Турбулентность - Уитни Уильямс

Его решение и решение босса его босса было окончательным.

– Мы должны были сообщить об этом в другие компании, – произнес он тихо. – Так что я бы на вашем месте не стал тратить время, посылая резюме нашим конкурентам. По крайней мере в ближайшие пять-десять лет. Потребуется время, чтобы забыть о подобного рода инциденте.

– Вы по крайней мере доложили о другой стороне данного инцидента? Другом человеке, который фактически во всем виновен? – Я шмыгнула носом, пытаясь не устраивать еще большей сцены.

– Нет, Джиллиан. – Он быстро обнял меня. – Единственный, кто был неправ в этой ситуации, так это вы. – Он пожелал мне удачи, а затем приказал охраннику забрать у меня бейдж и проводить из здания...

В настоящее время я набираю этот пост, сидя в Старбаксе на Парк-авеню – дрожа от того, что промокла под внезапным летним дождем и пытаясь изо всех сил понять, куда дальше двигаться. Что теперь делать.

Последний чек с оплатой моей работы выпишут раньше времени и отправят на мой почтовый ящик завтра. Мое имя будет удалено из сайта компании, и все, что я привнесла в рамках своей работы, будет стерто и видоизменено.

Так что вот так, в двадцать пять лет, на моей так называемой «мечте пожить» можно ставить крест .

Мне нужно придумать новую мечту, на которой смогу зациклиться и следовать, чтобы, возможно, в один прекрасный день вернуться к своим старым мечтам.

Одно лишь я знаю наверняка: мои дни жизни на Лексингтон-авеню закончены, а ежедневные эспрессо и латте более не актуальны и абсурдны, и мне срочно нужно найти новую работу (или две), если хочу оставаться на плаву в Нью-Йорке.

Напишу позже...

Вообще-то, нет. Не напишу. Это последний пост, что оставляю здесь на очень длительный период времени.

Джиллиан

Дж. Т.

**Тейлор Дж.**

1 комментарий:

КейТРОЛЛЬ: То, что ты сделала, было не только оскорбительно, но и эгоистично, незрело и невероятно ГЛУПО. Ты и правда думала, что тебя за подобное не уволят? Я видел, что именно ты планировала выпустить до того, как удалила это в четверг, и думаю, что ты все прекрасно понимала. По крайней мере тебе всего лишь 25. Так что у тебя есть куча времени, чтобы еще сильнее облажаться. Еще. Сильнее. Облажаться!

Выход на посадку А6

Джиллиан

Нью-Йорк (JFK)

Требовательные слова Джейка звучали у меня в голове в сотый раз, пока пальцы играли с отекшим клитором, и я кончила в третий раз с той ночи, когда он меня трахнул. Мои соски затвердели, когда холодный ночной воздух коснулся их, так что я натянула поверх себя одеяло и перевернулась на бок. Крепче обняв подушку, снова стала вспоминать, как Джейк брал меня, но когда собиралась проиграть в уме всю ночь от начала до конца, зазвонил мой телефон.

Я даже не потрудилась взглянуть, кто звонит. Нащупала кнопку и нажала ее, включая беззвучный режим.

Через минуту звонок повторился, и я застонала, выключая звук еще раз. Но это не помогло. Он опять зазвонил...

Зазвучав даже громче на сей раз. Наконец я заставила себя взглянуть на экран. Неизвестный номер.

– Алло? – Я даже не потрудилась скрыть раздражение в голосе.

– Почему вы не в аэропорту, мисс Тэйлор?

– Что? – Я села. – Кто это?

– Это диспетчер Элиты Эир, – зашипела она. – И если я не перепутала номер Джиллиан Тэйлор, а я уверена, что не перепутала, то вам стоит мне ответить. Сейчас же. Почему вы не в аэропорту?

– Я не... – Я нажала на кнопку на лампе и взглянула на будильник. Было пять утра. – Меня не назначали на рейсы до четверга. Рейс туда и обратно в Филли и затем Рейган Интернешнл.

– Нет, ваш график изменили, – перебила она. – У вас запланирована очень важная встреча. Мы отправили вам два письма на этих выходных, обновили ваше расписание, и вчера оставили голосовое сообщение насчет изменений.

Я сглотнула. Посчитав эти письма не более чем сообщениями о новостях компании, я удалила их, как только получила. Так что сейчас начала думать о возможных оправданиях, которые могла предоставить насчет того, почему не прослушала голосовую почту или ни разу не потрудилась проверить свой график за все выходные, но женщина не дала мне даже шанса.

– У вас есть час, чтобы добраться до JFK, – сказала она, – приезжайте в униформе в конференц-зал шестого терминала. – И не сказав больше ни слова, положила трубку.

***

Через пятьдесят минут я преодолела путь через весь город на автобусе и почти сбила с ног семью, что собиралась войти в двери аэропорта. Направилась прямиком ко входу в зону безопасности для экипажа, поднимая свой бейджик, когда агент из управления транспортной безопасности махнул мне рукой.

Прошу, не дайте мне опоздать. Прошу, не дайте мне опоздать... 

Я бежала от терминала к терминалу, все время поправляя шарфик на шее и судорожно отсчитывая секунды в голове. К тому времени, как достигла конференц-зала, у меня осталась ровно одна минута в запасе.

В комнате находилось еще порядка двадцати других стюардесс, все одеты в такие же темно-синие пиджаки и юбки формы Элит Эйрвейс. Все губы девушек были окрашены одинаковым оттенком красной помады Шанель, все пучки на головах были идеально собраны на правильном уровне головы, и каждое запястье украшал блестящий браслет с шармами компании – белый голубь и глобус.

Я заметила пустое место в конце комнаты и проследовала к нему. Но до того, как смогла спросить девушку рядом, получила ли она такой же звонок этим утром, дверь открылась, и в комнату вошла красивая темнокожая женщина.

На ней была надета официальная темно-синяя форма и темно-серые туфли на каблуке. Она перекинула свои длинные волнистые волосы через плечо и взглянула на наручные часы. Ее карие глаза пристально осмотрели комнату, пока женщина направлялась к месту за центральным подиумом. Окрещенные в светло-розовый цвет губы и мелькающие во время улыбки белые зубы, напоминали мне картинку идеальных моделей во всех роликах Элит Эйрвейс.

Вытянув папку из своей сумки, она взглянула прямо на нас.

– Доброе утро, добро пожаловать на встречу и, черт возьми, заткнитесь.

Комната погрузилась в тишину.

– Меня зовут Алисия Коннорс, и за выработку в пятнадцать лет меня назначили главной стюардессой Элит Эйрвейс, – сказала она. – Я летаю для авиакомпаний с момента выпуска из университета, и хотя мне это очень нравится, если говорить начистоту, то еще одна часть моей работы волнует меня отнюдь не меньше. При этом, так как я единственная стюардесса здесь, кто когда-либо... – Она резко замолчала и посмотрела на кого-то в другом конце комнаты.