Свет моей души - Энджел Мертонс

— Извините, что так поздно… — заикнулась она.

— Я уже махнул на вас рукой.

— Данк, я же сказала, что приду.

— Уже шестой час. Не передумали насчет обеда?

— Я обедаю с Челфи.

— Не многовато ли? Это может перейти в привычку.

— Мои привычки, не имеющие отношения к работе, вас не касаются. Надеюсь, вы позвали меня сюда не для того, чтобы морочить голову и в очередной раз читать мне лекцию о Чеппи Челфи или снова учить жить?

— Нет.

— Это всего лишь деловой обед.

— Я хотел поговорить с вами о рыбаках.

— Кейп-Нордский рыболовецкий флот?

— Да. Я предлагаю давать рыбакам возможность самим чинить свои лодки в нашей механической мастерской. Я разговаривал с Джеффом Стоуном. Он…

— Сначала вам следовало поговорить со мной.

В ее голосе звучала досада.

— Эта мысль и возникла у меня после разговора с ним. Он не единственный рыбак, который хотел бы сам чинить свою лодку, но просит снизить за это арендную плату. Ему и еще некоторым, которые хранят здесь свои шаланды.

— Настоящая «мозговая атака».

— Верно.

— Под вашим руководством?

Данк зябко потер руки.

— Я думаю о благе станции, Бет. А вы расцениваете это как саботаж.

— Сначала вы попросили принять на хранение вашу яхту. В следующий раз я узнаю, что вы взяли у меня в аренду ангар и начали ремонтировать суда моих клиентов. Теперь вы создаете рыбацкий кооператив.

— Не уходите в глухую оборону. Я вам дело говорю. Просто дайте мне возможность объяснить все подробно.

— Придется подождать. Утром я на пару дней уезжаю в Бостон по делам «Финансов и кредитов».

Он вздохнул.

— Бостон, в самый разгар работы?

— Я рассказывала вам, что это входило в договор.

— Где вы там будете жить?

— Переночую на диване в своей квартире. Когда я сдавала ее, то выдвинула условие, что буду им пользоваться во время приездов в город.

— Подумайте о рыбаках после заседаний с финансистами и кредиторами.

— Не могу обещать. Я еду по делу. Похоже, там будет о чем подумать и без ваших предложений…

Тем же вечером, в девять сорок пять, Данк сидел в машине и следил за приближающимися фарами. Пикап Бет обогнул край болота и вырулил на дорожку к дому. Девушка вышла, луч висевшего над крыльцом фонаря отбрасывал от ее фигуры причудливую тень. Хаммел узнал нарядное шерстяное платье и с досады на Челфи тихо выругался. Она выключила свет и исчезла в темноте. В девять сорок восемь он съехал на обочину и вынул ключи от машины.

Он искал причину, которая могла бы объяснить его присутствие здесь, но не мог придумать ничего путного. Ступив на неосвещенную дорожку, Данк представил себе удивленный взгляд девушки, которым она встретит его на пороге. Он шел по следам Бет, и гравий тихо поскрипывал под подошвами его рабочих ботинок.

— Добрый вечер, Данк, — прозвучало неожиданно из темноты.

— О черт!

В черном дверном проеме стояла довольная Бет.

— У вас вошло в привычку преследовать женщин до самых ворот, или это предусмотрено нашим «взаимопониманием», о котором вы говорили Челфи?

Он поморщился от света внезапно вспыхнувшей над крыльцом лампочки и забренчал зажатыми в руке ключами, пытаясь сообразить, что ответить. Можно было намекнуть на тоску и пылкую страсть. Да, именно страсть сводила его с ума. То, что он оказался здесь, лишний раз доказывало правильность вывода, сделанного много лет назад: в присутствии женщины законы логики не работают.

Его спасла лежавшая в ладони связка ключей.

— Забудьте про диван в квартире, которую вы сдали. Я хочу предложить вам нашу. Сейчас она свободна. Там вам будет удобнее.

— Нашу?

— Моя семья содержит ее сообща. Отец и брат часто приезжают в Бостон по делам или на какие-нибудь приемы. Когда я работал в компании, то временами и сам жил там.

Бет щелкнула выключателем, и кухня за ее спиной приобрела четкие очертания. Девушка посторонилась, пропуская его. Данк невзначай коснулся ее рукава, и Бет затаила дыхание, а у него участился пульс.

— Ваш вид вызывает множество вопросов, — пробормотал он.

Бет улыбнулась.

— А если бы я вообще не пришла домой? Если бы я приняла предложение Челфи пропустить рюмочку на сон грядущий, вы бы сейчас прятались в кустах у моего дома? — Улыбка сменилась откровенным смехом. — Я представила себе, как вы выбираетесь из колючек и предлагаете мне ключи от вашей квартиры… — Ее взгляд смягчился. Она отступила, отвела обе руки назад и оперлась ими о выступ буфета. — Так что же на самом деле заставило вас прийти сюда?

Данк медленно покачал головой, следя за ее лицом, на котором светилось ожидание.

— Я мог бы придумать дюжину других причин. А правда в том, что… — Он облизал губы и закрыл глаза. Одна мысль об этом выбросила в его кровь новую порцию адреналина. Тяга, влечение, страсть… Теперь он знал, как называется это чувство. Хаммел втянул в себя воздух и вздрогнул от страшного слова, как будто оно могло сжечь его. — …вы хорошо влияете на мои гормоны.

Бет опустила ресницы, на щеках проступили пятна румянца. Ее грудь вздымалась и опадала. Девушка вздохнула и улыбнулась.

— Просто влечение, — прошептала она и отвернулась, глядя в никуда.

Ему был знаком этот взгляд, знакома сила, которая подсказала Бет нужные слова. В два шага он очутился рядом, но не сделал ничего, только взял ее за руку.

— Ни к кому я не чувствовал ничего подобного. Разве что к Вирджинии, но это было давным-давно.

Вид у нее был скептический.

— Почему вы решили, что я…

— Вы первой заговорили о влечении.

— Это легко проверить…

Она высвободила руку и провела пальцами по его ладони. Жест этот был и по-детски невинным, и по-женски чувственным. Бет была так близко, что Данк ощущал ее дыхание.

Он порывисто обнял девушку, и Бет прижалась лицом к его груди. Ее руки обхватили поясницу Данка и стали подниматься выше.

— Бет…

— Я начинаю думать, что ты был прав…

Постель, подушки, тусклый свет кухни… Больше торопиться некуда. Данк взял руку Бет, поцеловал ладонь и провел пальцем по предплечью до края шерстяного рукава. Время и взаимная страсть взяли свое, и влюбленные молча устремились в комнату.

Бет вздрогнула, когда он начал расстегивать на ней платье. Вскоре оно легло на спинку стула. Его одежда грудой лежала на сиденье. Теперь возврата нет. Данк ощутил прикосновение знакомых горячих губ и, пронзенный жаром, возвратил поцелуй со страстью, которая доселе была ему неведома.

Он опустил Бет на кровать, и девушка хрипло простонала его имя. Не отрываясь от нежных губ, Данк обнял ее за плечи и погладил по спине. Эта ласка заставила ее выгнуться дугой.