То был мой театр - Виталий Станцо

Когда всё это было придумано, начали репетировать. Показали Юрию Петровичу, мысли которого в то время были заняты, в основном, "Гамлетом", - и он загорелся. Рукой Мастера добавил свои краски в речевой и музыкально-звуковой строй спектакля, впрягся в тягло репетиций. За 48 дней - рекордно короткий для Таганки срок - был подготовлен и выпущен спектакль, где так по-русски и так по-тагански сплелись трагическое и смешное, героика и "бытовуха". Дозировано все было точно в соответствии с авторским и режиссёрским замыслом. Бытового и смешного - лишь минимум, для контраста. В целом же делали и играли народную музыкальную драму, в которой через кусок (кусочек!) жизни и гибель пятерых девчонок, через нелегкую исповедальную простоту характера старшины Васкова, Федота Евграфыча, вырастала тема общенародной трагедии, тема неимоверно высокой цены, заплаченной страной в ту войну.

Как обычно, с вешалки начинался театр в зоревые вечера. И с фойе. Однако ровно в семь средь публики появлялся мужчина в сапогах и гимнастёрке без погон (время действия 1942 г., погон ещё не было), с какой-то непонятного назначения железякой в руках. Это Васков - артист Виталий Шаповалов. Крутил ручку, и по театру вместо умеренно мелодичного звонка раздавался вопль сирены - тревожный, неприятный.

Двери в зал наполовину занавешены армейскими плащ-палатками.

На тёмной сцене - кузов грузовика с символическим номером: ИХ 16-06. Таким будет соотношение сил в единственной для Сони Гурвич, Галки Четвертак и Лизы Бричкиной первой и последней их боевой операции... За кулисами непонятный звук - не то отдаленная россыпь выстрелов, не то усиленный микрофоном ропот накручиваемой ручки армейского телефона. Телефонный голос: "Сосна, я - Сосна, вызываю Третьего... Третий, ответьте Семнадцатому... "И уже знакомый немолодой солдат из фойе басит в телефонную трубку: "Товарищ Третий, докладываю обратно..."

У другой трубки на противоположном краю сцены моложавый майор - артист Иван Бортник. Выслушал очередное донесение Васкова - Шаповалова, наморщил лоб, недовольный, и принял решение, как отрубил: "Ладно, будут тебе непьющие!" И но залу, чеканя шаг, пошли два десятка девчонок с винтовочками образца 1898/1931 года - первое и второе отделения третьего взвода пятой роты отдельного пулеметно-зенитного батальона... Подгоняемые майором, влезли в кузов, расселись рядами спинами к зрителю. Заурчал мотор, качнулись спины и винтовки. Команда: "Запевай!" - и: "Утро красит нежным светом..." - пошёл спектакль!

СЦЕНЫ ИЗ СПЕКТАКЛЯ

Едут девчоночки на "объект" старшины Федота Васкова (в первой шеренге - героини З.Пыльновой, Т.Жуковой, М.Полицеймако и В.Радунской).

Майор (И.Бортник): "Будут тебе непьющие!.."

Соня (З.Пыльнова): "Рожденные в года глухие.."

Васков (В.Шаповалов): "А девчонки, они - кто? Матеря будущие.

Женя (Н.Шацкая"): "Не обстрел. Расстрел".

Приехали в расположение - одновременно всё в том же кузове - повернулись лицом к зрителю - и к Васкову. На лице у шаповаловского героя - полная растерянность: "Нашёл, значит, майор непьющих..." Но вмиг овладел собой - служба есть служба, и только предательское, влезающее то и дело не к месту словечко "обратно" выдаёт растерянность...

Сюжет повести (и инсценировки) предельно прост. Объект, охраняемый старшиной Васковым и его девчоночьей командой, расположен отнюдь не на переднем крае. Карелия с её лесами, озёрами и болотами. Где-то неподалёку проходит Кировская железная дорога и Беломоро-Балтийский канал. Изредка пролетают на восток немецкие самолёты, и тогда: "Отделение, к бою! Население, в щели! По первому "мессеру", упреждение два силуэта, огонь!"...

Сделано это чрезвычайно простыми свето-звуковыми средствами: фонограмма, четыре соединенных прожекторных луча, мечущихся над залом... Да ещё в старом здании были под потолком пропеллеры вентиляторов - их и высвечивали "пулеметы" со сцены. Но создавалась иллюзия достоверности - очень точно, театрально точно, в выверенном истинно армейском, фронтовом ритме делалось всё. И оттого зрителю передавалась радость молоденьких, не бог весть каких умелых зенитчиц, когда однажды на протяжении спектакля удалось-таки им сбить один вражеский самолёт. (Нарастающий пикирующий звук и дальний взрыв напоследок.)

А потом старшая из девчат - младший сержант Осянина докладывает Васкову, что видела в лесу двух немцев с тяжёлым грузом. Старшина решает: это диверсанты, и ловить их - двоих -снаряжает пятерку солдатиков-девчат, да сам - бывший десантник, бывший охотник-сибиряк, отправляется с ними. Пройдя болото "напрямки", они преграждают дорогу фашистам. Тех, как уже знает читатель, оказалось не двое - шестнадцать.

И все же враг не прошёл. В неравном бою сверхместного, можно сказать, значения погибли и красавица Женька, и строгая Рита, и ребячливая, меньшая по годам и развитию Галка, и интеллигентная Соня. Утонула в болоте посланная за подмогой Лиза Бричкина. Один Васков остался. Победитель, воспринимающий эту победу как пиррову, подсознательно убеждённый в неравноценности пяти утраченных девчоночьих жизней и - шестнадцати фашистских.

Такой вот сюжет.

"Ой, девоньки..." (Е.Корнилова, Т.Жукова, В.Радунская, Н.Шацкая, Н.Сайко).

Мой Театр с помощью очень ограниченного набора театральных приёмов превратил эту историю в трагедию. И в песню о войне. О песенной канве этого спектакля расскажу особо. Прежде - о характерах и исполнителях.

Герой спектакля или, точнее, главное действующее лицо -больше всех действующее - это, конечно, старшина. Васков. Репетировали роль два артиста - Феликс Антипов и Виталий Шаповалов. Играл только Виталий. Очень точно выстраивал истинно мужской, крепкий характер человека из сибирских глубин, не балованного судьбой. Тридцать два года, три класса образования, за десять лет дослужился до старшинского звания. Обойдённым жизнью себя не считает. Он нужен армии, и армия нужна ему. Здесь понятная ему система отношений, жесткая логика приказов и уставов, раз и навсегда установленный распорядок действий.

Виталий Шаповалов в роли Федота Васкова.