Заложник ведьмы (СИ) - Шульц Анетта

— Полежи, хороший мой, я сейчас.

Она огладила плечо и потянулась к связанным рукам. Веревки натянулись и тут же ослабли, освобождая руки. Бренна быстро обернулась на двери хлева, а потом проведя рукой по боку, двинулась к ногам. Арлен зашипел как от боли, и Бренна ойкнула и сразу убрала руку. Было не настолько больно, но ее прикосновений не хотелось.

— Прости, любимый мой, прости. Больно? Тебя били?

«Мой, мой, мой». Вот же заладила. Арлен больше не ее. Да и был ли хоть когда-то?

— Зачем пришла? — тихо спросил он, разминая руки и растирая запястья.

Веревки на ногах тоже натянулись и расслабились. В свете оставленной охотниками лампы блеснуло лезвие ножа. Бренна убрала его в небольшие ножны на поясе и умостила руку на ноге Арлена. Он сел, подтянул ноги к себе и принялся растирать лодыжки.

— За тобой пришла. Зачем же еще? Глупый мой…

— Не твой, — прервал ее Арлен. Бренна замерла, и лицо ее вытянулось в удивлении. — И не такой уж глупый.

— Ну прости, родной, я же пришла помочь, — подсела поближе Бренна и потянулась рукой к лицу.

— Помогла. Спасибо, — Арлен остановил ее руку своей. — Теперь можешь возвращаться к Титу.

Ее тонкие пальцы дернулись. Она опустила голову, и черные волосы закрыли лицо. Плечи ее мелко задрожали. Послышался всхлип.

— Зачем ты так? — еле слышно прошептала она.

Она в миг сделалась хрупкой и несчастной. И в Арлене помимо воли проснулась жалость. Он ведь так и не объяснился с ней. Увиденное днем не освобождало его от ответственности за свои слова и действия. Он целовал ее губы не просто так, а потому что в тот момент желал большего. Пускай она не была ему верна, но это не значит, что и он получил право ее обманывать.

С ней нужно поговорить, но не тут. Сначала необходимо уйти из хлева. И чем ближе к лесу Арлен окажется, тем лучше. Он кое-как встал на непослушные ноги и протянул Бренне руку.

— Пойдем. Нужно поскорее отсюда убраться.

Бренна помедлила сначала, а потом взялась за его пальцы и встала на ноги, не поднимая головы.

— Как ты пробралась внутрь? — спросил Арлен. Бренна потянула его за собой во тьму соседнего загона.

Там за старым ведром оказался лаз. Бренна отпустила его пальцы и проползла наружу. Арлен прикинул размеры лаза, улегся на живот рядом с дыркой и тихонько пополз вперед.

В голове всплыл образ отца и обещание Вильгельма наказать его за прегрешения сына. Вот только теперь выбор был между отцом и Улой. И Арлен выбрал Улу еще тогда, когда в последний раз покинул отчий дом.

Он старался не делать лишних движений, потому полз медленно. Наконец, он вылез наружу, где все это время его ждала печальная Бренна. Она терла глаза руками и бесшумно всхлипывала. На сердце у Арлена становилось тяжело. Может, он неправильно истолковал увиденное днем?

Железный привкус во рту потихоньку растворялся, но ему на замену приходила жажда. Пить хотелось сильнее, чем в самый жаркий день жатвы. В лесу попьет. Найдет там ручеек и попьет.

Оглядевшись кругом, Арлен убедился, что это действительно был хлев старушки-травницы. Вон ее домик стоял, измазанный темной глиной. Ночь уже давно легла на деревню, но в других домах еще горели лучины. Похоже, Арлен устроил знатный переполох.

Они направились ближайшим путем к полям, а оттуда уже можно было и до леса добраться, перебегая от стога к стогу. Бренна шла за ним послушной тенью, не говоря ни слова.

Но вести ее с собой Арлен не планировал. Он остановился за одним из стогов недалеко от деревни.

— Мне нужно с тобой поговорить, — решился Арлен. Не было смысла тянуть. А после Бренну можно отпустить домой.

Но продолжить Бренна ему не позволила.

— Как ты узнал? — спросила она тихим потухшим голосом.

Арлен вздохнул. Ему не хотелось говорить про Тита. Но Бренне, похоже, это было важно. Она все-таки спасла его, он ей должен. И он мог хотя бы позволить ей объясниться, если она этого хотела.

— Днем я пробрался в твой дом, чтобы тайком увидеться и объясниться. И увидел вас двоих в твоей комнате. На полу.

— Вот как, — глухо отозвалась Бренна и отвернулась лицом к стогу.

Наступило молчание. Арлен не знал, как начать и стоит ли торопиться. Вдруг Бренна задрожала всем телом, плюхнулась на колени и громко всхлипнула.

— Я не хотела, — проныла она и снова всхлипнула. — Это он… Он… Силой!

Она разрыдалась, и Арлен присел рядом с ней, приобнимая за плечи. Если все так, то Арлен тогда мог помочь ей, но вместо этого просто ушел. Он оставил ее в беде, решив, что она ему изменила. И даже так, она все равно пришла к нему на выручку, рискуя собственной жизнью.

Все-таки Арлен мерзавец.

Он должен был защищать Бренну, но вместо этого беззаветно отдал себя в руки Улы. И даже так он не мог пожалеть об этом. Даже так руки Улы были ему роднее. И обнимать во сне хотелось именно ее, а не Бренну. Сердцу не прикажешь.

— Бренна, пожалуйста. Будь потише, — попросил Арлен и потянул ее к себе. Она тут же развернулась и уткнулась в него, будто прячась в его объятьях. Он обнял ее, умостив ладони на спине и слегка поглаживая. Она продолжала плакать, но уже значительно тише.

Пока она успокаивалась, Арлен прикидывал, как дойти до ближайшего ручейка и, наконец, напиться. Жажда мучала все сильнее.

— Расскажи мне, что произошло, — попросил он, когда Бренна притихла. Она кивнула и принялась объяснять.

— Отец со старейшиной договорились о нашем с Титом браке. Отец решил, даже не спросив. Он, конечно, желает мне самого лучшего, но из Тита не лучший жених. Отец не знал, вот и…

Она запнулась, не желая заканчивать. И так было понятно. Она пыталась не винить отца, хоть и была обижена. Арлен отлично ее понимал. Вот только в этот раз придумать оправдание собственному отцу он так и не смог. Но отец Бренны другой. Все знали, что кузнец свою дочку любит и бережет. Как же тогда так получилось, что он сам договорился с Гейртом, не спросив у дочери?

В руках завозилась Бренна, утирая щеки кулачком.

— Тит сказал, что свадьба — это дело решенное. А ждать он не хочет. И… Вот… Я пыталась его вразумить, что до свадьбы грешно. Но он не послушал.

Ее голос постепенно затихал и под конец сошел в шепот.

— Прости, — в ответ пошептал Арлен. — Я был тебе нужен, но вместо этого…

— Не извиняйся! — встрепенулась Бренна и посмотрела на него серьезными глазами. — Ты был в плену у ведьмы. И теперь тебя из-за этого казнить хотят. Но ты ведь не виноват!

Арлен покачал головой и с грустью улыбнулся.

— Я виноват. Перед тобой виноват. Я ведь приходил проститься с тобой.

На лице Бренны отразилось недоумение. Она опустила голову и пролепетала что-то невразумительное.

— Что? — переспросил он.

— Не бросай меня, — прошептала Бренна и сжала в кулаках его рубаху. — Не бросай меня! Я не хочу быть с Титом, не хочу тут оставаться. Забери меня с собой!

Она опять посмотрела на него, и в ее темных глазах было столько боли и страха, столько мольбы. У Арлена сжалось сердце.

— Куда я тебя заберу, неразумная? В лес?

— Пускай даже в лес! Мне с тобой где угодно будет хорошо, — отчаянно просила она.

— Я ведь ужа сказал, что приходил проститься. Я должен вернуться к Уле. Так зовут лесную ведьму, — пояснил он, когда снова увидел непонимание на лице Бренны. — Я должен вернуться к ней.

— Я пойду с тобой! — решительно вымолвила она, а потом вдруг стушевалась. — Пожалуйста? Позволь дойти до ведьмы с тобой. И тогда пусть уже она решит мою судьбу. Может, ей служанка нужна?

— Не нужна ей служанка, — покачал головой Арлен. И задумался.

Бренна так отчаянно просила помощи, что готова была даже к ведьме на поклон идти. Получалось, что дела действительно плохи, а Тит еще больший мерзавец, чем все говорят. Обесчестить собственную невесту, просто потому что свадьбы дождаться не мог? Низшая подлость. Но неужели кузнец не поверил бы дочери, если она ему это рассказала? Хотя тогда ее вообще уже замуж не возьмут. И придется Бренне выходить за негодяя Тита.