Серые Башни (СИ) - Татьяна Ильченко

Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что мне нужно быстренько заткнуться. Если я действительно разозлю этого громилу, мало не покажется. Но остановиться я уже не могла.

— За авторитет боишься? Так он гроша ломаного не стоит, авторитет твой, если ты позволяешь здоровым мужикам издеваться над ребенком!

— Каким ребенком? — нахмурился Хок.

— Вот этим! — я указала на Томи.

Лицо Хока исказила презрительная усмешка.

— Этот мальчишка должен быть благодарен уже за то, что сыт и не замерз до смерти. Он вообще не фраги. Может, повар незаслуженно строг с ним, но парень жив, а это главное.

Что значит «не фраги»? Расисты средневековые!

— Это вы называете строгостью? Да на нем живого места нет! Вы знали, что повар допускал его только до черной работы? А теперь вы захотели, чтобы он готовил!? Странно, что он никого не отравил! Как может мальчик, которого ничему не учили, кормить сотню здоровых мужиков? Тумаки, которыми награждают его ваши люди, не добавляют ему ума!

Я и не заметила, как тыкая пальцем в грудь Хока, заставила его, пятясь, выйти из кухни.

— Никто не поднимет руку на достаточно ценного человека. — прошипел, он сквозь зубы.

— А ценность определяется отсутствием синяков? Так что-ли? Вот этот, например? — указала я на худощавого молодого человека с шикарным фингалом в пол-лица. — Он тоже никуда не годится? Так может сразу прибить? Чтоб даром хлеб не ели?

— Это не тебе решать! — уровень надменности в его словах просто зашкаливал. — Ты, плохо воспитанная женщина!

— Я конечно не идеал, но зато руки не распускаю!

— О, до идеальной леди, тебе еще расти и расти, — Хок издевательски поклонился.

— Не стремлюсь, — фыркнула я. — Мне желаю быть «леди» рядом с садистами и тиранами, — я изобразила реверанс, — а вот Томи другое дело. Он был вежлив и любезен, и я отвечала ему тем же!

— Я дарю его тебе, наслаждайся! Ты, несомненно, будешь лучшим учителем. Ведь ты — Агомар, а представители этого рода всегда были так же красивы, как и умны.

Такого я совсем не ожидала. Это был удар ниже пояса, и обида едва не взяла верх над злостью. Я почти задохнулась, от усилий сдержать слезы.

— Тогда и его отдай, — указала я на парня с синяком. — Нам, таким далеким от идеала, следует держаться вместе.

— С радостью, — прошипел он.

— Ты так любезен, — оскалилась я.

Если бы мой взгляд мог убить, то Хок умер бы на месте. Жаль, что я не Горгона!

— Давай закончим этот разговор, моя госпожа. Я прошу простить за невольную обиду, — мгновение спустя пробормотал он.

Я не стала отвечать, подхватила спадающие штаны и ушла. Обиженная, злая и голодная.

Сидхок Рейф Вольтар, Наместник лорда-хранителя Фраги

Это не девушка и это не леди. Неужели ее отец и дед, полагали, что воспитывая ее, таким образом, они превратят ее в мужчину? Да она бы меня убила, если бы могла! И я считал ее хрупким существом?

Мне потребовалось несколько минут, чтобы справиться с гневом. А когда я смог трезво мыслить и говорить, не срываясь на рычание, рядом со мной остался только Старейшина.

— Она…, — мне пришлось несколько раз глубоко вздохнуть. — Дикон, ты что-то понимаешь?

— С девушками это случается, она успокоится и извинится, мой лорд.

Вот в этом, я сильно сомневаюсь! Я и не подозревал, что меня можно настолько вывести из себя. Похоже, мне понадобиться все мое терпение, чтобы не сорваться до приезда лорда Колина. Сдать ее на руки ближайшему родственнику и забыть навсегда!

— Я искал вас, чтобы сообщить, — напомнил о себе Дикон. — Только что прибыли Бертин с сыновьями и Торвальд.

— Хорошо, — выдохнул я. — Что еще?

— Торвальд привез с собой двух девушек для леди и вдову мастера Фица, Кристу. Вы должны помнить ее.

Конечно, я помнил! Барышня была идеальной до зубовного скрежета.

— Мне бы хотелось, чтобы вы сообщили леди Тэйе, что ее свита уже в крепости, — улыбнулся я. — Идем, Дикон, поприветствуем дам.

Быстро шагая по направлению к холлу, я, не переставая, думал о Тэйе. Эта маленькая злючка сделала из меня посмешище, рассказами о том, как она вытолкала меня из кухни мои люди будут развлекаться до весны, а поваренок избежит наказания. Девчонка ловко выторговала его жизнь для себя. Ладно, пусть! Но Лентолет? Служить капризной невоспитанной девчонке, что может быть хуже? Я бы предпочел умереть.

Глава 7

Криста дат Хирд Фиц

Нам повезло, ветер стих, как только мы выехали, я посчитала это хорошим знаком. Мы удостоились редкой милости Госпожи Путей. Но эта милость не могла защитить от пронизывающего холода, я почти не чувствовала ног, когда мы достигли крепости и была благодарна стражам, которые перенесли меня в тепло и позаботились о подогретом вине.

Почти год моим единственным желанием было вернуться в Серые Башни, подальше от лорда Хирда! Развернутое по ветру черное знамя Агомаров и сигнальный огонь на одной из башен крепости, переполошили всех в селении, подарив мне надежду. А потом прибыл гонец с радостным известием, и я решилась. Я сама пришла к мастеру Торвальду и предложила свои услуги. Ведь леди, по словам гонца совсем малышка и ей необходимо женское участие, разве нет? Эконом Серых Башен не стал спорить и тут же отправился к Хирду. Как жаль, что я не видела его жирного лица, когда Торвальд объявил, что волей лорда забирает меня в крепость!

Вместе со мной забрали еще двоих. Глупые девки плакали половину дороги и теперь их лица опухли и покраснели от слез. А я улыбалась, даже когда от холода лицо сводило судорогой. Все складывалось как нельзя лучше. Я буду единственной взрослой женщиной в Серых Башнях. Леди еще ребенок, а эти две селючки годятся только на то, чтобы развлекать прислугу. У меня будет достаточно времени, чтобы добиться своего. Мне нужно совсем немного, одна ночь. Одна ночь с лордом-хранителем и я навсегда буду избавлена от покровительства Хирда и никогда не вернусь в тот проклятый поселок.

Мей О`Ши из рода Хирд

Мы с Алтеей радовались, узнав о возвращении в Серые Башни наследницы, и даже смогли увидеть, что за подарки посылает ей лорд Хирд. Но о большем и мечтать не смели!

А мастеру Торвальду, эконому Серых Башен, достаточно было сказать всего одно слово, и наша жизнь круто изменилась. Мы с сестрой и глазом не успели моргнуть, как оказались в возке, все дальше уносившем нас от родного дома. Все произошло так быстро! Гордость на лице отца, пожелания счастья от мамы, зависть на лицах остальных девушек. Все очень быстро и совсем не понятно. Алтея проревела всю дорогу, я успокаивала ее, как могла, утирая собственные слезы.