Наемники Судьбы.Пенталогия - Юлия Федотова

В общем, пошлопоехало. Гном оседлал любимого конька. Хельги уж и не рад был, что завел разговор. Плюнул с досады, ушел в Астрал. И почти тотчас же наткнулся на скорпиона, огромного и малинового. Обретался он на обширной холмистой пустоши за восточными городскими воротами, вернее, перемещался по ней в сторону Дольнского тракта.

– Скорее! Мы его догоним!

Догнали, разумеется. Чего проще – настигнуть тварь, которая впервые за три тысячи лет встала на ноги. Да и убегать она, похоже, вовсе не собиралась.

Предводитель мангорритов стоял и смотрел на приближающихся врагов, поблескивал желтоватыми глазами с узким горизонтальным зрачком. О его прежнем облике теперь напоминали лишь бурый балахон и босые ступни. Ни на человека, ни даже на труп Владыка больше не походил. На упыря? Пожалуй. Но скорее – на проклятого младенца, дожившего до зрелых годов. Длинные паучьи конечности, серая пергаментная кожа, полное отсутствие волос – куда только девалась полутораметровая борода? Демонубийца – вот кто это был! Конечно, не такой грозный и могучий, как Хельги, и даже до приснопамятной Ирракшаны ему было далеко. Обычный демон из низших, таких немало рыскает по свету на горе прочим его обитателям. И что с ним делать, если под рукой нет ни опытного мага, ни оружия из драконьего серебра, никто не знал. Впрочем… Все как по команде устремили взоры на «победителя Ирракшаны, да славится его имя в веках». Тот побледнел и попятился.

– Ни за что! Не стану я поглощать эту пакость! Ни под каким видом… – И добавил обреченно: – К тому же все равно не успею.

Серая тварь, радостно скалясь, нацелила на противников убийственный хвост.

– Вот вы какие, враги мои! Явились! – прошамкал Владыка странным шелестящим голосом. – Сами явились!.. Поделом же вам!..

За тысячелетия Талисман сидов успел почти совершенно иссякнуть, превратился из грозного оружия, разящего колдовским лучом, в кусок мертвого металла, пригодного лишь глотки резать. Но близость Силы оживила не только Владыку. Артефакт обрел прежнюю, испепеляющую мощь, противостоять которой в этом мире никто не способен. Одно движение руки, и…

Мангоррит не успел сделать это движение. Черная стрела с тускло серебрящимся наконечником пробила насквозь его иссохшее тело. Артефакт выпал из когтистых пальцев, звякнул о камень. Его, подскочив, тут же перехватил Хельги. От греха подальше! Прижимая руки к пронзенной груди, Владыка медленно осел, завалился набок, мерзко задергался в конвульсиях. Так пришел конец самому страшному убийце, какого знала народная молва.

А потом изза холма показались всадники. Черными были их одежды, и кони под ними черны как ночь.

– Черные моджахеды! – шепнул Рагнар Максу.

Да, это были они. Долгие месяцы скитались они по свету в поисках достойной жертвы для своего нового бога… Тихо просвистел аркан. Петля захлестнула ногу Владыки, веревка напряглась.

– Чудесная жертва! Именно такие я люблю больше всего! – промурлыкал демонубийца вслед удаляющемуся телу. – Может, в качестве демона я и не выдерживаю критики, но как бог не так уж и плох! От меня есть несомненная польза обществу!

– Талисман прибери, полезный ты наш, – усмехнулась Энка. – Сейчас ногу себе продырявишь!

– Угу. Будешь хромой бог Хельги, – хихикнула Ильза злорадно, припомнив давнюю обиду: Черным моджахедам разрешено поклоняться Хельги, а ей нет. – Есть же слепой бог Хед.

– Хромой тоже уже есть, – заметила Меридит. – Гефест. Его в Аполидий почитают.

– Что за интерес поклоняться калекам? – удивился Хельги. – Если они свои собственные проблемы решить не в состоянии, как же собираются справляться с чужими? Надо будет у Бандароха спросить, он крупный специалист по части богов.

Он и в самом деле спросил – прощальным вечером, у камина, в графских покоях. Назавтра спутникам предстояло расставание.

Перед закатом в Гвенскую гавань вошел боевой фрегат под синесеребряным флагом. Изза угрозы орков король Робер не смог выполнить обещание и поставить в дельте войско. Но в надежде на лучшее корабль за сыном выслал.

Теперь Рагнар с Орвудом собирались в Оттон: первый к родителям, второй к золотой ванне. Туда же для поправки здоровья было решено отправить магистра Августуса. Наемникам же предстоял путь в Уэллендорф. Аолен захотел проследовать дальше, навестить родной клан.

– Ненадолго, – объяснил он. – Просто, чтобы знали, что я пока живой. Вдруг беспокоятся? – Впрочем, в последнем он очень сомневался. Чувства эльфов обычно куда более возвышенны, чем примитивная тревога за родича.

А Макса ждал путь самый дальний, но и самый быстрый: «рано утром, часов в десятьодиннадцать», демон обещал вернуть его в родной мир.

– Не на ночь же глядя тебя отправлять? Мало ли, куда зашвырну! – обнадеживающе заметил он. А потом как раз и поинтересовался про калечных богов у Бандароха. Вспомнил в связи с какойто своей, демонической ассоциацией…

Августус принялся долго и нудно бормотать о психологии сострадания и сопереживания, в конце концов его все просто перестали слушать и тихо переговаривались о своем.

– Ты правда хочешь скоро жениться? – пристала Ильза к Максу. – А когда? А как ее зовут? А она красивая? А сражаться умеет или вроде девы корриган? Эх, вот бы посмотреть! – размечталась она, и подтолкнула под локоть Хельги. Он единственный продолжал внимательно слушать Бандароха, и даже героически пытался хоть чтото понять. Правда, под конец весь героизм пришлось направить в другое русло – на борьбу со сном.

– Эй, слышишь! – позвала Ильза. – А ты хотел бы посмотреть на невесту Макса?

– Угу, – машинально кивнул полусонный демон.

Повелитель возжелал…

Первый момент она ничего не могла понять. Ошалело, затравленно оглядывалась, судорожно куталась в крошечный полупрозрачный халатик. А потом взгляд ее остановился на замершем в растерянности Максе.

– Ааа! – Девушка с воплем кинулась ему на шею. – Максик! Миленький! Родной! Ну куда же ты пропал?! Я думала, тебя убиили!!!

– Достойная девушка! – сделал вывод Рагнар. – Можем быть спокойны.

Ночь Макс провел без сна. Слишком многое требовалось объяснить будущей супруге. И прежде всего – доказать, что она в своем уме, а не рехнулась. Бедняжка вновь и вновь возвращалась к этой ужасной мысли, так что Макс в какойто момент начал терять терпение и повышать голос. Тогда Энка приоткрыла сонный глаз и напомнила сурово:

– А самто ты? Забыл, как психовал?