Мать Ученья - Домагой Курмаич

против неподвижных укреплений, сравнительно медленны — от них вполне возможно уклониться. Впрочем, Судомир, вероятно, и не рассчитывал убить их этим залпом — просто хотел прекратить обстрел дракона. Чего и добился — военные в спешке меняли позицию, стремясь убраться с пути падающих звезд.

Впрочем, эльдемарские маги не ограничились уклонением — стоило им переместиться на новое место, как они тут же начали творить свои артиллерийские чары. Вскоре ответные метеоры устремились к поместью Яску. Но прежде, чем они пролетели и половину дистанции, заклятья некроманта достигли целей. Одно из них неожиданно оказалось наведено на дракона. Похоже, Судомир сделал ставку на то, что костяная тварь прочнее, чем металлические нити.

Мир вспыхнул светом, жаром и грохотом.

И тотчас из поднявшегося облака пыли взлетел освободившийся дракон. У него не было одной лапы, многие кости треснули, и нанесенные на них формулы тускнели, но он все еще двигался. Несколько обрывков серебристой нити упрямо цеплялись за кости, но их было слишком мало, чтобы хоть как-то повлиять на монстра. Расчет Судомира оправдался.

Мир вновь содрогнулся — эльдемарские артиллерийские чары достигли поместья. Возникший над особняком сияющий золотой купол выдержал залп, но сильно потускнел и пошел рябью.

Костяной дракон развернулся и взял курс на поместье. Войска некроманта отступали — уцелевшие зимние волки и тролли тоже бежали в безопасность чащи.

Что же до железноклювов — их осталось менее половины, и как только дракон сбежал, они тоже бросились врассыпную, прочь от поместья Яску. Коснувшись мыслей нескольких птиц, Зориан ощутил, что те никогда более не собираются сюда возвращаться. Чем бы Судомир ни держал их, гибель такого числа сородичей это перевешивала.

Первое сражение за Яску завершилось, но никто не тешил себя надеждой, что дальше будет проще.

Следующие несколько часов Судомир всеми силами старался замедлить продвижение штурмового отряда. Его уцелевшие миньоны постоянно беспокоили военных внезапными налетами, не нанося особого вреда, но оттягивая силы на себя. Костяной дракон, например, был по-прежнему опасен — более не рискуя атаковать в лоб, он, тем не менее, не упускал ни одной возможности ударить в слабо защищенное место. К тому же окрестности поместья были буквально усеяны спешно созданными ловушками — обычными и магическими — и затаившимися мертвецами в черном, знакомыми Зориану по прежним, одиночным штурмам. Наконец, обереги поместья работали на полную мощность, сжигая накопленные запасы маны, но выдерживая непрерывный обстрел эльдемарских магов.

Зориан поначалу думал, что они играют на руку Судомиру. Что некромант тянет время, пока его приятели-ибасанцы уходят через врата в подвале особняка, а потом и сам уйдет вслед за ними. Но время шло, и становилось очевидно, что Судомир почему-то решил оборонять поместье до последнего. Если бы хотел, он уже сто раз мог бы сбежать.

Но вне зависимости от решимости Судомира, исход осады был решен еще в первом бою. И чем дальше, тем туже затягивалась петля на шее мэра-предателя. Заросли вокруг поместья, таившие западни и засады, были выжжены дотла, запасы мертвецов истощались, а защитные чары были уже на пределе.

И тут Судомир вновь удивил Зориана.

Он капитулировал.

Что еще более удивительно, это не была какая-то ловушка, как поначалу решил Зориан. Некромант действительно открыл ворота и деактивировал чары, позволив себя захватить. Это… уже ни в какие ворота не лезло. Судомир мог легко убежать, как поступили ибасанцы в поместье — военные нашли следы недавнего пребывания множества людей — но он остался. Один. И даже если ибасанцы закрыли за собой врата, он всегда мог просто улететь в закат на своем крутом костяном драконе.

Зориан подождал, пока эльдемарские дознаватели обследовали поместье, затем поделился своими соображениями с Алаником.

— И что тебя удивляет? — спросил жрец. — Если бы он упорствовал до последнего, мы похоронили бы его под руинами особняка. Никто не хочет умирать, а некроманты — особенно.

— Но врата, что мы нашли в подвале… — начал было Зориан.

— Да, просто поразительно, — нахмурился Аланик. — И ты спрашиваешь себя, почему он не сбежал вместе со своими неизвестными союзниками? Не забывай — то, что они сотрудничали, не значит, что они в хороших отношениях. Возможно, он счел, что в эльдемарской тюрьме ему будет лучше, чем в гостях у так называемых союзников.

— Но если бы он хотел, он бы наверняка смог бежать, — настаивал Зориан. — Например, он мог просто улететь. Боги свидетели, мы не смогли бы его перехватить, если бы он оседлал своего дракона и улетел, куда глаза глядят.

— Нет, но мы бы его выследили, — заметил Аланик. — Хотя, ты, вероятно, прав. Он мог бежать. Но это означало бы, что мы все тут сровняем с землей. Похоже, Судомир очень привязан к этому месту. Это работа всей его жизни, и он не может допустить ее уничтожения.

Некроманту настолько дорога его ловушка душ?

— Но разве ее не в любом случае уничтожат? — теперь нахмурился Зориан. — Не станет же Эльдемар терпеть на своей территории огромную ловушку душ?

Аланик молча посмотрел на него, тяжело вздохнул.

— Они определенно выпустят запертые в ней души. О них теперь знает слишком много людей, и если станет известно, что души невинных по-прежнему заперты внутри, разразится жуткий скандал. В крайнем случае, я уверен, что смогу убедить Церковь надавить на власти. Но увы… Я не могу обещать, что само устройство будет уничтожено. Творение Судомира омерзительно, но при этом и весьма впечатляюще — во всяком случае, для некоторых. Вполне вероятно, что он сумеет договориться с властями.

— Договориться?! — не поверил Зориан. — Но как? Я знаю, что государство тайно держит агентов-некромантов, но Судомир…

— Я знаю, — Аланик успокаивающе поднял руки. — Но с Эльдемара станется переоборудовать поместье в засекреченную исследовательскую лабораторию, где Судомир будет «отбывать домашний арест». Да, его заставят работать на благо страны, и он будет ограничен в своих возможностях, но, очевидно, это недостаточно суровое наказание для чудовища вроде него. Я практически уверен, что сейчас он именно этого и добивается.

— Понятно, — уныло ответил Зориан. Он и так знал, что Эльдемар не назовешь оплотом чести и справедливости, но работать с кем-то вроде Судомира… Это неприятно удивляло.

С другой стороны, они ведь еще не знают, что Судомир не просто практиковал запрещенную магию — но и предал страну в интересах внешних врагов. Зориан подозревал, что эта незначительная деталь не очень-то понравится властям…

— Но, разумеется, — продолжил Аланик, — если я выясню о нем что-то действительно серьезное, прежде чем эльдемарские черные отряды уволокут его в застенки, то этого соглашения может и не быть. Далеко не все можно замести под