Тёмная физика (четыре тома под одной обложкой) - Олег Мамин

гость как Том Риддл, покинувший Британию почти два десятка лет назад! Именно это-то и смущало: он совсем не состарился!

- Ты знаком с моей супругой? - не понятно, принял ли Корвус упрёк потому, что сразу приступил к знакомству гостя с семьёй, а обращение обезличил.

- Выглядит знакомой. Кажется, Пуффендуй, на курс или два младше, - женщина поморщилась, такому ответу на риторический вопрос: далее должно было следовать её имя, но гость...

- Ты немного одичал в дальних краях. Это Селена, в девичестве Яксли. Ныне миссис Лестрейндж. Сестра Питера. Его-то ты должен помнить? - Лорд кивнул.

Женщина сморщила нос, но всё-таки произнесла:

- Рада знакомству, - а в мыслях её грохотало: "Грязнокровка".

Лорд конечно же их уловил, ведь нельзя не заметить обращённую к тебе реплику, хоть она и не произнесена вслух. В данном случае талантов легилимента не требовалось.

- Позвольте сделать вам подарок, миссис Лестрейндж, - в руке улыбающегося Волдеморта появилась шкатулка, а, скорее даже, маленькая коробочка из зелёного нефрита. - Жемчужная Пилюля. К сожалению, я не знаю её рецепта, так что она уникальна. Если вы примете её, то вас будут путать с дочерью и довольно долго. Кажется, она действует около двадцати лет.

Женщина осмотрела слишком молодо выглядящего мужчину и поверила, задавила в себе первоначальное желание фыркнуть и отказаться с репликой вроде: "Что может быть у грязнокровки, чего нет у нас". Есть, ещё как есть!

- У нас только сыновья, - шкатулочку прибрал её супруг, а Волдеморт выдал, обращаясь к Селене:

- Поздравляю, - пока все обдумывали, с чем поздравляет, и списывали на обычай диких стран, больше ценящих сыновей, где должно быть жил Том Риддл, он добавил: - Пилюлю принимайте не при муже. Она выводит из тела загрязнения, это может выглядеть неприятно. Говорят, действует быстро, но процесс...

Все отметили "говорят". Значит, его молодость не от пилюли?

- А это мои сыновья, Родольфус и Рабастан, - молодые мужчины, один из которых плотный, с пустыми глазами, а второй худощавый, с нервно подергивающимися веком. Оба смотрели на друга отца неприязненно, но вовсе не по причине того, что тот полукровка, а потому что им в принципе не хотелось тащится на семейный приём и знакомится с кем бы то ни было. Кто он вообще такой и почему стоит внимания чистокровных волшебников? Мало ли сокурсников у отца?!

- Рад встрече, - сухо произнёс Волдеморт, и уже любезнее добавил отцу семейства: - Ты вырастил сильных волшебников, особенно Рабастан.

- А разве мой Родольфус, как старший, не сильнее? - вмешалась в разговор дерзкая особа.

- Это супруга Родольфуса, Беллатриса, - запоздало представил её Корвус.

- Хм... Похожа на Вальбургу. И внешне, и поведением, - мельком осмотрел женщину Лорд.

- Это моя мать. О вас она вспоминала морщась или вовсе предпочитала не говорить. Думаю, ей было неприятно, что полукровка стал старостой слизерина, - Беллатриса скрыла за авторитетом матери свои собственные мысли.

- Прости её, она всегда говорит, что думает, - поспешил оправдаться Корвус.

- Как и её мать, - улыбнулся Волдеморт. - В этом они тоже похожи. Но по магии, скорее всего унаследовала способности отца: не слишком большую силу компенсирует изобретательностью.

- Да как ты смеешь говорить так о благороднейших Блэках, выродок! - зашипела Беллатриса, от чего хозяин дома побледнел и хотел уже что-то сказать, но Волдеморт остановил его жестом:

- Смею, - он улыбнулся чуть шире. - Валял их по полу в дуэльном клубе, так что помню, что они из себя представляют. А потом, после школы, небось палочку только для очистки ботинок от грязи использовали? Или и это домовики делали?

Беллатриса пыталась что-то сказать, но её губы словно склеились.

- Уверен, что Орион занимался бизнесом, зарабатывал галеоны. Вальбурга, наверное, орала на тебя и других детей, если они есть.

- Трое - две сестры и брат, - вставил словечко Лестрейндж-старший, выставляя себя в качестве громоотвода.

- О? А Вальбурга время зря не теряла, - про себя он подумал, что, наверное помнит о его проклятии и решили с Орионом доказать, что это были просто слова.

- Там не всё так гладко... Сын поступил на гриффиндор, это её подкосило. А сестра Беллатрисы вышла замуж за маггла...

- Свежая кровь ещё никому не вредила. Зато её ребёнок будет сильнее всех Блэков этого поколения. Возможно, проявится что-то из волшебных даров.

- Почему же? - удивился таким выводам Рабастан.

- Я всегда чувствовал напряжение магии вокруг всех Блэков, кого встречал. Как будто птенец не может проклюнуться сквозь скорлупу накопленных проклятий. Брак с магглом частично решит эту проблему.

- Как это было с тобой? - Беллатриса сама сняла проклятие молчания, чем удивила Волдеморта.

- О! Молодец! Как я и сказал, компенсируешь слабость умениями. Не каждый смог бы снять эти чары. Они не слишком известны в Европе.

Ответить женщина ничего не смогла, потому что ей предоставили шанс побороть уже следующее проклятие аналогичного действия. Рот просто исчез с лица.

- Если быстро справишься и с этим, то получишь от меня подарок... Что же касается меня, то и в самом деле, верно замечено, - он поднял руку ладонью к себе и на пальцах проявились кольца: Мраксов и Слизерина. - Правда, мне пришлось очищать кровь дополнительно, чтобы стать тем, кто я есть. Но и без этого я был сильнее большинства погодок. И да, у меня открылись семейные дары. Впрочем, один их них Мраксы никогда и не теряли.

Резким взмахом руки он вернул рот волшебнице, но та больше не решилась провоцировать и без магии: тот, кто творит такое не только безмолвно, но и без палочки, не может быть простым хвастуном.

- А всё-таки, Том. Как вы определяете силу волшебника? - нарушила затянувшуюся тишину Селена.

- Это не так сложно. За основу я взял китайскую методику определения уровней культивации. Им проще, у них каждому уровню соответствуют какие-то признаки, а от них зависит сила. И это общепринятая система. Нам чуть сложнее, у нас никто не проводил изысканий и не ранжировал волшебников.

- То есть вы это сделали?

- Субъективно.

- Не поделитесь?

- Боюсь, неосознанно выдать чей-нибудь секрет, объясняя на примерах... - откровений от гостя никто и не ждал, но такое заявление подразумевало, что он уже знает какие-то секреты.

Селена смолкла.

- А всё-таки? Я готов немного покраснеть ради этой интересной истории, - Рабастан,