'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Это безумие.

– Безумие? Безумие – это давать им то, чего они хотят. Мы не можем сейчас остановиться и выпустить из рук победу…

– Заткнись! – гаркнул он. – Только послушай себя!

– А ты себя! Ты предлагаешь сдаться!

– Вовсе нет. Но у нас остался только один вариант. Люди умирают с голода. Наши люди. Те трупы на обочине… Скоро так будет по всей стране, если ты не проглотишь свою гордость.

Она чуть не закричала.

Все должно было быть совсем не так.

Она должна была победить. Захватить город Нэчжи, уничтожить врагов, покорить никанский юг. Она же победила, но почему же все ведут себя так, словно проиграли?

Внезапно ее ярость улеглась. Рин не могла сердиться на Катая, да и криком делу не поможешь.

– Не поступай так со мной, – сказала она. – Я же вроде как победила.

– Ты победила, – печально произнес Катай. – Вся страна в твоих руках. Только не отбрасывай ее из-за гордыни.

– Но мы же собирались построить мир заново, – возразила она. Слова прозвучали жалобно, как детская фантазия, но ведь Рин и впрямь в это верила, иначе зачем это все? – Мы хотели стать свободными. Хотели освободить народ…

– И ты по-прежнему можешь это сделать, – напирал Катай. – Посмотри, чего мы добились. Мы сковали нацию воедино, Рин. И не позволим стране развалиться.

– Но гесперианцы нападут…

– Обещаю, что этого не будет. – Катай взял ее лицо в ладони. – Посмотри на меня. Нэчжа потерпел поражение. У него не осталось сил для борьбы. Он хочет того же, что и мы, – прекратить убивать наш народ. Мы вот-вот получим все, ради чего сражались. Как ты не понимаешь? Победа так близка, только руку протяни. У нас будет независимый юг, и больше не будет войны, тебе достаточно сказать лишь слово.

Но Рин боролась не за это. Она сражалась за то, чтобы возглавить страну.

– Мы же сказали людям, что они свободны, – жалко протянула она. – Мы победили. Победили. А ты хочешь снова вернуться к чужакам и кланяться им.

– Сотрудничать, а не кланяться.

Рин фыркнула:

– Это почти одно и то же.

– К освобождению ведет долгий путь, – сказал Катай. – Нельзя просто сжечь всех врагов. Мы победили в войне, Рин. Затопили страну кровью праведников. Но нельзя жить одними лозунгами, на них не построишь фундамент объединения. Государство не стоит ни гроша, если не может накормить народ. Ты должна сделать это ради них. Иногда приходится склонять колени, Рин. Иногда стоит хотя бы притвориться.

Нет, тут он не прав. Рин никогда не склонится. Теарца склонилась. Ханелай склонилась. И вот что с ними стало – все они погибли, их стерли из истории, которую они могли бы написать. Их вина заключалась лишь в слабости, в том, что они доверились людям, которых любили, им не хватило смелости сделать то, что должно.

Теарца должна была убить Красного императора. Ханелай должна была убить Цзяна, когда у нее была возможность. Но они не могли причинить боль людям, которых любили.

А Рин может убить любого.

Она разобьет оковы и освободит страну. Сделает то, чего не смог никто другой, потому что готова заплатить любую цену.

Она считала, что и Катай понимает необходимость идти на жертвы.

Думала, что он, как никто другой, знает, что нужно для победы.

Но если она ошиблась, если он тоже слишком слаб, чтобы довести революцию до конца, значит, она сделает это в одиночку.

– Рин?

Она моргнула:

– Что?

– Скажи мне, что тоже это понимаешь. – Катай схватил ее за плечи. – Пожалуйста, Рин. Скажи, что понимаешь.

В его голосе слышалось отчаяние.

Рин заглянула ему в глаза и не узнала человека, который перед ней стоит.

Это был не Катай. А кто-то слабый, легковерный и подкупленный.

Она его потеряла. Когда он стал врагом? Рин не заметила, как это случилось, но теперь все было очевидно. Наверное, он ополчился против нее еще в Арабаке. Возможно, планировал предать с того дня, когда они покинули Арлонг. Работал против нее все это время, сдерживал, мешал гореть так ярко, как она могла бы. Видимо, он все это время работал на Нэчжу.

Но одно она знала наверняка – Катай больше не на ее стороне. И если его не получится перетянуть на свою сторону, придется дальше действовать в одиночку.

– Пожалуйста, Рин, – молил он. – Прошу тебя.

Она задумалась, тщательно взвешивая слова, прежде чем ответить.

Нужно действовать по-умному. Он не должен понять, что она его раскусила.

Как соврать правдоподобнее? Нельзя просто согласиться. Если она сдастся слишком легко, Катай поймет, что это притворство.

Нужно притвориться беспомощной. Пусть Катай поверит, что ей пришлось сделать трудный выбор, что она сломлена. В точности так, как он и предполагал.

– Я просто… – дрожащим голосом произнесла она.

Рин широко открыла глаза, чтобы он решил, будто это испуг, а не каприз. В это он поверит. Катай всегда видел в людях лучшее, будь он проклят, а значит, легко купится на обман.

– Боюсь, что я не сумею выбраться из этого положения.

Катай притянул ее ближе. Рин постаралась не съежиться от его прикосновения.

– У тебя все получится. Я тебе помогу. Мы же вместе, мы связаны.

Рин заплакала. И в этом ей не пришлось притворяться.

– Ладно, – прошептала она. – Ладно.

– Спасибо.

Катай крепко ее обнял. Рин ответила тем же, прижавшись головой к его груди, и в это время лихорадочно думала о том, как выкрутиться из этого положения.

Если она не может рассчитывать ни на свой народ, ни на Катая, придется расхлебывать все самой. У нее остался союзник – бог, способный стирать с лица земли целые страны, и его вполне достаточно. А если Катай попытается лишить ее и бога, придется с ним покончить.

Рин знала, что у нее получится. Всегда знала, с того дня, когда опустилась на колени перед Сорган Широй, которая сплавила их души воедино. Рин могла стереть его душу уже тогда. И чуть это не сделала, настолько она была сильнее. Но удержалась, потому что любила его.

И до сих пор любит. И будет любить всегда. Но это не имеет значения. «Ты меня бросил, – думала она, пока Катай рыдал от облегчения у нее на плече. – Ты решил, что меня обманул, но я знаю твою душу. И если ты не со мной, ты тоже сгоришь».

Глава 34

Нэчжа должен был встретиться с ними на Спире через три недели, один. Ни охраны, ни делегации, ни засевших в засаде войск, ни гесперианцев. Рин и Катай будут представлять Никан, а Нэчжа будет