Непослушание (ЛП) - Линч Карен

— Если хочешь сказать, что магия никуда не уходит, хотя он говорил, что со временем остатки магии исчезнут, я уже это знаю.

Сара ежедневно проверяла меня на наличие магии, и по её словам магия всё также была на мне и со времени моего приезда нисколечко не ослабла.

— Это ещё не всё, — он медленно выдохнул, выглядя при этом так, словно не хотел продолжать. — Магия, которую он обнаружил, на самом деле не остатки двух заклинаний. По словам Ориаса, когда мы с тобой попали под перекрёстный огонь, мы стали частью нового заклинания, которое запаяло трещину в барьере.

Тревожный звоночек прозвучал в моей голове.

— И что, чёрт возьми, это значит?

— Ориас признался, что не знает, как именно он умудрился закрыть барьер, и именно поэтому он так яро изучает магию. Он считает, что возможно всё дело в дополнительном третьем элементе, благодаря которому заклинание сработало.

— Что за третий элемент? — спросила я, как никогда сбитая с толку.

— Мы.

Я сощурила глаза, посмотрев на него.

— Это нелепо. Что такого особенного в нас? У нас же нет способностей к магии.

И впервые с момента нашей встречи, Хамид, в самом деле, выглядел стеснённым.

— Наши Мори связались узами как раз в момент, когда заклинание обрушилось на нас, и Ориас полагает, что связь неким образом усилила заклинание.

— Что? Нет, — прохрипела я в отрицании. — Откуда он вообще узнал об этом?

Хамид запихнул руки в карманы джинсов.

— Я рассказал ему.

— И зачем ты это сделал?

— Ориас сказал, что совмещённые магии должны были убить нас. Он хотел знать все подробности произошедшего, и я посчитал это слишком важным, чтобы утаивать.

Я начала вышагивать.

— Как мило. И что теперь? Заклинание само собой иссякнет, или Ориасу нужно будет снимать его с нас?

Мысль о том, что мне придётся вернуться в Лос-Анджелес с Хамидом, пусть даже на один день, не очень-то хорошо уживалась во мне. Уже даже просто приехав ко мне, он свёл к нулю недельный прогресс в разрыве связи, и мне придётся всё начинать сначала. Отлично.

Он не ответил мне и, остановившись, я посмотрела на него. Увидев, как он наблюдает за мной с беспокойством, у меня скрутило живот.

— Хамид?

— Заклинание не может быть разрушено, — сказал он.

Я безапелляционно махнула рукой.

— Может Ориасом и не может быть разрушено, но Сара сможет уничтожить его, глазом не моргнув. Вообще-то, пошли сами спросим у неё.

— Нет, — он схватил меня за запястье, когда я проходила мимо него. Его следующие слова были подобно удару в живот. — Если заклинание разрушить, дыра в барьере вновь откроется.

Я споткнулась.

— Ч-что?

Хамид ослабил хватку, но не отпустил меня.

— Новое заклинание запечатывает барьер, но мы не знаем какой вред был нанесён до того, как Ориас смог остановить разрыв. Он считает, что уничтожение заклинания может заново открыть барьер и вероятно пошатнуть его устойчивость.

Я уставилась на него, пытаясь осознать сказанное.

— Что случится с заклинанием, когда мы разорвём узы?

Он отвёл взгляд, и когда его взгляд вновь вернулся ко мне, казалось весь кислород покинул мои лёгкие.

— Мы не можем разорвать узы.

Рёв наполнил мои уши, и я пошатнулась, смутно понимая, что он схватил меня за вторую руку, желая удержать меня на ногах. Я слышала, как он говорил, но слова раздавались где-то вдалеке. Всё было заглушено пятью словами, постоянно повторяющимися у меня в голове.

Мы не можем разорвать связь.

Мы не можем разорвать связь.

— Джордан.

Резкий тон Хамида прорезал туман вокруг моего сознания, и я подскочила. Я подняла на него глаза и увидела, что он наблюдает за мной обеспокоенными голубыми глазами. Ещё мне не хватало его доброты или заботы. Я хотела видеть заносчивого, мрачного воина, который никогда не заговорит со мной, только если нет в этом крайней необходимости.

Я вырвалась из его хватки и отошла на несколько метров от него.

— Что?

— Я понимаю, почему ты расстроена, — спокойно сказал он.

— Не уверена, что расстроена верное слово к тому, что я чувствую. И почему это ты не выглядишь расстроенным этим?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Его вид не изменился.

— У меня было на полдня дольше, чем у тебя, для принятия этого.

Я скрестила руки.

— Если ты думаешь, что я приму это, ты безумец. Я не приму пару... никогда.

У меня были планы на будущее, и в них не входил воин-пара, дышащий мне в спину и притесняющий меня. Я уважала Криса и Николаса, но я вдоволь насмотрелась на их гиперопеку над Бет и Сарой, чтобы понимать, что этого не хочу. Я не нравилась Хамиду, да и связь он не хотел иметь, но со временем она начнёт управлять его эмоциями и превратит его в движимую тестостероном сильную боль в моей заднице. Ну, уж нет.

На смену потрясению пришла ярость и, сократив расстояние между нами, я с силой пальцем ткнула его в грудь.

— Это всё ты виноват! Если бы ты не набросился на меня как какой-то кровожадный неандерталец, мы бы не попали в эту передрягу. Не было бы связи и никакое заклинание не связало бы нас вместе.

Хамид нахмурился и схватил толкающую его руку.

— Ты ведёшь себя безрассудно.

— Думаю, я заслужила право быть безрассудной, — заорала я на него.

Если заклинание Ориаса не сработало бы, кто знает что случилось бы с барьером. Миллионы жизней могли быть поставлены на карту. Я прекрасно понимала это, но логическая сторона моего сознания вела войну с эмоциональной, и прямо сейчас мои эмоции брали верх.

— Совет уже собирает группу учёных и магов, чтобы изучить магию, — сказал Хамид, словно я и не сорвалась на него пару минут назад. — Они будут работать сообща, пытаясь создать более сильное заклинание, чтобы заменить возложенное.

— Ох.

Я сделала глубокий вдох, едва ли не испытав головокружение от облегчения. У нас были блестящие умы среди учёных, и Ориас был не единственным могущественным ведьмаком в мире. Все они вместе должны будут найти решение этому.

— Нам надо проявить терпение и работать вместе, пока это не разрешится, — он сжал мою руку в своей тёплой ладони, и мой Мори чуть ли не потерял сознание.

Я выдернула руку из его хватки. Чего это он продолжает трогать меня? И так было сложно ясно мыслить, что уж тогда говорить о том, когда он заставляет моего демона сходить с ума.

— Терпение не входит в мои достоинства, — сухо ответила я, снова начав мерить шагами двор. Мне надо было заняться хоть чем-то, чтобы сбросить с себя всю нервозную энергетику. — И нам не надо работать вместе, как и видеть друг друга. Мы просто должны договориться не разрывать связь... пока что.

Хамид провёл рукой по волосам. Я поймала себя на том, что пялюсь на него и вспоминаю, как сильно хотела запустить пальцы в его волосы, когда жаждала его. Тошно от себя самой. Я отвела взгляд и стала ждать, пока он заговорит.

— Есть ещё одна причина, почему я приехала увидеться с тобой, — произнёс он, и создалось впечатление, что он не особо хотел этим делиться. Я уже было собиралась спросить его, что может быть хуже новости, которой он ошарашил меня, когда он сказал:

— Ориас посоветовался с несколькими своими коллегами. Они обеспокоены, что из-за природы нашей связи, заклинание может начать ослабевать, если мы будем не вместе.

Я пыталась сдержать свой гнев.

— Ты что прикалываешься надо мной. Неужели ты на самом деле ожидаешь, что мы начнём жить и работать вместе?

— Мы воины. Мы делаем то, что требуется от нас, — заявил он так, словно это было просто как дважды два.

— Но мы связаны, — прошипела я сквозь стиснутые зубы. — Ты не хуже меня знаешь, что чем больше мы времени проведём вместе, тем сильнее будут узы. Я повидала связанные пары, чтобы знать, чем всё это заканчивается.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Маска спокойствия соскользнула с его лица и на несколько секунд в его глазах отражались лишь отчаяние и боль. И тогда-то до меня дошло: всё это я делала только ради себя, но для него это могло быть ничуть не проще. Может быть даже хуже, потому что связь всегда глубже влияла на мужчин. Он начнёт испытывать чувства к кому-то, кого он не хотел, и он никак не сможет остановить это. И когда мы в итоге разорвём связь, ему достанется больше.