо при подобном официозе только слуг.

Безумец не собирался как-то давать понять, что он якобы оскорблён. Наоборот, подобное отношение было для него очень показательным. Женщина, во-первых, презрительно к нему относилась, а, во-вторых, считала, что безродный всё равно не знает этих правил, и поэтому из-за ненадобности лишний раз не стала тяготить себя ими. Значит, так же считает вся их семья и её муж в том числе.

Его недооценивают, и сновидцу это очень нравилось.

— Разумеется, госпожа, спрашивайте. Только позвольте узнать, о каком конфликте вы говорите? Между мной и Ливианом не было конфликтов.

— Ну как же. Ваши действия создали ему серьёзные трудности в учёбе.

Безумцу стало смешно. Его действия? Серьёзно? Это он что ли заставлял сопляка, не имеющего ни стыда, ни совести, ни уважения к трудам предков, воровать?

— О каких трудностях вы говорите? Юноша успешно прошёл обучение. Ему осталось лишь защитить своё научное изыскание, — на деле Безумец не мог так же смело тыкнуть пальцем и назвать виновников этой ситуации (её саму и её мужа как родителей, ответственных за воспитания своего сына), а, значит, пришлось изощряться и легонько сходить с темы.

— Но у него уже есть проект. Согласитесь, что несправедливо вынуждать его создавать всё с самого начала.

— Несправедливо, вы правы, — продолжил подыгрывать он, от любопытства желая наконец-то узнать цель этого бессмысленного разговора.

«Несправедливо, что единственным наказанием за воровство для него стало написание новой научной работы. Выгнать его надо было из Круга с позором», — реальные мысли, которые скрывались за согласием и улыбкой мужчины.

— В таком случае мы можем рассчитывать на ваше понимание? Откажитесь от своих показаний против научной работы Ливиана. Наша благодарность будет щедра, — наконец-то озвучила магичка своё предложение, подчеркнув его своей самой милой улыбкой и кокетливо похлопав глазками, подкрашенными тушью.

Безумец удивился, поскольку не понимал целесообразности. Они хотят вынудить Первого Чародея обнулить свой приказ за счёт подкупа обвинителя и членов комиссии? То, что подкупить они смогут, мужчина не сомневался, но какой в этом смысл? Ну примут у Ливиана его работу, а дальше то, что? Юнец вырастет, доучится до чародея, возможно, займёт место отца в Магистериуме, у него появятся враги, которые ради борьбы за власть способны откопать родословную конкурента до двадцатого колена. Тогда-то и всплывёт это уже замятое и якобы забытое дело. И удар по репутации будет совершён в разы сильнее нынешнего.

Нет, на такую глупость они не пойдут. Безумец не верил. Значит, они придумали что-то другое, но что?

Отказ мужчины от своих