Воронцов. Перезагрузка. Книга 9 - Ник Тарасов

Я облегчённо выдохнул. Это снимало с меня огромную головную боль. Организовывать поставки кварца самостоятельно было бы крайне сложно и дорого.

— Спасибо, Иван Дмитриевич, — искренне сказал я. — Это очень поможет.

Он отмахнулся:

— Это моя работа — обеспечивать вас всем необходимым. Вы делаете дело, я убираю препятствия. Так что всё честно. Ладно, не буду вас задерживать. Уверен, у вас ещё дел невпроворот.

Я встал, пожал ему руку:

— Спасибо ещё раз. Как только будут новости из Петербурга — дайте знать.

— Обязательно, — пообещал он.

Я вышел из его конторы, спустился по лестнице на улицу. Захар ждал с лошадьми у крыльца.

— Куда теперь, Егор Андреевич? — спросил он.

— Домой, — ответил я, садясь в седло.

Я вернулся домой после разговора с Иваном Дмитриевичем в прекрасном расположении духа. Вопрос с кварцем решался, производство набирало обороты, всё шло по плану. Захар отвёл лошадей в конюшню, а я направился к дому.

Но едва я подошёл к крыльцу, как услышал голоса во дворе. Женские, оживлённые. Обогнул дом — и увидел целую компанию. Машка, бабушка, няня Агафья, моя мать… и ещё одна дама в роскошном тёмно-синем платье с меховой оторочкой. Княгиня Елизавета Петровна Шуйская.

Все они столпились вокруг коляски, которую я привёз из Уваровки. Машка что-то объясняла, показывая, как корзинка качается на ремнях, как легко катятся колёса. Княгиня ахала, склонившись над коляской, трогала кожаную обивку, проверяла крепления.

— А вот и сам изобретатель! — заметила меня бабушка.

Все повернулись. Княгиня выпрямилась, расправила юбки и направилась ко мне с широкой улыбкой:

— Егор Андреевич! Добрый день! Как же вовремя вы подоспели!

Я снял шапку, поклонился:

— Добрый день, Елизавета Петровна. Рад вас видеть. Что привело вас к нам?

Она взяла меня под руку, повела обратно к коляске:

— Вот, приехала навестить вашу супругу, узнать, как здоровье, как беременность протекает. А Машенька мне такое чудо показала! — она указала на коляску. — Я наслышана о вашем таланте в изобретательстве, Егор Андреевич, но чтобы вот так — для удобства прогулок с маленьким ребёнком! Это же что-то невероятное!

Машка застенчиво улыбалась, стоя рядом. Бабушка и мать переглянулись с довольным видом. Няня Агафья качала головой, причитая что-то про «нашего Егорушку-умницу».

— Просто хотел, чтобы и нам и ребёнку было удобно, — скромно ответил я.

— Удобно⁈ — Княгиня всплеснула руками. — Да это же гениально! Смотрите — корзинка качается, как люлька! Колёса мягкие, не трясёт! И катится легко, одной рукой можно везти!

Она снова склонилась над коляской, вглядываясь в каждую деталь. Потом выпрямилась, посмотрела на меня серьёзно:

— Егор Андреевич, у меня к вам огромная просьба. Если я вас очень попрошу помочь мне с такой же коляской — выручите меня?

Я поднял бровь:

— Вам коляска нужна?

— Не мне лично, — она улыбнулась. — У меня племянница недавно родила. Прелестная девочка, моя крестница. И вот скоро крестины, все родственники будут отдариваться, а я всё думала, что бы такого особенного подарить. А тут Маша показала вашу коляску — и я сразу поняла, что это будет самый лучший подарок! Такого точно ни у кого не будет!

Я задумался. С одной стороны, дел и без того невпроворот. С другой — отказывать княгине Шуйской было бы неразумно. Она много раз помогала нам, поддерживала Машку в светском обществе, защищала от интриг. Да и вообще, женщина она была хорошая, искренняя.

— Сделаю, Елизавета Петровна, — кивнул я.

— Правда⁈ — она всплеснула руками. — Ах, как я рада!

— Вам на когда надо?

— Ну, неделя ещё есть, — она прикинула в уме. — Успеете?

Неделя… Для такой работы вполне достаточно. Особенно если поручить её Савелию Кузьмичу с его подмастерьями.

— Более чем, — уверенно ответил я.

Княгиня просто расцвела:

— Ах, Егор Андреевич, вы настоящий спаситель! Как я вам благодарна! — она повернулась к Машке. — Машенька, у вас муж — сокровище! Берегите его!

Машка покраснела, но улыбалась:

— Берегу, Елизавета Петровна.

Мы все прошли в дом. Матрёна уже накрывала на стол — видимо, ждали меня к обеду. Княгиня уселась рядом с бабушкой, продолжая расспрашивать о коляске, о здоровье Машки, о предстоящих родах.

Я сидел, попивая чай, и думал о том, как бы организовать изготовление второй коляски. Можно, конечно, самому заняться, но времени катастрофически не хватает. Лучше делегировать.

Обед прошёл в приятной беседе. Княгиня была прекрасной собеседницей — рассказывала новости из высшего света, интересовалась делами на заводе, хвалила Машку за скромность и благоразумие. Бабушка явно была довольна таким гостем.

Наконец княгиня засобиралась:

— Что ж, пора мне ехать. Дела ждут. Егор Андреевич, — она повернулась ко мне, — когда коляска будет готова, дайте знать. Пришлю слугу, заберёт.

— Обязательно, — пообещал я. — Через пять-шесть дней всё будет готово.

— Прекрасно! — она поцеловала Машку в щёку, кивнула остальным и направилась к выходу.

Я проводил её до кареты. Перед отъездом она ещё раз поблагодарила, помахала рукой и укатила.

Вернувшись в дом, я застал Машку в приподнятом настроении:

— Какая она чудесная! — говорила она бабушке. — Так искренне интересовалась, советы давала…

— Хорошая женщина, — согласилась бабушка. — И влиятельная. Такую подругу иметь — большая удача.

Я не стал вмешиваться в женский разговор. Поднялся к себе в кабинет, достал чистый лист бумаги и начертил подробную схему коляски — все размеры, детали, материалы. Чертёж получился детальным — любой толковый мастер по нему соберёт.

Глава 10

На следующее утро, позавтракав, я отправился на завод. Нашёл Савелия Кузьмича в его новой мастерской — тот как раз проверял очередную партию пружин для замков.

— А, Егор Андреевич! — поздоровался он, отрываясь от работы. — Что-то нужно?

— Выручай, Савелий Кузьмич, — начал я, доставая свёрнутый чертёж. — Шуйской пообещал помочь, а кроме как на тебя и положиться не на кого.

Он вытер руки о фартук, заинтересованно посмотрел на меня:

— А