Попаданец в Машерова - Вадим Владимирович Чинцов

за строгость и некоторую аскетичность. В эту группу входили: Николай Месяцев — председатель Гостелерадио, Владимир Семичастный — глава КГБ, Николай Егорычев — глава московского горкома, Вадим Тикунов — министр внутренних дел РСФСР. Также близки к Шелепину были руководитель ТАСС Дмитрий Горюнов и председатель Комитета по культурным связям с зарубежными странами Сергей Романовский. Шелепин благодаря своим людям контролировал телевидение, радио, часть прессы, КГБ, министерство внутренних дел крупнейшей союзной республики и самое мощное ведомство, имевшее широкие полномочия в том числе и по части партийного контроля. Сам он, однако, не предпринимал активных действий в первое время. Это позволило Брежневу укрепиться на посту генерального секретаря, постепенно расставить по высоким постам лояльных людей и тем самым защититься от возможных выпадов со стороны Шелепина, отношения с которым у Брежнева не сложились. Набиравший силу Брежнев потихоньку лишал противника могущества. В самом конце прошлого года Шелепин был снят с поста вице-премьера и главы Комитета контроля.

После голосования, в кабинет зашли сотрудники генпрокуратуры и увели подследственных.

В полной тишине Брежнев довольно оглядел присутствующих и выпил Боржоми, затем откинулся на спинку — Следующий вопрос — Смена руководства Комитета госбезопасности. Я недоволен тем фактом, что товарищ Семичастный все время не успевает за выявлением предателей родины. У него вместо предотвращения и выявления предательства продолжаются побеги за рубеж сотрудников, обладающих секретными сведениями о наших агентах, внедренных или завербованных за границей. Предлагаю отправить Семичастного на пенсию, а на его место поставить товарища Судоплатова, а Первым заместителем председателя комитета — товарища Эйтингона. Помимо этого предлагаю создать партийную комиссию для проверки всех сотрудников Комитета и Главного разведывательного управления минобороны с помощью приборов под названием полиграф и прикрепленного специалиста по гипнозу. Председателем партийной комиссии предлагаю назначить товарища Машерова, который подберет остальных членов комиссии. Кто за, прошу поднять руку.

Глава 12

Супруга и дочери (оказалось, что семья — это просто здорово. У меня в той жизни не сложилось — первая моя жена, с которой мы прожили всего два года, ушла к профессору, преподававшему в ее институте, где она обучалась в аспирантуре, вторая — оказалась бездетной.) играли в лото, взяв каждая по три карты, с азартом ставя на кон за каждую карту по копейке. При заполнении верха все докладывали в «банк», при заполнении середины — счастливица забирала половину, а при заполнении низа — всю сумму в банке.

Я, отыграв с семьей пару партий в лото после работы и сытного ужина, сел просматривать документы и почту. Сегодня я по телефону общался с Председателем Государственного комитета стандартов Совета Министров СССР Бойцовым — Василий Васильевич! Я хочу в Минске начать производство денима, ткани для рабочей джинсовой одежды. Но я был озадачен тем, что ваше ведомство запрещает ее производство. В чем же дело?

— Видите ли в чем дело! Советский ГОСТ запрещает применять для окраски тканей «нестойкие» красители, к которым относится индиго. Мы уже пытались окрашивать подобные дениму ткани разрешенными красителями, но в результате вместо джинсовой ткани у нас на выходе получался материал грязно-фиолетового цвета, который не вытирался при носке,но после нескольких стирок приобретал непрезентабельный вид. По советским ГОСТам линька ткани считается браком, а несоблюдение ГОСТов в СССР преследуется по закону. Например, любая ткань, окрашенная индиго, не соответствует ГОСТу.

Я честно говоря растерялся — И как же мне обойти ГОСТ? Мне не нужно присвоение знака качества для производства рабочих штанов, которые пользуются огромным спросом у нашей молодежи. Может быть вы сможете принять положение о Технических условиях, разрешающих использование индиго для покраски именно джинсовых тканей?

— Петр Миронович, я постараюсь что-то сделать, но так как у нас без бумажки ничего не делается, то прошу выслать на мое имя запрос на разрешение применения индиго.

— Вот спасибо, штаны и юбки из первой партии джинсы будут отложены для вашей семьи!

После этого разговора я связался с внешторгом и, пригрозив пожаловаться лично Брежневу, добился выделения валюты на закупку во Франции ткацких станков для производства сырого денима, оборудования для изготовления фурнитуры и швейных машинок. Затем через МИД вышел на модельера Франсуа Жирбо, который открыл парижский магазин джинсов Western House — один из первых специализированных реселлеров джинсов в Европе. Мне нужны были его лекала. Чуть позже Жирбо начал продавать постиранные в прачечных джинсы (сначала он носил их в бытовые прачечные, а затем стал пользоваться услугами промышленных предприятий). Спрос на такие джинсы был высоким, и стоили они тогда в два раза больше, чем джинсы из «сырого» денима (raw denim), который в середине XX века был гораздо более распространённым, чем в будущем. Ещё позднее Жирбо начал стирать джинсы с камнями. Франсуа Жирбо загорелся открыть в Минске «Дом джинсовой Моды». Я же решил помимо классики начать выпуск «варенки».

Станки обещали поставить через две недели после подписания договора и проплаты с установкой их в новом цеху Минского камвольного комбината и Речицкой ткацкой фабрики «Красный Октябрь».

Затем у меня был разговор с директором Азотно-тукового завода в Гродно — Здравствуйте, товарищ директор! Партия поручает вам немедленное расширение производства: республике нужен краситель индиго, который получают из антраниловой кислоты. Прошу подготовить план по строительству цехов и вспомогательных лабораторий, а также всего необходимого, что вы лично достать не сможете.

Взяв толстую общую тетрадь, принялся за подготовку к завтрашней совместной встрече руководства комсомола, Минобороны, КГБ и Министерства охраны общественного порядка БССР.

Совещание я решил посвятить теме созданию в школах и ВУЗах патриотически-поисковых клубов — Товарищи! Все вы знаете, что во время войны погибших красноармейцев хоронили практически на месте их гибели. Бойцы похоронены без почестей. Закапывали их военнопленные и крестьяне соседних деревень. В одной земле перемешано оружие, снаряды, обломки машин и кости. Основной инструмент по их обнаружению — щуп. Предлагаю планомерно каждый год летом проводить раскопки на местах боев, в первую очередь — на месте массовых сражений. Это Белостокско-Минское сражение, оборона советских войск у Бреста и Сувалок, Витебское сражение, контрудар под Гродно, Лепельский контрудар, Оборона Борисова, Барановичей и Лиды. Разбив места боев на квадраты, за каждым из них закрепить поисковый отряд, к которому прикрепить пару саперов. Для обнаружения металлических предметов как то оружие, боеприпасы поисковые отряды снабдить металлоискателями. Все найденное оружие после приведения его в небоевое состояние, а также личные вещи погибших отряды могут передавать в созданные школьные и ВУЗовские музеи боевой славы. Цель раскопок не просто достать из земли кости погибших для