Наследница поневоле (СИ) - Литовская Даша

Глава 19

Загнав псину домой, и оставив на блестящих кафельных полах холла некрасивые аляпистые и жутко воняющие следы, я отправила его в гостевую ванную на первом этаже и юркнула туда сама. Блинчик купаться явно не горел желанием, потому что старательно бросал на меня хмурые взгляды исподлобья. Я лишь угрюмо молчала в ответ, включая воду и выискивая на полках нужные баночки и бутылочки.

— Чем ты тут занимаешься? — послышался сонный голос из-за спины.

Красавчик. Стоит, гордо демонстрируя утренний шухер на голове (а я-то уже привыкла к стильной укладке на его черных как смоль волосах), в обычной футболке и мягких пижамных штанах. Пожалуй, таким… простым, я вижу его впервые. Даже опешила немного, но быстро взяла себя в, до сих пор вымазанные грязью, руки.

— Мою твою собаку. — бурчу, и дальше принимаюсь за дело, потому что та самая собака всячески извивается, грозя затопить все вокруг крупными брызгами и выражая свое несогласие с нашим общим занятием.

— Хм… — задумался Андрей и принялся меня изучать. Чего и гляди, дыру своим взглядом прожжет на спине. — То есть занятие по интереснее у тебя не нашлось в… — он глянул на наручные часы. — В половине шестого утра? — скривил лицо. — И что вообще за вонь?

Я фыркнула.

— Ну знаешь ли, конечно, нашлось бы. Если бы кто-то выгуливал своего питомца самостоятельно. Не заставляя бедную псину скулить под дверью. А собака все же до чертиков на тебя похожа, его тоже тянет на всякую… грязь!

Красавчик не спешно, демонстративно сделал два шага ближе. Видимо, чтобы разглядеть нас получше.

— Боже, что ты с ним сделала? — хохотнул он.

— Не я с ним, а он со мной! — малодушно сдала я пса со всеми потрохами. — Я гулять его в сад выпустила, а он в канаву залез!

— Какую еще канаву? — черные, красиво очерченные брови мужчины нахмурились, а на переносице залегла серьезная складка.

Пожимаю плечами и тут же продолжаю отводить душу:

— Измазался весь как свинья! — грозно глянула на пса, мол «да, да, про тебя говорю!» — Меня перепачкал! Теперь три часа придется этот запах смывать! А вечером этот ваш бал, или как его там? Благотворительный! — с обидой все больше наседаю я на красавчика. — Я пока его из канавы доставала, мне грязь в глаза попала! На волосы какой-то жук забрался! Их там тьма тьмущая! — мой словесный поток было уже не остановить, но мужчина продолжал внимательно слушать.

— Какой еще жук? — он спросил это с такой интонацией, будто моя тирада была больше похожа на бред сумасшедшего, нежели на оправдание плохого утреннего настроения.

Я рассерженно бросила в воду напененную мочалку, и уперла руки в бока.

— Ну не знаю! Он не представился!

Если до этого брови фиктивного жениха были скептически сдвинуты, то теперь они удивленно поползли вверх. А уже через секунду он залился звонким хохотом.

Я злобно зыркнула на него, но в конце концов подобная метаморфоза заставила рассмеяться и меня тоже. Да правда, нашла повод для расстройства. Подумаешь, в канаве искупалась! Грязевые ванны даже полезны!

— Ладно! — дружелюбно махнула рукой и снова присела на корточки, продолжая оттирать Блинчика. От былой злости не осталось и следа.

Андрей как-то странно на меня посмотрел. Глубоко, почти восхищенно. И неожиданно присел на краешек ванной.

— Тут все в грязи. Запачкаешься. — скромно произнесла я, предостерегая красавчика. Но тот и глазом не моргнул.

Уверенно взял в руки стопку душистых полотенец. Извлек одно, самое верхнее, а остальные аккуратно отложил на край тумбы с ванными принадлежностями. Намочил его чистой водой, и…

Начал нежно, заботливо убирать грязь с моего лица!

Я замерла. Затаилась. Распахнула глаза.

— Что ты делаешь? — голос вдруг осип, а рассудок буквально накрыло чужой, сильной и очень соблазнительной энергетикой.

Мужчина мягко улыбнулся. Посмотрел на меня с какой-то особой теплотой

— Помогаю тебе. — спокойно произнес он в ответ, не останавливаясь ни на секунду.

Нет! Мы же на дух друг друга не переносим! Что вообще происходит!?

Мочалка из рук снова падает в воду, издавая громкий плюхающийся звук.

О, этот мужчина умеет использовать свои обольстительные чары на полную катушку! Уверена! Я ведь знаю какой он, на какие подлости способен. Но, несмотря на это, плотская меркантильная часть моей натуры сейчас весело подпрыгивает, танцуя чечетку! Радуется, бесстыдница! Может быть потому, что всю свою жизнь я была уверена, что подобного рода мужчины в мою сторону никогда и не посмотрят. Ведь к их ногам ляжет любая красавица. Зачем им я?

А сейчас вот, один из их представителей сидит ко мне близко — близко. Проникновенно заглядывает в глаза, и аккуратно касается кожи. Старается. Будто спугнуть боится.

И самое главное, теперь он не похож на того Андрея, что я знала. Может быть свое дело сделал такой простой домашний внешний вид, или вот этот вот, почему-то кажущийся влюбленным, взгляд. Или тот беззлобный дружеский хохот, что сразил нас всего пару минут назад?

А может быть все сразу. И может быть все сразу послужило причиной тому, что я не отстранилась, когда Андрей медленно нагнулся и как-то неуверенно, очень нежно поцеловал меня, окончательно топя в своей интимной, сквозящей запретными мыслями, энергетике.

И на этот раз наш поцелуй был самым что ни на есть настоящим. Не тем, фиктивным, что мы старательно демонстрировали гостям праздника на помолвке.

Секунда, другая. Мы неспешно отстранились друг от друга. Пронзительный взгляд глаза в глаза. Его — уверенный. И мой — растерянный донельзя.

Когда за дверью послышались тяжелые удаляющиеся шаги, я вздрогнула всем телом. Резко обернулась, но наткнулась лишь на пустоту.

— Ооо, ракурс, конечно, не лучший! — молодой человек бесцеремонно врывается в мою спальню, изучая что-то на страницах прессы так увлеченно, что забывает и постучаться.

Я взвизгиваю, быстро подхватываю со стула полотенце и прикрываюсь. Выпучиваю глаза.

— Что ты тут делаешь? — выпаливаю.

Алекс демонстративно прикрывает глаза газетой. Быстро подлетаю к своему шкафу и выуживаю оттуда первое, что попадается под руку. Попадается старый халатик из прошлой жизни, который я любовно положила на верхнюю полочку. Замызганный, потрепанный жизнью, но мягкий и очень уютный.

— Тебя не учили стучаться? — бурчу. — Я оделась.

— Фу. Что это на тебе? — парень кривит лицо, будто смотреть ему приходится на что-то крайне мерзкое и безвкусное, а не на меня в халатике. Я поджимаю губы и воинственно складываю руки на груди. Не собираюсь отвечать на бестактные вопросы.

Конечно, на нем, как и прошлый раз, стильный костюм цвета «вырви глаз». В голове от него рябит.

Мистер цветные штанишки не унимается:

— На улицу в таком не вздумай соваться. — демонстративно разворачивает газету и показывает мне.

Ахаю.

— Да как…!? Когда они успели..!? — от бешенства глотаю слова.

Прямо на развороте красуюсь я собственной персоной. В канаве! «Самозванка или наследница?» Почему внучка Гроздицкого объявилась только после его смерти?»

Это ж какой надо обладать скоростью, чтобы утреннее происшествие успеть напечатать уже в вечерних выпусках? И неужели эти пройдохи — журналюги караулят возле поместья круглые сутки!?

— И что… — Алекс поморщил нос. — Что это за запах?

От бешенства я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. И так три часа просидела в ванной, оттирая кожу и волосы. Видимо, не помогло. А до праздника остается так мало времени.

Швыряю газету в урну и беспомощно смотрю на гостя.

— Чувствую себя неудачницей. — вдруг произношу я на выдохе и оседаю на мягкий бархатный пуфик возле зеркала. Кажется, газетная статья все же была последней каплей. — Я так устала! — почти всхлипываю. Не знаю, почему именно с обескураженным обнажёнными эмоциями Алексом я решила сейчас поделиться. — Запуталась. — тихо, глядя куда-то в пустоту, продолжаю.