Плачущий король - Мара Полынь

Какое-то время он сидел, размышляя, имеет ли смысл посмотреть, кто там, или не обращать внимания и просто порадоваться такому удачному соседству. Вдруг до его слуха донёсся тихий всхлип. Если бы Страж специально не вслушивался, он бы не услышал его за мерным журчанием струй. Может, тоже уйти? Кто бы ни плакал с другой стороны фонтана, это не его дело. Четвёртый встал, сделал несколько шагов, но ещё один всхлип заставил его остановиться. И чем он лучше всех этих парочек в таком случае? Убегает точно так же, как и они. Он просто спросит, может ли чем-нибудь помочь. И сразу же уйдёт. Собрав волю в кулак, он развернулся и пошёл вокруг фонтана.

Это чёрное платье. Эти чёрные волосы, собранные в высокую причёску, и открывающие чужим взглядам тонкую белую шею и совершенной формы уши. Четвёртый непроизвольно сглотнул. Сам себя загнал в ловушку. Уйти. Нужно уйти. Немедленно. Пока не поздно. Но ноги уже несли его вперёд. Баронет Сананси сел рядом, но Тиантей не обратила на него ни малейшего внимания.

— Позвольте вызвать на дуэль того, кто посмел обидеть вас, — возможно, это были не лучшие слова утешения, но Четвёртый не знал других.

— Боюсь, это невозможно, — тихо ответила Тиантей. Грудь Рина словно стянул тугой обруч.

— Тогда, может быть, я могу сделать что-нибудь другое, что вас развеселит?

— Это самое необычное приглашение на танец, которое я когда-либо слышала, — пряча заплаканные глаза, вымученно улыбнулась Ведьма. — Но в этот раз я вынуждена отказать.

Рин промолчал, не зная, что ещё сказать — его только что вежливо попросили не вмешиваться. Вот теперь точно пора было уходить. Он со вздохом, полным сожаления, поднялся. Тиантей ждала, когда же он оставит её одну.

— Не смею навязывать вам своё присутствие. И я понимаю, что мои силы намного меньше ваших. Но поверьте, если я могу чем-нибудь…

— Вы очень милы, — прервала его сбивчивую речь Ведьма. — Но я даже не помню вашего имени.

— Я бароне…

— Не стоит. Не делайте того, о чём потом будете жалеть. Идите, ваши друзья ждут вас.

Он церемонно поклонился и, печатая шаг, пошёл в сторону древа. Никто не ждал его. И виконт, и баронесса были заняты своими делами, а Лиестаней давно уже уехал. Сананси какое-то время размышлял, насколько некрасиво будет оставить на балу Тарилели и Лиоди, но понял, что ни минуты больше не может находиться здесь. С трудом пробившись к виконту, он сообщил, что уезжает. Третий зло посмотрел в ответ. «Предатель», — говорил его взгляд.

— Не смею тебя задерживать, — только и сказал виконт. Его тоже утомляли подобные вечера, но держался он много лучше Четвёртого.

Гнездо встретило его тишиной, покоем и одиночеством: только привратник попался ему на пути. Поднявшись в комнаты баронета, Четвёртый, не раздеваясь, рухнул на кровать. Хотелось просто исчезнуть и перестать чувствовать. Он дерево. Просто дерево. Ветви тянутся к небу. Корни уходят глубоко под землю, куда не проникнет ни один луч света. Он стоит недвижим много сотен лет. Пусть дождь, град и снег бьют его, пусть ветер хлещет, а солнце жжёт. Он непоколебим.

Медленно, медленно, по капле, по песчинке он провалился в сон.

Кто-то тронул его за плечо. Не задумываясь, что он делает, Страж резко выбросил руку вперёд и вверх. Кто-то сдавленно захрипел и покатился по полу. Четвёртый часто заморгал, сбрасывая сонливость. Рядом с кроватью скорчилась от боли Линтакли. Надо же, в последнее время он даже думать забыл о ней. Хорошо, что ударил без ножа.

— Опять ты?! — Страж вовремя вспомнил, что сейчас он баронет Сананси.

— Я приношу глубочайшие извинения, — если слышно прошептала секретарь Ведьмы, с трудом дыша.

— Что в этот раз? — недовольно поинтересовался он. Но в голове навязчиво билась мысль: если она пришла — неужели принесла?! — Если ты опять к своему дружку, то его здесь больше нет.

— Я… — наконец, Линтакли совладала с собой и смогла сесть. — А где он?

— В безопасном месте, — баронет скривился. — Я не одобряю твоей дурной привычки лазать по чужим древам без спросу, но ради вашей великой любви я так и быть, соглашусь передать ему пару слов. Можешь написать письмо, я подожду.

То, как вытянулось её лицо, доставило ему массу удовольствия. Оказывается, выбить Линтакли из равновесия намного проще, чем он думал. Наконец она кивнула.

— Письменные принадлежности там, — он указал в сторону стола.

Секретарь Ведьмы закончила писать и протянула баронету конверт вместе маленьким мешочком чёрного бархата.

— Вы обещаете, что передадите всё ему? — насколько могла сурово спросила она.

— Если вы мне не верите, то почему всё ещё здесь? — в тон ей ответил Страж. Линтакли сжала губы, словно сдерживаясь, чтобы не сказать какую-то колкость. Хотя, возможно, так и было.

— Не смею больше вас отвлекать, — она встала и церемонно поклонилась.

— Постой, если он захочет тебе что-нибудь ответить?

— Он сам меня найдёт, — секретарь вышла. Страж рассудил, что в целом она сама найдёт выход. Подождав ещё немного, он заглянул в мешочек. Да, матово-белый кулон еле заметно мерцал, словно внутри него клубился туман. Четвёртый развернул письмо.

«Рин.

Кулон, как я обещала. Чтобы увидеть цель, просто сосредоточься на ней. Помни о нашем разговоре, она ждёт тебя.

Линтакли»

Четвёртый хмыкнул и убрал кулон обратно в мешочек. Хотелось опробовать его прямо сейчас, но что если к нему добавлены ещё какие-либо следящие заклятия? Страж ведьмовства не знал вовсе и лишний раз рисковать не хотел. Конечно, существовала опасность, что Провидцы, заполучив в руки такую вещичку, больше не вернут её. Но рисковать и, возможно, носить у себя на груди ядовитую змею?

Он не слышал, как вернулись Третий и Шестая. Возможно, они ещё и не возвращались вовсе. Страж решил позавтракать у себя и не спускаться к общему столу: новость с кулоном подождёт, и даже если виконт и баронесса уже приехали, вряд ли в такое раннее время они найдут в себе силы для еды.

Настроение было удивительно хорошим, будто метания последних дней касались не Четвёртого, а кого-то другого. Заняться было совершенно нечем, библиотека и тренировочный зал надоели окончательно, и немного поразмыслив, баронет решил взять лошадь и немного покататься. Благо, погода стояла просто отличная. Наконец-то пришла весна. Даже воздух теперь пах иначе.

Корочка шла неторопливым шагом, позволяя седоку расслабленно думать о ерунде и глазеть по сторонам: на дороге лишь время от времени попадались встречные экипажи, и даже несмотря на улиточью скорость, баронета никто не обгонял. Пешеходов почти не было, если не считать некоторых совсем уж припозднившихся гуляк, и только уборщики шуршали мусором, приводя лес в порядок после ночного буйства. Начало весны было самым главным праздником года и всегда отмечалось с невероятным размахом. Неудивительно, что сейчас все, кто мог себе это позволить, спали. Кажется, где-то здесь недалеко было большое озеро? Страж видел его пару раз, когда они проезжали мимо по делам, но прогуляться по его берегам возможности пока что не представлялось. Почему бы не сделать это сейчас? Он повернул направо, съезжая с главной дороги. Немного попетляв, он выехал к самому берегу. Лёгкий ветерок время от времени наводил рябь на воду и шуршал камышом и рогозом.