Пари (сборник) - Лиля Брынза

– А на какое кино вы идете, лыцарь? – нежничала бабуля, Андрей замялся, не зная, что ответить, но я пришла ему на помощь:

– «Кошмар на улице Вязов». Самый последний римейк. Догадайтесь с трех раз, кто в главной роли. Это я, – увидев меня в дверях при полном параде, бабушка не выдержала и все-таки звонко, раскатисто пукнула, а Андрей приподнялся и тут же сел обратно.

– А вот и я, ну что, едем, рыцарь?

– Сегодня Рождество, седьмое ноября? Или я сплю и вижу сон? – Андрей зажмурился, потряс головой и снова вытаращил на меня свои синющие глазищи с поволокой. Да, он был обрадован. Даже потрясен. Можно сказать, у шотландского сеттера просто до земли отвисла клыкастая челюсть и вывалился язык.

– Вальпургиева ночь. И не наезжайте с комплиментами, а то я за себя не ручаюсь. Вот пойду и умоюсь, частично из стеснительности, а частично из вредности характера.

– Молчу. Молчу и молча преклоняюсь перед прекрасным. Что ж, раз вы готовы, моя Маргарита, тогда вперед на Лысую гору, – он взял меня под руку, и я, совсем как в женских романах, почувствовала, как приятный трепет прошел по моему телу.

– Ох и хитрый этот женатик, – прошептала мне бабуля, провожая нас до дверей.

– С чего взяла-то, бусь?

– Сам зенки-то на тебя выпялил, как будто и не видит больше никого вокруг, а как звать-то, толком и не помнит, вон Риткой какой-то кличет. Ох, хитрый.

Я погладила бабулю по голове. Ей так хотелось, чтобы у меня все было еще лучше, чем у Розалинды и Марианны. Милая бусечка!

– Так, значит, у меня жена и пятеро детей? – За окном автомобиля мерцали фонари. В Москве был дождливый майский вечер.

– Про пятого еще не знаю. По моим прикидкам, пока четверо. Два мальчика и две девочки, – таак, бабушка все ж-таки не удержалась и устроила Андрею блиц-допрос, пока я отсутствовала.

– А что вы сделали с моей половиной? У нее что, проблемы со здоровьем? – Андрей забавлялся.

– Пять лет не встает с постели. Нервы. Думаете, легко с вами жить?

– Какой кошмар. У вас извращенное воображение, – Андрей громко и как-то очень хорошо рассмеялся, и опять предательская дрожь посетила упакованное в Живанши мое Я.

Это переставало мне нравиться. С таким трудом достигнутое равновесие и душевный покой исчезали от одного его взгляда. Я ощутила себя первокурсницей, втрескавшейся в молодого препода и падающей на лекциях в обмороки. Стоп! Надо срочно прекращать процесс весеннего оглупления. «Живо, на место!» – рявкнула я на свой здравый смысл, но именно в эту секунду Андрей положил свою руку на мою ладонь и тихо произнес:

– Спасибо за то, что прислушались к моей просьбе. Очаровательно, просто потрясающе выглядите, Лариса. Мне кажется, я очень долго был слепым глупым щенком, а вот сегодня у меня открылись глаза. А может, и не сегодня, а гораздо раньше… Просто сегодня я стал видеть еще лучше, а?

От ощущения тепла его руки и от его последних слов, пусть даже немного нарочитых, господин здравый смысл на полном ходу выскочил где-то в районе Беговой, а его место заняли розовые пустотелые пузыри в форме проткнутых стрелою сердец. Минут десять у меня ушло на то, чтобы разогнать эту пузырящуюся романтическую чушь. Когда все, включая здравый смысл, вернулось на свои места, мы уже подъезжали к зданию посольства.

На приеме, как я и предполагала, было зверски скучно. Странные серьезные люди расхаживали по огромному зимнему саду, собирались в могучие кучки, опять разбредались и вели умные беседы об умных вещах. То и дело слышалось «поток инвестиций», «экспортное кредитование», «правительственные концессии». Тоска. Душка Лангстом намертво приклеился ко мне и весь вечер нес какую-то муру, какую точно, я не могла понять, потому что мне напрочь отказали лингвистические и умственные способности. А отказали они однозначно из-за Андрея, который, бросив меня на попечение высокого руководства, пристал к группке западных коммерсантов и коммерсантш, увлек одну стриженую бизнес-леди в уголок, завязал с ней увлекательную беседу и ни на кого больше не обращал внимания. Оказывается, меня это задевало, более того, раздражало и даже злило. А тут еще этот надоедливый Лангстом со своими «How charming you are» и «I’ve been blessed to meet you» (это что-то вроде «зайка моя»). Через некоторое время мне все-таки удалось сбежать от очарованного Лангстома под предлогом припудривания носика.

В туалете, который по размеру равнялся нашей трехкомнатной квартире, от души накурившись и налюбовавшись на разодетых и раздетых дам, среди которых я оказалась не самой худшей, и даже наоборот, весьма и весьма, я еще раз обдумала ситуацию. Ситуация вырисовывалась не самая веселая. Разъясняю. По собственному желанию втравив себя в невероятную аферу по выколачиванию денег из коллег, я просто-напросто стала жертвой собственной изобретательности. Похоже, что слишком дорого мне начала обходиться эта оперетка. Независимо и неожиданно для меня, мной овладели несколько иные эмоции, нежели чисто финансовый интерес и намерение слегка позабавиться. Короче, чего там притворяться, я потихонечку-потихонечку начинала влюбляться в Андрея. И это было плохо, потому что безнадежно. В таких, как он, влюбляться не рекомендуется никому, а тем более сумасшедшим старым девам с комплексом неполноценности. М-да!.. Только этого недоставало. Я почесала кончик носа (верно, к выпивке). Сигареты закончились, надо было возвращаться в люди.

Выходя, я спряталась за спину толстой негритянки и, таким образом избежав поджидавшего меня Лангстома, пробралась к фонтанчику. У фонтанчика было пусто, в фонтанчике тоже. Напрасно я высматривала там золотую рыбку, в надежде стать владычицей морскою или хотя бы приобрести бесплатное корыто. Я повертела головой и обнаружила возле себя на столике забытую кем-то тарелочку с двумя унылыми канапешками, на которых было намазано нечто похожее на черную икру. Было скучно. Очень. Сковыряв икринки ногтем, я запустила их в воду, они медленно опустились на мраморное дно.

– И что же вы здесь делаете, мэм? Давно наблюдаю за вами. Такая прекрасная леди не должна быть одна, – я повернулась на приятный мужской голос и встретилась глазами с импозантным седовласым джентльменом.

– Я скучаю, сэр. Развожу в фонтанчике рыбку и надеюсь на встречу с настоящим мужчиной, который догадается принести мне чего-нибудь выпить. Лучше виски.

– Вам крупно повезло, мэм. Вы его встретили, и, если вы потерпите еще минуты три, вы получите ваш виски и неглупого собеседника в моем лице, – самонадеянность была джентльмену к лицу.

Через три обещанные минуты он принес два бокала, где плескался мой драгоценный скотч со льдом. Еще через десять минут мы громко спорили, перебивая друг друга и азартно размахивая руками. Выяснилось, что мой новый знакомый не на шутку увлекается скандинавской мифологией и даже пишет какой-то солидный труд на эту тему, а я неуместно пошутила насчет валькирий и выразила сомнение в том, что после смерти попаду в Валгаллу.