Дефицит Высоты. Человек между разрушением и созиданием - Олег Леонтьевич Поляков

потому что в своё время понял, что грубыми выходками за гранью искусства можно зарабатывать больше. «Бросать вызов» его толкал всё затмевающий эгоцентризм, потребность эксгибициониста быть постоянно на виду, для чего надо шокировать.

«Величие» таких художников, как Пикассо, Дали прямо пропорционально человеческой глупости. Как они сами откровенно говорили, их бешеная популярность — следствие того, что люди — дураки. М. Казинник, разобравшись в проблемах с музыкой не только для муравьёв, но и для людей, советует беременным женщинам слушать А. Корелли, в музыке которого явственно слышны гармония и уравновешенность. Интересно, а кто-нибудь советовал беременным женщинам почаще смотреть на картины Пикассо? Надеюсь, что наступит время, когда разум вернётся в искусствоведческие головы, и они посоветуют не смотреть Пикассо и всем не беременным. А народ это уже понял: залы Пикассо в Эрмитаже всегда пусты. Люди попроще, несмотря на свой невысокий уровень, бывают более чутки к подлинному ещё и потому, что специальное образование не испортило их небольшой вкус и не лишило здравого смысла. Да что простой народ, музыка Моцарта нравится бактериям. Хозяин очистных сооружений благодаря ей получает экономию 10 000 евро в год. Но этот эффект даёт Моцарт, а не Орф или тяжёлый рок.

Трагедия искусства объясняется уровневой моделью. На излёте существования больших систем исчезают высокие, те, кто заказывал и создавал высокое, а это приводит к деградации культуры и вообще деятельности на уровнях (4 ÷ 6). При этом увеличивается влияние разрушителей и низкого уровня «пипла». Как свидетельствует Э. Гонкур: «Ни у кого в светском обществе я не встречал достаточно ума или смелости, чтобы иметь собственное суждение о произведениях искусства». А в слоях общества ниже света таких навряд ли больше. Авторы левых убеждений, такие как Д. Оруэлл, Т. Адорно, Г. Маркузе, в своё время признавались, что поразительная неустойчивость масс перед соблазнами дешёвой популярной культуры вызывает у них испуг. Их испуг, как и Гонкура порождён, говоря нашими словами, низким уровнем большей части людей. Такой же испуг у тех, кто обладает хотя бы небольшим вкусом, вызывают такие телевизионные шоу, как «Маска», «Аватар». К которым добавляются родитель № 1, родитель № 2, родитель № 3 и ещё чёрт знает что! Как быть в этой ситуации массе: смотреть или не смотреть «Маску», когда это ей нравится? Но ведь совершенно очевидно, что сама она умами своих представителей не в состоянии понять, что хорошо, а что плохо. Выход в подражании Высоким, раньше этот механизм работал и его необходимо возродить. Необходимо образовать из высоких своего рода обком вкуса и совести (тут невольно вспоминается предложение Москвиной). Да, сделать это непросто, но других вариантов не существует.

Именно деятелям самых высоких уровней присуща способность выносить верные суждения, и такие были на заре Возрождения, когда только-только заканчивалось «тёмное», как принято считать, Средневековье. Тогда общество было иерархически правильно построено и имело в своём составе экспертов, которые умели отделять подлинное от фальшивок. К их мнению прислушивались. И это общество, несмотря на всё несовершенство и пороки, было способно творить подлинные произведения искусства. Тогда фигурой № 1 в искусстве Флоренции и Рима был Микеланджело, в России ещё недавно — З. Церетели, а сегодня сварщики ржавого железа и собиратели деформированных мотков проволоки.

По словам замечательного русского художника Поленова: «Искусство должно давать счастье и радость, иначе оно ничего не стоит». Подделка не может быть источником радости. Это особенно хорошо известно коллекционерам. То, что разрушает не должно называться искусством. Для этих видов деятельности нужны другие термины. Предлагаю для наименования видимостей и подделок использовать термин «артфикция». Артфикция — это высказывание, имеющее вид произведения искусства. Искусство со знаком «минус» именовать «артнежить». Термин подчёркивает отличие мертвечины от живого искусства. Точно так же для выделения подлинной живописи ввести в дополнение к термину «живопись» термин «мёртвопись».

Другого пути, кроме выше в подлинном искусстве не существует. «Глядя на чистый лист, думайте, что это будет ваша лучшая работа. Только когда поверите в это — приступайте к делу». Этот, казалось бы, технический совет Поленова полон глубокого смысла. Только тот, кто с каждой новой работой стремится и может подняться на новую ступень, достигает своей вершины.

Микеланджело изваял три «Пьеты». Над двумя последними он работал соответственно 10 и 8 лет. Но лучшей была первая, находящаяся сейчас в соборе св. Петра в Риме, которую он изваял, будучи совсем молодым. Две последние резко от неё отличаются. У искусствоведов принято утверждать, что они указывают собратьям по цеху путь в будущее. Якобы Микеланджело, превзошедший греков в моделировке, понял, что в ней лишнее, и от чего следует отказаться. На самом деле причины того, что две последние «Пьеты» не удались, другие. Одна причина в том, что идеально настроенный природой инструмент, его организм постепенно расстраивался, а силы со временем покидали гения. Другой, возможно, является утрата опоры внутри себя. Это похоже на то, как самолёт, опираясь крыльями на воздух, стремится подняться ещё выше, но уже не находит опоры в воздухе. Нужен другой принцип. В технике он был реализован в ракетном движении. Микеланджело его не смог найти. Он, конечно, не в приёмах моделировки поверхности, а в новом способе подъёма на ещё большую Высоту. Последнее выходит собственно за рамки профессиональных приёмов в данном случае скульптора, а в более общем случае вообще художника. Поэтому и стало задачей, которую художники оказались не в состоянии решить. И при том, что искусство впоследствии достигло ряда немалых высот, эта ситуация всё более усугубляющейся тупиковости имеет место уже без малого пять столетий. Появилась сварка, и «скульпторы» стали сваривать свои творения из металлолома, упала нравственность, и герои классических пьес стали бегать по подмосткам с голыми задницами — таков уровень возникающего нового! И с каждым годом всё меньше признаков Высоты. Не подняться орлу ввысь на куриных крыльях, которые почему-то выросли у него вместо прежних орлиных.

С сожалением приходится констатировать, что прежние механизмы формирования и выделения деятелей высокого уровня (в том числе и высокого вкуса) не работают, а найти новые мы оказываемся не в состоянии. Хотя в ХХ веке отдельные вершины ещё были. Такова уже упоминавшаяся музыка Свиридова к кинофильму «Метель», ряд песен периода Великой Отечественной войны, таких как «Вставай, страна огромная…», «Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат…», и произведения поэзии, такие как «Жди меня, и я вернусь…» К. Симонова. Только за него Симонов достоин Нобелевской премии по литературе, которую порой давали за какое-то невнятное бормотанье.

В наше время со снижением Высоты исчезли и абсолютные эксперты. Такими в России были художники