Нокаут чемпиону. Часть 2 - Галина Маркус

– Да нет никакой проблемы! – жёстко улыбнулся он, наслаждаясь, что нашёл, наконец, повод причинить ей боль. – Дети быстро всё забывают. Забудет и про тебя когда-нибудь.

– Ты… запретишь мне с ней видеться? – побледнела Ленка. – Но ведь доктор сказал…

«Удар пришёлся в цель! – удовлетворённо заметил Игорь. – Единственно, с кем ты боишься расстаться, это Настя…»

– Ну, зачем так сразу – запрещать? Отучим от тебя потихоньку. Сама понимаешь, ни тебе, ни мне не нужно… – Мелихов пожал плечами, не закончив фразы.

Сейчас он сам себе противоречил – ещё меньше недели назад он чуть ли не на коленях умолял Ленку остаться и подготовить Настю к школе. Но девушка ничего не заметила, слишком была подавлена.

– Ясно, – тихо сказал она и отвернулась к камину.

Игорь не испытывал к ней никакого сочувствия. У Ленки была возможность не расставаться с ребёнком, и нечего теперь изображать страдания! «А как только пойму, что ты с Белозерцевым, больше ты к Насте не подойдёшь», – решил он. Что там сказал этот мерзкий логопед? Не манипулируйте ребёнком, не делайте его игрушкой в своих руках? Плевать. У Насти, в конце концов, есть настоящий отец, придётся ей вспомнить об этом! Только… не сейчас, когда-нибудь потом. Пока он ещё не готов. Он должен видеть Ленку, видеть как можно чаще, любить и ненавидеть одновременно… Готовить Настю к школе, кстати, можно ещё целых два года. Но пока незачем говорить об этом девушке – пусть переживает.

Ему не терпелось узнать, как прошёл визит к Чернявскому. Но спросить, разумеется, он не мог. Марк отзвонился вчера, но сообщил только, что приём состоялся, и Ленке назначили обследование. Операция теперь стала для Мелихова делом чести. Сегодня, когда девушка пришла, такая усталая и промёрзшая, ему показалось, что хромает она больше обычного. Сердце сдавило привычной болью – он никак не мог смириться с её болезнью. Игорь хотел бы сейчас поддержать девочку, рассказать ей о собственных травмах, поделиться с ней, показать, что понимает её.

Но ведь Ленка не хочет, чтобы он её жалел. Вскоре она станет здоровой, уверенной… короче, как все. Красивой и желанной для каждого. В этом Игорь не сомневался – как можно было не желать её? Будет крутить с кем-то любовь, а он, тот, который сделает для неё всё это, навсегда останется один, забытый и не нужный…

– Ужин! – провозгласила горничная и небрежно кивнула на Ленку. – На неё накрывать?

Каким-то невообразимым чутьём Светка угадывала отношение хозяина к любому человеку, и сейчас имела наглость открыто проявлять неприязнь к девушке.

– Разумеется, не будь дурой! – разозлился Мелихов. – Где там Витя?

– Я здесь, – в комнату как раз входил тренер. – Ой, Леночка, здравствуй! Как поживаешь?

– Всё хорошо, – ответила та, но голос у неё странно звенел.

Во время обеда Виктор разговаривал с девушкой на общие темы, горничная метала на них недовольные взгляды. Тарелки с едой она не ставила перед Ленкой, а буквально швыряла.

– Свет, ты чего? – не выдержал даже всегда флегматичный тренер. – Что с тобой?

А Игорь демонстративно молчал, притворяясь, что ничего не замечает. Поев, он вышел в гостиную, разложил на столике шахматы и сделал вид, что увлёкся партией. Девушка несколько секунд постояла, а потом, видя, что он не обращает на неё внимания, спросила:

– Игорь, можно я посижу у себя… то есть в комнате. А компьютер далеко унесли? Я бы почту проверила…

– Писем больше не было? – поднял голову он.

– Нет, я утром смотрела.

– Компьютер теперь у Серёги, – небрежно бросил Мелихов.

– А, прекрасно, – кивнула Ленка. – Как только Ольга появится, я включу запись, и не будет подозрений. Ты только позови сразу, если не услышу.

– Договорились, – как можно равнодушнее согласился он.

– Знать бы, ждать ли её сегодня. Может, позвонишь ей?

– Нет. Не надо показывать, что мы нервничаем. Ты потерпи уж, пожалуйста. Я всё оплачу.

– Хорошо, – коротко ответила она, даже не возразив по поводу денег, и вышла.

Практически прогнав девушку из гостиной, Игорь тотчас почувствовал тоску и желание вернуть её. Он тупо смотрел на доску, не различая фигур. Настроение упало до нуля. Ленка – рядом, но так далеко… Зато скоро приедет Ольга. Вот праздник так праздник!

Мелихов попытался найти повод позвать Ленку обратно, но так ничего и не придумал. Из столовой, расставшись со Светкой, появился Виктор.

– Пять минут до начала трансляции! – заявил он, взглянув на часы.

– Какой трансляции? – бессмысленно повторил Мелихов.

– Как какой? Твое выступление в России покажут. По НТВ.

– Ну и что? Мы уже видели.

– Да ведь это телевизионная передача, с комментариями Вейдмана – он хороший специалист, будет разбирать бой. Интересно же, как всё народу преподнесут.

– Ладно, включай! – вдруг опомнился Игорь. – И постучи Ленке, она, может, тоже захочет.

Виктор понимающе кивнул и ушёл, а Мелихов откинулся на диване. Он испытывал огромное желание посмотреть этот бой вместе с ней. Чтобы она снова увидела стадион, полный болельщиков, беснующихся поклонниц, девушек, пытающихся взять у него автограф, поверженного Будреса, осунувшиеся лица мексиканцев и поняла, от кого отказалась!

***

Она едва сдерживала слезы – кажется, Игорь позвал её, чтобы поиздеваться, продемонстрировать свое небрежение. Сначала, когда он проявил к ней заботу, даже заставил переодеться в свои вещи, Ленке показалось, что они вернулись в недавнеё прошлое. Она вспомнила, как Мелихов укрывал её полой плаща, накидывал на плечи куртку, держал за руку… Но потом… В какой-то момент – кажется, как только зашел разговор про Ольгу и их прежнюю жизнь, в его глазах появился металл, пробиться сквозь который стало невозможно. Да и не нужно…

Вот и сейчас – уселся со своими шахматами. Раньше, правда, Ленку это не раздражало. Напротив, ей всегда импонировал этот образ, разрушающий стереотипы, образ интеллектуального спортсмена. Игорь частенько передвигал фигуры, разбирая по журналу сложные партии – достойных партнёров у него здесь не находилось, разве что Маринкин бой-френд. Девушка как-то попробовала поиграть с Мелиховым, но тот, поставив ей мат в четыре хода, заявил, что ему неинтересно. Предлагал научить, но Ленка не вдохновилась. Она с детства болезненно воспринимала любые проигрыши, а в этой игре, как ни странно, чувствовала разницу между мужским и женским интеллектами. Иначе чем объяснить, что отличница, способная разобраться в любом запутанном законе, не может просчитать партию на несколько ходов вперёд и целиком охватить ситуацию на доске?

В комнате Серого царил бардак – парень даже не собрал постель, наверное, сильно спешил. Девушка скинула со стула несколько пар грязных носков и села за компьютер. На рабочем столе она сразу обнаружила новую папку под названием «Открытки», созданную Белозерцевым, щёлкнула по ней из чистого любопытства и очень удивилась. Оказалось, это не просто скачанные из интернета картинки, Серый пытался делать что-то типа коллажей. У него получалось достаточно симпатично, хотя и наивно. На одной из открыток было изображено сердечко, роза и плюшевый мишка, а фиолетовая надпись витиеватым шрифтом гласила: «Моей маленькой Леночке!» У девушки сжалось сердце – так стало жаль Серого. Но одновременно – тепло от мысли, что кто-то способен любить её…