Восход Сириуса, часть 1 - Восток-Запад - Людмила Владимировна Белаш

Потянулась к нему, предлагая губы – как цветок навстречу солнцу.

– У тебя шикарная кожа…

– Вы очень симпатичный. Милый.

Стандартные слова рождались на устах обоих сами по себе. Обязательные заклинания, которые должны произнести мужчина с женщиной, оставшись наедине.

Время, время. График поджимает. Очередной язык во рту, с ним надо поиграть. Очередные лапы обминают тело. Какая тишина! Только два дыхания и шорох простыней. Она обняла его ногами, не разрывая поцелуя.

Странный солоноватый вкус во рту.

Регулируй себя, владей ситуацией, веди и будь ведомой. Не отвлекайся. Не желай. Технично. Ты – безмятежная гладь воды. Стань-им, будь-им, забудь-себя, дыши-как-он, гляди-как-он, будь-с-ним-одним, его-губами, его-руками. его-глазами, гляди-на-себя, вдыхай-себя, вкус-твой, дух-твой, ты-он, ты-он.

Да. Так. Вместе. Ввысь.

Маятник остановился.

Время?

Счёт минут строг, как у пилотов, отмеряющих секунды. Она уложилась, прокатила гостя и позволила себе понежиться. А кто потакает себе, потом кается. Возникает ощущение нехватки, словно ты неполная.

– Спасибо. Я доволен. А ты?

Ну, так овец не спрашивают! Овцы здесь не затем, чтобы кайф ловить. «Вы – источник наслаждения, – учил китайский гуру. – Те, кто вас пьёт, захотят похвал. Хвалите, не задумываясь! Льстите щедро. Топору безразличны дрова, но он горд своей остротою и блеском».

– Я улетала. Прямо в небо.

Он оделся с проворством и грацией ящерицы.

– Я приду. Жди.

У мужиков нет никакой психологии, одни инстинкты и ветер в башке. Куда их потянет, на что клюнет? То свищут и в упор тебя не видят, то сюсюкают, как нянечки в ягнятнике, то рыкнут: «Ты, безрогая!» И вдруг такое ляпнут на прощание, что не знаешь, куда деться. Сиди, гадай – зачем он так сказал? на что намекал? что подразумевал? Явится, не явится?

– Меня зовут Гер Эллестингер.

На всю ночь! В люксе!

После скромных почасовых «номеров», трёхместной жилой каютки – люкс! Простор – хоть кругами бегай, ковры, занавески, душ для тебя одной и ванна на двоих.

Надо блеснуть тантрой.

«Собственно, чего я трепыхаюсь? С товарищем Ся, с господином Гуптой жила и дольше. Ся даже говорил со мной, вопросы задавал. А этот что может? Беседовать не горазд. Швед бессловесный… Инженер. Рот солёный, как от крови… Глаза будто камни в перстне».

Вкус его поцелуев отозвался памятью на языке, запах волос защекотал ноздри, эхом послышался голос без слов, похожий на музыку. Рома волновалась. Это замечали.

– Тук-тук, проснись! Ты долго будешь мыться? Кожу сдерёшь.

– А три котлеты – поперёк не встанут? Прощай, талия!

– Рома, ты влюбилась?

– Не в кого. Слишком их много, разгребать не успеваешь. Маха, уступи Райта на раз. Он большой слоник, троим хватит. Кто со мной в долю?

– От как! А я с кем останусь?

– Ясно, с котом. Бармаглот тебя любит. Так вылизывает! Держите меня семеро…

– Пф! – оскорбилась Маха этаким напоминанием. – Он меня достал котом! Где эту тварь сыскал?

– Что, он особенный кот? – тихо спросила Джи.

– Натаскан на женские ноги, – ответила Рома зловеще.

– И мужские уши!

– Кто босиком, на тех он рвётся с поводка.

– Грузило – девять кил в зверюге, – делилась Рома с Джи. – Смесь сибирца с персом.

– С перцем!

– Вникай сюда, – придвинулась Чик. – Сперва кот лижет себе подхвостницу, потом Райт целуется с котом, а Маха с Райтом. Сплошная гигиена.

– Не надо ля-ля! – возопила Маха. – Он его чистит, как своё авто, и кормит БАДами. Райт – американ, у них мания на чистоту и дезинфекцию. Кстати, овцы, новинка приехала. С транспорта вышел некий вьет, при нём жена вьетка и тонна свежих БАДов на все случаи. По слухам, будет жить на От-Иньяне…

– Хочешь мою котлету? – Рома поняла, что обжорством от волнения не спасёшься, и решила стравить излишек Джи. Пусть подружка толстеет!

– Конечно, лапочка! – Гугуай накинулась коршуном, перегнулась через стол и сгребла себе две уцелевшие котлеты. Джи лишь печально облизнулась.

– Эй, ненасытная!

– Не бзы, у меня отличное пищеварение.

– Дайте ей кто-нибудь ложкой по лбу.

– Если вьет с женой, к нам не покажется.

– Отгадай, кто такая – жрёт, как прорва, на «Гу» начинается, на «ай» кончается?

Джи заинтересовалась Бармаглотом:

– А этот кот красивый? Я бы его сняла. Обожаю котиков.

– Быстро, Джи! Телефон с тобой? Щёлкни Гу – чёрный пожиратель, сцена в зоопарке. Во лопает!..

– Какие у него БАДы? Для кожи есть?

– Лава, ты вчера спала с навигатором. Он что-нибудь сказал про метеорный рой?

– Да. Я спала. Мне снился сон. Этот астролог…

– Астронавигатор.

– Ну да, лунатик. Хоть бы разбудил. Чуть не прозевала следующий вызов.

– Деев и Макартур запретили истребкам рыскать вдоль роя. Вроде, пока не пройдёт серия транспортов. Кое-кто просился на свободный поиск… А георазведчики пошли!

– Им что, они гражданские, внештатники.

Маха, близкая к пилотам крыла Макартура, со знанием дела поясняла:

– Георазведчики на катерах, их мало. Чтоб найти приз, надо выпускать оба