Властители магии - Алекс Морган

захочешь, то и будет подано тебе на завтрак. Но всё равно это будет не раньше чем через час-полтора, после того, как мы приплывём. Нас никто не ждет там. А тебе нужно поесть.

— Час-полтора… — повторила я, слегка задумавшись и, наконец, решила: — Ладно, пойдём есть твою овсянку! Ещё один такой завтрак я в состоянии выдержать!

Когда я вновь очутилась на носу "Черного призрака", до острова было совсем уж "рукой подать". Вблизи он был невероятен. Не большой, и такой уютный. Кажется, его вполне можно обойти пешком по берегу. Но сказачным был не остров: на возвышенности, прямо над океаном, окруженный зелёными зарослями самых различных растений, словно что-то нереальное, ненастоящее, возвышался великолепный белый дворец. Зрелище просто неописуемое. Солнышко скользило лучиками по его поверхности, словно лаская своё дитя и от этого он казался ещё более нереальным и прекрасным, божественным дворцом на Олимпе. Никогда в жизни я не видела такой красоты, да и, честно признаться, даже не думала что подобное вообще существует. Кажется, он сочетал в себе сразу несколько стилей: здесь хорошо угадывался Восток и готика. И они удивительно гармонировали друг с другом.

Широко раскрыв глаза и вцепившись в борт корабля я как загипнотизированная заворожено смотрела на это чудо и не могла отвести глаз. Все мысли обратились к нему и мне захотелось как можно быстрее сойти на берег и поближе рассмотреть это великолепие. Я была готова даже напроситься в гости к хозяину белоснежного дворца, лишь бы всецело ощутить красоту этой сказки.

— В нём ещё не жил никто… только слуги… — сообщил Джек и обнял меня.

От неожиданности я вздрогнула, потому что совершенно ушла в свои мысли и отключилась от действительности.

— Откуда ты знаешь?.. — машинально вырвался у меня вопрос.

Джек рассмеялся и поцеловал меня в макушку, словно маленького ребёнка:

— Мне ли не знать этого, Каролина!.. Я специально берёг его для женщины, которая полюбит меня за то, какой я есть, и которую полюблю я вопреки всему.

— Почему вопреки всему?

— Потому что до тебя я не любил. Да, я не правильный мужчина, который верит в любовь. Мне хотелось настоящих отношений, настоящей женщины, а не тех, которые гонятся за красивой внешностью, богатством и ничего из себя не представляют. Ты же… совсем другая. Ты умна, красива и мне чертовски нравится твой отнюдь не присущий даме твоего положения характер!.. — он вновь рассмеялся и я положила руки поверх его ладоней, обнимающих меня за талию. — Ты умеешь быть такой, какой тебя хотят видеть другие, что ты отлично показала в Париже, и при этом всём не терять себя. Я думаю это самое главное, что должно быть у любого человека, будь он женщина или мужчина… Когда я увидел тебя впервые, мне хотелось немедленно обнять тебя и успокоить. Страх в твоих глазах я не забуду никогда. Утром после той ночи я увидел в тебе женщину, причём необыкновенно красивую, а узнав, что ты ещё и княгиня вдобавок, твёрдо решил, что ты такая же пустышка как и остальные… Прости, если я слишком резок в словах… — я отрицательно замотала головой, призывая его не останавливаться, так как мне очень нравилось слушать его. Мне нравилась его откровенность. — Но я ошибся, очень ошибся, решив что ты такая как и все. Ты каким-то непостижимым образом пленила меня и с каждым днём любовь к тебе становилась всё сильнее и сильнее, а твои показные отчуждение и ненависть наносили мне всё новые раны и, в конце концов, я просто решил уплыть от тебя…

— Но почему ты сам был так груб со мной? Иногда мне казалось… что ты просто ненавидишь меня… — я вздохнула и, развернувшись в кольце его рук, посмотрела ему в глаза.

— Ты была колючей как роза. Я действительно думал, что ты никогда не полюбишь меня. Если я кого-то и ненавидел, то это только себя за то, что позволил себе влюбиться в тебя как мальчишка, малышка.

— А, знаешь, Джек, я до сих пор поверить не могу, что я позволила себе влюбиться в тебя! — я рассмеялась схожести наших мыслей. — Я ведь хотела тебе отомстить за то, что ты так обошёлся со мной в нашу брачную ночь и, наверное, даже пыталась ненавидеть.

— А что я сделал?

— Ах, ты уже не помнишь? — притворно возмущённо воскликнула я и ткнула кулаком в его грудь. — Ты заставил меня раздеться и… Ты забыл! — я надулась, не сводя с него глаз. Все мужчины одинаковы!

— Ничего я не забыл, Каролина. Ты разве всё ещё злишься из-за этого? По-моему, ты уже тогда была готова отдаться мне и, возможно, уже тогда ты подарила бы мне себя, но…

— А вот и нет! Ты просто воспользовался тем, что я крепко спала и мне снился сон!.. — возмутилась я, довольно резко перебив его.

— Что же это тебе такое снилось? Я уже спал, когда ты прильнула ко мне…

Мои щёки вспыхнули румянцем от прилива крови, я опустила глаза.

— Между прочим, тебя не касается то, что мне снится!.. И вообще, обижусь — сорву все твои любовные планы! — я нахмурилась и хотела отстраниться, но он не дал, крепче прижимая меня к своему телу.

— Да? — его чёрные брови взлетели на лоб как два крыла ворона. — Каролина, мне кажется это ты все эти дни пыталась всячески меня соблазнить и уж не тебе говорить о срыве моих любовных планов!

— Джек, я тебя сейчас укушу!..

— Весь в твоём распоряжении. С чего начнёшь? Я, правда, думал, ты всё-таки дотянешь до нашей спальни в мраморном дворце…

— Ты когда-нибудь перестанешь быть таким колючкой? — насупилась я и снова легонько ткнула его кулаком в грудь. — Так это великолепие принадлежит тебе? — тут же удивлённо выдохнула я, наконец, уловив смысл всего сказанного им, и невольно почувствовав себя глупой дурочкой.

— Нам, моя дорогая… — нежно шепнул Джек, касаясь губами моих губ. — Я уверяю тебя, сюрпризы ещё далеко не кончились. И сегодня ночью я не намерен спать. Ты не отвертишься, так и знай.

— Бог мой, я уже настолько поражена, что, кажется, удивляться просто нечему!..

— Просто доверься мне.

Едва ступив на берег, глазам открылась ещё одна сказка, которую просто невозможно было заметить с корабля. Прямо от каменной дорожки, простилающейся от берега, и уходящей в зелёные заросли, начиналась белоснежная мраморная лестница, ведущая прямо ко дворцу. Белая, как свежевыпавший снег, мраморные поручни оплетали зелёные растения, на стеблях которых распускались белые и розовые цветы. Над ними склонялись пышные зелёные деревья, на ветвях которых неизбежно мелькали