An ordinary sex life (OSL) - Астердис

чем-то еще, но, по крайней мере, они разговаривали с новыми людьми. А потом Адриенна подняла меня на ноги, потому что хотела танцевать.

Конечно, немногие проводят всю ночь на танцполе с одним и тем же человеком. Две песни, и Мун присоединился к нам с дружелюбным видом и улыбкой. Вскоре прибыли Рания и Талита, и после короткого перерыва в туалете я вернулся на танцпол и обнаружил, что еще несколько упругих тел, как мужчин, так и женщин, присоединились к нашему маленькому кругу.

Адриенна не стеснялась прижимать задницу к моей промежности и хватать мои руки, чтобы направлять их вверх и вниз по ее сказочному телу. Я застонал и у меня начала появляться определённая твёрдость, которая впивалась в ее ягодицы, пока я сжимал ладонями ее сиськи. Она повернулась, поцеловала меня в губы, а затем обернулась вокруг меня, прижимаясь грудью к моей спине, в то время как Мун двигалась передо мной.

Песня играла медленный ритм, хорошо подходящий для покачивания телом и тесного контакта. С ее высокими каблуками, ноги Мун были достаточно длинными, чтобы она могла оседлать мое левое бедро и практически лечь на него. Она обвила руками мою шею, уткнулась носом в линию подбородка и наклонила голову, чтобы коснуться моих губ своими губами.

Я думал, Мун просто собиралась подразнить меня, прежде чем отстраниться и возобновить наш танец. Вместо этого она крепче сжала руки и усилила контакт губ, исследуя мой рот своим языком, резко вдыхая и увеличивая давление. Я поцеловал ее в ответ, наслаждаясь ее пряно-сладким ароматом и тем, как она зажигала мои чресла, и мы оставались сцепленными вместе до конца песни.

Когда все закончилось, она отстранилась и долго смотрела мне в глаза, ее радужки искали мои. Я молчал, позволяя ей искать, пока она не улыбнулась мне лучезарной улыбкой и не вздохнула достаточно громко, чтобы я расслышал это сквозь окружающий шум. Она наклонилась ко мне через плечо и ненадолго клюнула Адриенну, которая все еще была прижата к моей спине, а затем пробормотала мне: «Я собиралась пожаловаться на то, что ты завтра заберёшь у меня мою девочку, но вместо этого я хочу сказать тебе «спасибо».

Я приподнял бровь. «Спасибо?»

Она выпрямилась, высвободив мои ноги. «Спасибо, что вернул ее мне на этой неделе. Я всегда буду скучать по ней, но я вижу, что нигде в мире она не была бы счастливее, чем рядом с тобой. Она принадлежит тебе». Глаза Мун метнулись мимо моего плеча, и она улыбнулась, когда я почувствовал, как Адриенна обняла меня еще сильнее сзади.

Мун все еще обнимала меня за шею, и с озорной ухмылкой притянула меня к себе и на этот раз быстро, дразняще поцеловала. Ее губы пошли к моему уху сразу после этого и она добавила: «Но не думаю, что я позволю кому-либо из вас оставить меня без надлежащего свидания сегодня вечером».

Я ухмыльнулся и позволил своим глазам бродить по ее стройному телу, когда я ответил: «Конечно, нет».

Следующей вмешалась Талита. Она мало говорила, за исключением языка тела. Несмотря на то, что мы с Адриенной останавливались в квартире девочек каждую ночь, за исключением дня рождения Адриенны, с того вечера субботы, когда я внезапно всё прервал, больше не было никаких связей между мной и девушками из Моделей Объединенных Наций. Но то, как Талита терлась о меня своими изгибами на протяжении всей следующей песни, ясно дало понять, что она намеревалась продолжить именно с того места, где закончилась субботняя ночь, и она закончила наш маленький танец, исследуя мой рот своим языком, как это делала Мун.

Рания же не прижималась ко мне, когда подошла ее очередь. Нежно взяв меня за руку, она повела меня с танцпола к бару, где она заказала мой теперь уже вездесущий Манхэттен и приготовила для себя фруктовый коктейль. И когда у нас были стаканы, она вывела меня на балкон.

«Итак, Мистер Печально известный Биг-Бен», — начала она с легкой улыбкой, когда мы достигли дальних перил, откуда открывался обширный вид на вечерний горизонт. «Как тебе твоё первое путешествие в Большое Яблоко?»

Я оглядел панораму слева направо. Хотя улицы были где-то далеко-далеко под нами, здания намного выше, чем то, где мы находились, все же возвышались над нами. Отсюда мы могли видеть Эмпайр-стейт-билдинг вниз по 5-й авеню к северу между парой других небоскребов. «Что ж, он определенно намного… больше… чем я привык. Я вырос в типичном пригороде: шестиполосные улицы с ограничением скорости 55 миль в час и явное отсутствие зданий выше двух этажей. Несмотря на то, что я переехал в Сан-Франциско, он не такой впечатляющий, как Манхэттен».

Она закатила глаза. «Я спрашивала не о городе как таковом, а о твоей поездке».

Я улыбнулся. «Внушительный город, но прекрасные люди. Ну, за исключением капризных, нетерпеливых на улицах и тротуарах. Но мои новые коллеги — и особенно соседки по комнате Адриенны — прекрасные люди». Я поднял стакан, давая понять, что пью за это.

Рания покраснела, звякнув своим стаканом о мой. «Это поможет попасть в мои трусики?»

Я фыркнул. «Проведя со мной неделю, ты действительно думаешь, что я такой парень?»

Она пожала плечами. «Я всё еще пытаюсь понять, что ты за парень. С одной стороны, истории, рассказываемые A.D, превращают тебя в Бога Секса, в которого невозможно поверить, Того, который заставляет женщин расплываться в лужицах оргазма под твоим вздымающимся телом. С другой стороны, ты не был так… ну… сексуально активен на этой неделе, как можно предположить из твоей репутации».

«Сексуально активен?»

«Я не знаю. Судя по историям, которые рассказывал A.D, я наполовину верила, что ты явишься и одним взглядом заставишь меня ослабнуть в коленях, и я внезапно обнаружу, что не могу сопротивляться, наклоняясь и приглашая тебя выебать меня. Я думала, что ты мог провести неделю в круизе через кучу вечеринок, соблазняя моих подруг направо и налево, добавляя зарубки на свой пояс».

Я нахмурился. «Какие именно истории рассказывала Адриенна?»

Она пожала плечами. «Множество историй. Например, о женском