Рассказы для друзей - Юрий Семёнович Яковлев

–Да, наша бандеровка составила подробные списки евреев, якобы для предстоящего «переселения», и отдала фашистским властям. Передала распоряжение о запрещении евреям выходить из своих домов. Многие догадывались, какое это будет «переселение», –уже были расстрелянные и повешенные по всей Одессе. За любой проступок.

А в нашем дворе жила любимица всего двора, семнадцатилетняя еврейка, красавица Марьяна. Очень добрая, скромная девочка, всегда готовая любому помочь, вежливая, отзывчивая. И когда пришли во двор фашисты за евреями, кто-то из местных жителей спрятал Марьяну на чердаке, заложив кирпичами и забросав всяким хламом. Бандеровка шла вдоль построенных в ряд евреев и прищурив глаза вглядывалась, вытянув шею, в лицо каждому. Она была близорукой. Все ждали. Ну вот и дождались.

–Семён, а где Марьяна? Господин офицер, Марьяны нет!

Вся фашистская команда бросилась искать Марьяну. Нашли. Когда её выводили, все румыны и немцы замолкли: настолько она была красивой.

–Кто тебя спрятал?–кричала бандеровка.

Опять наступила тишина. За укрывательство евреев могли расстрелять.

–Я сама спряталась,–ответила Марьяна.

Её поставили в строй и увели. Никто из них не вернулся.

–А как освобождали Одессу?

–За неделю до освобождения Одессы наша «надсмотрщица» опять отличилась. Прямо над входом во двор была квартира, которую снял подпольщик или разведчик. К нему приходил связной–парень в кепочке, иногда приходили из подвала, где был вход в катакомбы. Наша бандеровка выследила подпольщика и рассказала фашистам. И даже объяснила, что из той квартиры можно было уйти через чердак, через запасной ход или в подвал и катакомбы. Все ходы перекрыли, и его арестовали.

Перед освобождением с самолётов разбрасывали листовки, в которых говорилось, что при наступлении не будут использованы тяжёлые бомбы, а только маленькие. Всех жителей просили не выходить на улицу и не подходить к окнам, тогда эти бомбы не принесут им вреда. В день начала освобождения Одессы жители двора закрыли тяжёлые железные ворота в арке при входе во двор. Хотя знали, что запрещено было не только закрывать на замок ворота, но даже двери в дом и окна. Бандеровка бросилась открывать, кричала, что она представитель администрации, все будут наказаны. Но её держали за руки. А немцы стали лупить прикладами в ворота с улицы. Но в это время началась обещанная бомбардировка, и бомба упала на улице возле дома напротив. Немцы убежали.

А когда вошли наши, фашистку сдали в контрразведку. Она отсидела 15 лет и вернулась в Одессу. Но её кто-то убил, так и не нашли, кто. Не очень и хотели искать.

–А какие были освободители Одессы, что запомнилось?

–Запомнилось, что они были смертельно усталые. Люди радовались, целовали их, звали в гости, предлагали у них отдохнуть, делились последними остатками сахара.

А потом мы пошли к морю, куда было запрещено ходить во время оккупации.

Разве можно запретить море в Одессе? Оно здесь везде, и оно наше.

2015 г.

Двадцать девятый трамвай

Потом его поменяли на чехословацкий. Рижский был тяжёлый, но вместительный. Он и запомнился. Раскачивается, гремит, но лучше тех вагончиков из ГДР, совсем узких для наших широких одесских граждан. Конечно, самый подходящий трамвай для наших габаритов – это «пятёрочка», что ходила в Аркадию. Два старинных уютных вагончика. В них легко перемещались широкоплечие мужчины и широкобёдрые девушки.

Ну а наш маршрут проходил от вокзала до Черноморки. Вот трамвай появился вдали, и надо бежать на остановку, называется «Третья станция Черноморской дороги». Там киоск, где продают газводу за копейку без сиропа, а за 4– с сиропом. Красный – «крюшон», желтый – «сливовый». Любишь сладкое – так можешь взять себе с двойным сиропом за 7 копеек и быстро выпить и быстро облизнуться, чтобы оса за губу не укусила. Она тоже любит с двойным сиропом.

Только бежим мы не попить от жары, а на трамвай. На полу в этом трамвае были резиновые коврики. Они иногда отрывались, загибались в трубку, и граждане пассажиры спотыкались о них в порядке очерёдности. Тут моя сестра едет, человек деятельный, но с плохим зрением без очков. Тоже споткнулась. Но в детстве читала правильные книги, не прошла мимо, а на месте решила поправить ситуацию. Вернулась, нащупала загнувшийся коврик и начала его разглаживать и трамбовать каблуком. Долго у неё это не получалось, и она склонилась рассмотреть процесс мелкого ремонта. Был бы молоток или кирпич под рукой – можно было бы посильней стукнуть. Но при ближайшем изучении это оказался не коврик, а нога. Худой двухметровый парень от удивления потерял дар речи и только с любопытством наблюдал сверху за действиями сестры. Тут она извинилась, что это всё вышло случайно. Вряд ли он поверил. Он же видел –девушка споткнулась об его ногу 46 размера, вернулась и начала мстить. Без лишних слов, а это удивляет и пугает. Так не кокетничают даже в одесском трамвае.

А весь трамвай едет на пляж. Почти все трамваи в Одессе умели ехать на пляж. Так рельсы были устроены. Когда на пляж –так это не на работу и не на Привоз, что в обратную сторону. На пляж – это другое настроение. Одесситы тогда ещё ездили на пляж. Так было принято. В понедельник утром все ехали на работу. В воскресенье – на пляж. Ночью город спал. Однажды я шёл ночью по центру города –ни машин, ни людей. Смелый храп из открытых окон первого этажа, которые были ещё без решёток. Скажете, что кроме храпа тогда и воровать было нечего? А хрустальная ваза? А джинсовый костюм «Монтана»? Маня продала за 150 рэ: её Миша плавал. А часы на стенке, с которыми отец пришёл с фронта? Воровали меньше. Все «свои», а у своих неинтересно и даже подло.

Жизнь имела приливы и отливы, как море. А море было чистое и лечебное. Если после шторма гниют водоросли – то вам точно посоветуют как раз вдыхать чистый йод. А если нет такого йода–то в любой аптеке он копейки стоит. Купи и дыши через пробочку, а лучше чистый озон на берегу. Постой вечером на причале, посмотри, как любитель ловли бычков швыряет свои снасти между головами плывущих к закату. И он ещё хмурится, что они там под водой болтают своими ногами и пугают его крупных бычков. Так это пляж или рыболовный траулер объединения «Антарктика»? Вдохни этот воздух. Будь счастлив. Всё пока бесплатно, и всё включено.

Стоп! Ещё день, и мы ещё в трамвае едем. Беседуют две одесситки.

–Ты посмотри, там перед домом так цветёт акация!