У меня есть особняк в постапокалиптическом мире. 2/2 - Morning Star LL

class="p1">Через голографический экран Цзян Чэнь, находившийся в здании «Будущее», смотрел на фотографии, присланные боевиками. Вид висящих, как туши животных на бойне, человеческих тел был не самым приятным. Хотя он был морально подготовлен к использованию живых людей в качестве материала для проекта Золотое Яблоко, он не ожидал, что масонство будет придавать такое низкое значение жизни.

Если он правильно помнил, это был современный мир, а не мир после апокалипсиса.

В другом конце кабинета сидел Се Лэй. Цзян Чэнь помнил его, когда они только

встретились, и теперь мальчик казался гораздо старше. Благодаря Цзян Чэню его сестра снова обрела зрение. Как и было условлено, вернувшись в Цинь из университета, он поклялся в верности Цзян Чэню. Он был ответственным за поддержание безопасности сети для Небесной Торговли, параллельно работая на Цзян Чэня в качестве личного хакера и работая над теми вещами, которые большие никто не должен был видеть.

В разряд таких вещей и попадала текущая операция.

Цзян Чэнь встал и прошел в другой конец кабинета. Он похлопал Се Лэя по спинке кресла и посмотрел на поток данных, бегущий на экране компьютера. «Ну, как дела? Закончил?»

«Расшифровка базы данных в настоящее время завершена, в общей сложности скопировано 197 гигабайт экспериментальных данных… Честно говоря, удаление их оригиналов не имеет никакого смысла. Они не глупы, они, вероятно, периодически создают резервные копии данных лаборатории в определенном месте на жестком диске».

Несмотря на это, Се Лэй также нажал несколько кнопок, следуя просьбе Цзян Чэня, и удалил все данные исследований по проекту Золотое Яблоко из хранилища данных 7-го исследовательского института.

«Я понимаю, что мы удаляем эти данные, просто чтобы предотвратить ее попадание в руки русских. Тебе не стоит об этом думать, сосредоточься на своей работе».

Информация, связанная с Золотым Яблоком, безусловно, не должна была попасть в руки русских, в том числе и та информация, которая была связана с технологией промывания мозгов. Такая технология была бесполезна для Цзян Чэня, но не для других стран.

«Ладно, ты здесь главный. Русские не найдут никакой информации, связанной с проектом Золотое Яблоко», СеЛей зевнул, продолжая на автомате печатать символы на клавиатуре. Для него сервера были практически беззащитны.

«Понял!» Руки Се Лэя оторвались от клавиатуры, и он щелкнул пальцами.

Все шло по плану, и Цзян Чэнь не мог перестать улыбаться.

«Не забудь стереть свои следы».

«Понимаю», Се Лэй усмехнулся и нажал клавишу ввода на панели. На экране появился знак загрузки. «Масоны уничтожили данные, когда отступали. Мы же оставляем вводящие в заблуждение следы, а затем стираем записи о нашем взломе сервера…»

Глава 1043: В буре скандала

Винты разрезали засвистевший воздух, и над 7-м институтом появились пять транспортных вертолетов.

Глядя на плотную толпу внизу, хорват почувствовал, как онемел его череп. Он был готов вступить в бой, когда его отправили в это место, но на месте происшествия не было никаких боевиков.

Кроме обломков и развалин, он видел только протестующих, которые уже ворвались внутрь, а также фургоны Сми со всего мира.

«Сэр?» Наемник, сидевший рядом с ним, вопросительно посмотрел на него.

Поколебавшись мгновение, хорват нажал на гарнитуру и отдал приказ:

«Снизить высоту, приготовиться к спуску по веревке».

Пять вертолетов зависли перед главным входом в институт, и десятки спецназовцев заскользили вниз по веревкам.

Протестующие уже ворвались в институт, у главного входа были припаркованы автомобили журналистов, скорой помощи и пожарные машины. Люди на носилках и вспышки камер наполняли все вокруг хаосом. Полиция, посланная из близлежащих районов, пыталась взять ситуацию под контроль и вытащить из института посторонних лиц и журналистов, но они ничего не могли поделать против протестующих и воодушевленных репортеров.

Сержант Довер прислонился к полицейской машине, прижав руку ко лбу. Он привел с собой более сотни полицейских, но они все же оказали минимальное воздействие на протестующих, которые уже ворвались в институт.

Очевидно, репортеры что-то нашли в научно-исследовательском институте. На открытом пространстве перед зданием института выстроились в ряд мешки для трупов, помеченные номерами. Директора института, у которого был разбит нос, уже загрузили в карету скорой помощи. Протестующие спрашивали, кого полиция должна арестовать, директора института, где проводили опыты над людьми, или протестующих против такого насилия. Тот же вопрос полицейские задали начальнику полиции. Довер не знал ответа, поэтому ему оставалось только доложить своему начальнику.

Однако до сих пор его начальник не давал ему никаких четких инструкций. Он просто повторял фразу:

«Контролируйте ситуацию».

Вместе с тяжеловооруженными наемниками хорват подошел к Доверу и показал ему документы для входа в запретную зону… документы, собственно, были не нужны, потому что в запретной зоне уже было слишком много посторонних.

«А где Кэрол?» спросил низким голосом хорват, глядя на толпу протестующих.

«Вы говорите о директоре института? Его отвели в машину скорой помощи», Довер вздернул подбородок и указал на машину скорой помощи неподалеку. «Он выглядит немного помятым; вы должны быть морально готовы… когда мы вытащили его из толпы протестующих, мы едва его узнали».

Хорват нахмурился, и он направился к машине скорой помощи.

Люди в толпе с неприязнью смотрели на наемников.

«Стрела? Где наша 9-я антитеррористическая бригада? Когда Питер передал „борьбу с терроризмом“ на аутсорсинг военным подрядчикам?»

«Кто знает? Может быть, в следующий раз они даже голосование отдадут на сторону».

«А, тогда мне придется записаться на печатную фабрику, чтобы участвовать в торгах».

Не обращая внимания на протестующих, хорват растолкал людей перед собой, подошел к машине скорой помощи, показал медперсоналу свои документы и вытащил Кэрол из машины. Звук выстрелов отпугнул протестующих, которые уже приготовились броситься вперед, на человека, которого они считали своим врагом. Они образовали живую стену и отступили в направлении вертолета.

«Черт возьми, этот парень все испортил!» негромко произнес один солдат, пока носилки вносили в вертолет.

«Но он у нас», хорват велел медику обработать раны директора, после чего снова повернулся к толпе.

Хотя он и чувствовал себя ужасно, Кэрол, к счастью, еще дышал. Без живого директора института было бы сложно отчитаться.

Кроме директора института, спасателей ждали и другие исследователи, окруженные протестующими. Когда хорват вытащил из толпы главных ученых института, он вернулся к вертолету, и Кэрол, который все это время был без сознания, наконец, очнулся.

Хорват сел рядом и пристально посмотрел ему в глаза.

«А где Джефф? Почемуяегоне видел?»

«Джефф?» сотрясение мозга мешало Кэрол трезво и быстро мыслить, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, кому принадлежало это имя.

Сильно