Миссия оборотня - Алия Якубова

— Что с тобой?

— Морок, — коротко ответил он каким-то пустым голосом. — Теперь меня не сможет ни увидеть, ни ощутить мое присутствие ни один маг или другая нечисть.

— Понятно, — кивнула я, хотя на самом деле ни хрена мне понято не было. Я лишь едва-едва ощущала магию, и то, лишь потому, что знала, что она должна быть.

И вот мы доехали. Машину я оставила подальше от Лунной Сонаты. Так, на всякий случай. Когда я выходила, Андрэ тихо пожелал мне удачи. На это я лишь кивнула.

Как ни странно, но, подходя к клубу, я была совершенно спокойна. Холодный разум сейчас был важнее всего, поэтому я приложила максимум усилий, чтобы выкинуть из головы все страхи и сомнения.

Я подошла к главному входу. Клуб уже закрывался, в нем были лишь двое или трое последних посетителей. Но внутрь меня пропустили без звука. Тут же подскочил оборотень лет тридцати пяти и, поклонившись, сказал:

— Я провожу вас, — видно, о моем приходе всех тут действительно предупредили.

Мы вместе дошли до конца второго зала, в котором, кстати, тоже практически никого не было, и остановились у той самой двери. Хотя, мне показалось, она открылась даже раньше, чем мы к ней подошли. На пороге стояла Глория. Проклятье! Этого мне только сегодня не хватало! Но, к моему удивлению, она смиренно посмотрела на меня снизу вверх и сказала:

— Иветта велела мне проводить тебя к ней.

«Велела» — усмехнулась я про себя. Видимо, она решила таким образом наказать свою непокорную волчицу. В том, что Глория понесла наказание за свою тогдашнюю выходку, меня убедил еще и небольшой шрам на ее скуле. Нетрудно было вообразить масштабы раны, если следы остались до сих пор. Работа коготков Иветты, наверняка.

На миг мне даже стало жаль ее, но с другой стороны, она знала, на что шла.

— Куда мы идем? — спросила я, когда мы миновали уже второй коридор.

— Иветта ждет тебя в нижних покоях, — послушно ответила Глория.

Это было уже подозрительно. Нижние покои — это обширное подземелье, прекрасно обустроенное и со стопроцентной звукоизоляцией, насколько я помню. При прежнем вожаке здесь проходили крупные собрания и решались все дела стаи. Именно там я отвоевала право одиночки. Но что там сейчас, я понятия не имела. Да, видно этот информатор всерьез обеспокоен о своей конфиденциальности.

Мы шли и шли по полутемным коридорам. Скудная освещенность не мешала мне, так как я обладала прекрасным ночным зрением. Темнота была мне не врагом, а вторым домом. Не была она помехой и Глории. Я то и дело ловила на себе ее взгляд. Интересно, что она задумала на этот раз?

Едва я успела подумать об этом, как девушка резко остановилась, так что я чуть не налетела на нее.

— Что произошло? — довольно резко спросила я, думая, не подстроила ли она мне какую-нибудь пакость.

Глория повернулась ко мне и, к своему изумлению, я заметила в ее глазах слезы. Слезы в глазах волка. Я была готова к чему угодно, но не к этому.

— Лео, пожалуйста, не отбирай у меня Иветту, — ее голос дрожал. Сейчас она была похожа на брошенного щенка. Это было невыносимо. Уж лучше бы она снова бросилась на меня. Эта щенячья преданность убивала меня.

— С чего ты взяла, что я собираюсь это сделать?

— Я не слепая! Вы давно знакомы, и у вас очень близкие отношения, я сама видела! Я видела, как горели глаза Иветты, когда она наблюдала за тобой во время нашей схватки!

Господи! Что вообразила себе эта маленькая глупышка? Она ведь тоже знает Иветту не первый день, и должна бы понять, что она у нас женщина без комплексов, а схватка ее особо возбуждает. Неужели Глория никогда с ней не охотилась? Или Иветта бережет ее юную психику? Хотя не похоже.

— По закону стаи теперь я должна подчиняться тебе также, как Иветте, — продолжала Глория упавшим голосом. — И еще Иветта сказала, что ты можешь делать со мной все, что захочешь, пока не посчитаешь, что я достаточно расплатилась за тот случай.

Черт! Этого мне только не хватало! Неужели она думает, что я действительно воспользуюсь этим. Судя по выражению ее лица, так оно и было.

— Я не собираюсь ничего с тобой делать. Наш инцидент был исчерпан тогда, когда я победила тебя в честной схватке, и закончим на этом.

После этих слов Глория уставилась на меня так, будто я сказала что-то совершенно невероятное, и удивленно спросила:

— Ты действительно не собираешься воспользоваться своим правом победителя?

— Именно.

— Почему? — Глория оказалась искренне озадаченной.

Ну как ей объяснить то, что мне это не нужно. Я не знала. Но все же попытаюсь. Чтобы хоть как-то начать, я спросила:

— Сколько лет ты в стае? — я могла сказать с точностью до года, сколько времени она оборотень, но вот сколько она в стае, я понятия не имела.

— Уже три. Мне была пятнадцать, когда я стала оборотнем, и я практически сразу вступила в стаю, а что?

Пятнадцать лет! Практически ребенок! Неудивительно, что законы стаи кажутся ей само собой разумеющимися. Мне так никогда не казалось, поэтому я сказала:

— Не стоит все мерить по законам стаи. Конечно, они во многом полезны, но также содержат довольно устаревшие моменты.

— Поэтому ты и не хочешь быть в стае?

— И поэтому тоже. Я отвоевала себе право оборотня-одиночки, и еще ни секунды не пожалела об этом. Так что можешь не волноваться, я не стану предъявлять на тебя свои права. Мне это не нужно. И насчет Иветты тоже можешь не беспокоиться.

— Спасибо.

— Не за что меня благодарить. Зная Иветту, я могу тебе лишь посочувствовать.

— Ты не права! — в глазах Глории загорелся лихорадочный блеск. — Она… она очень хорошая!

— Не хочу с тобой спорить, — ответила я. И чем Иветта ее так приворожила? Один шрам на лице девушке уже говорил мне о многом. Но ей самой это казалось вполне нормальным. Что ж, это ее жизнь. — Кстати, нам лучше поторопиться, не стоит заставлять ее ждать.

— Да-да, — тут же засуетилась Глория, и быстрым шагом пошла по коридору.

Я шла за ней след в след. Разум мой был закрыть, как учил меня Андрэ. Я не знала, может ли информатор читать мысли, но рисковать не собиралась. Моя голова — не проходной двор для всяких там телепатов.

Мы шли еще минут десять: спустились по лестнице, снова шли по коридору, опять по лестнице. Потом миновали большой пустой зал. Все указывало на то, что собрания здесь проводились и по сей день.

В конце этого зала, за портьерой, была дверь. Я это точно знала. Она вела в средних размеров комнату. Так сказать потайной зал.

Едва мы приблизились к портьере, загораживающей дверь, как из-за нее вынырнула Иветта. Выражение ее лица было на редкость серьезным.