Неженка в военной академии - Джулия Рокко

определенных возрастных циклов и, как правило, входят в брачную пору ближе годам к двадцати. Поэтому для тех семей, которые пеклись о репутации своих дочерей, существовала традиция заключать помолвки или семейные союзы, прежде чем демоницы достигнут данного возраста.

Но к человечкам требования оказались почему-то строже.

Галя не писала об этом прямо, но хорошо зная её, я смогла предположить, что причина тому кроется в нашем босяцком происхождении. Объявив всем о высоких моральных качествах претенденток, а также подкрепив их надлежащим обучением в пансионе, императорский двор стремился добиться лояльности от своих влиятельных подданных.

Галя писала, что поначалу очень переживала за меня, но её быстро уверили, что я под заботливым присмотром и присоединюсь к отбору позже. Больше никаких подробностей ей о моем местоположении не сообщили, зато по всему Зар’Рангару, где располагался пансион, разнеслась новость о скандальном пополнении в рядах будущих белых стражей.

Об этой крайне поразительной и вместе с тем пикантной новости шептались, должно быть, в каждой гостиной. Галя и сама стала тому свидетельницей, так как в программу адаптации иномирянок входили еженедельные светские визиты, обязательные для всех воспитанниц пансиона. Слухи и домыслы ходили грязные. Еще бы, молодая одинокая женщина и целая толпа могучих горячих демонов, запертых в ограниченном пространстве императорской военной академии.

По мнению многих, это событие бросало тень не только на всех остальных иномирянок, но и на идею Отбора в целом.

Сокрушаясь по данному поводу, Галка попутно выражала горячую надежду на то, что все, о чём судачат в светских гостиных, не имеет ни какого отношения к действительности.

Я, конечно же, в своих ответных письмах пылко заверяла её в ложности подобных слухов, подробно обрисовывая реалии курсантских будней и то, с каким трудом мне удается держать свой личный рейтинг в плюсе. К своему огорчению, я не имела возможности как в былые времена облегчить душу и поделиться сердечными неудачами. Хотя бы даже просто намекнуть о тех, кто так глубоко и внезапно забрался мне под кожу. Особенно о том, что их двое…

Меж тем по мере того как пролетали дни и недели нашего пребывания в Мурейне, характер Галиных писем все ярче подчеркивал, как сильно подружка увлеклась идеей стать невестой императора. Она всегда была большой умницей, хорошо училась в школе, умела нравиться людям и, в отличие от меня, легко заводила полезные знакомства. Галка во все времена отличалась большой практичностью. Это, несомненно, был талант, непонятно откуда взявшийся у простой девчонки из приюта.

Вместе мы составляли интересный дуэт - амбициозная деятельная Галя и находчивая, никогда не унывающая я. А ещё мне частенько везло, так что, складывая наши потенциалы, мы легко и весело шагали по жизни вместе. С самого первого дня нашего знакомства в возрасте десяти лет вплоть до того момента, как прихоть Теневого проводника не развела наши пути в разные стороны.

Так или иначе, а казалось, Галя нашла свое место. Она рассказывала, что хорошо вписалась в коллектив других попаданок, наставницы, среди которых была сама императрица Еления, к ней благоволили. В высоких домах её принимали охотно. К тому же история, литература, дворцовый этикет, генеалогия великих Пра-династий, теория основ бытовых и защитных плетений - всё давалось ей легко. Так, словно она всегда была частью этого мира и наконец-то вернулась домой.

Особенно Галку вдохновляла идея стать истинной парой для самого императора, по общему признанию, невероятно сильного и привлекательного демона. Как выяснилось, прежде, в весьма давние времена, истинный союз мог возникнуть и между представителями демонической расы. Вот только в таких парах женщина, как правило, оказывалась магически чрезвычайно слабой, почти пустой. И даже хуже того, часто не могла похвастаться достойным происхождением.

Последнее обстоятельство знатным, постоянно стремящимся к наращиванию своего влияния семьям, разумеется, не нравилось. К тому же обретший свою истинную демон оказывался связан множеством неприятных ограничений. Он больше не мог вступать в близкие отношения ни с кем кроме своей избранницы, не мог насыщаться от кого-то другого, так же как и иметь потомство.

И хотя обретение истинной связи и считалось прямым проявлением божественной воли, постепенно стало крепнуть мнение, что от подобного дара более предусмотрительно отказаться. В итоге, по этой ли причине или ещё какой другой, но с течением времени истинных союзов не осталось вовсе. Сохранились лишь истории, больше похожие на красивые сказки.

А затем красивая сказка превратилась в пугающую.

Мурэйн, который входил в связанную меж собою триаду демонических миров, всегда более остальных страдал от выходцев с Остывшей стороны. Это были проклятые собственной силой, переродившиеся в ненасытных чудовищ мгларды.

Про них я уже и сама знала немало из лекций в академии. Мгларды получались из нестабильных демонов, тех, кто стал зависим от собственной магической мощи, не способный взять её под контроль. Как оказалось, в Мурэйне синонимом слова «сила» было «перерождение». То, к чему столько тысячелетий стремились самые могущественные семьи империи, вдруг обернулось для них главным бедствием.

Грань между миром живых и миром мертвых в Мурэйне всегда была особенно тонка. Древние Пра-демоны, равные в зените своей силы полубогам, создали особые защитные плетения и скрепляющие их печати. Они обнесли ими все города и поселения, дороги и сельские угодья, а затем напитали их собственной магией, превратив в непреодолимую преграду для тех, кого отринула даже смерть.

Долгие столетия Мурэйн существовал в относительном благоденствии. Пока однажды не обнаружилась леденящая душу истина. Во всем мире не осталось ни одного демона, способного достичь своего зенита. А значит, не стало и тех, кто смог бы в назначенный час обновить защитные контуры.

Данная ситуация пускай и очень медленно, но неуклонно ухудшалась, становясь все более патовой. Дошло до того, что проходить через перерождение стало все больше и больше самых перспективных наследников Пра-династий.

Те же из них, кто выживал, сохраняя рассудок, были вынуждены прибегнуть к особым практикам, в результаты которых безвозвратно блокировалась часть их внутреннего магического потенциала. Огромная жертва. Ведь для создания, изначально пронизанного магией, это все равно что собственноручно отрубить себе руку.

Все ухудшалось ещё и активизировавшимися в последние десятилетия адептами деструктивного культа Сеятелей Рокты. Фанатики, желающие превратить мир живых в мир мертвых во главе с их возлюбленной богиней зла Роктой, стремились к своей цели, не считаясь с жертвами. Они с успехом ослабляли действие охранных плетений, провоцировали при помощи чудовищных ритуалов появление прорывов, которые в Мурейне называли Иова брешь. Оттуда все больше просачивалось не нашедших упокоения перерожденных мертвецов, которые траурным шлейфом тянули за собой ужас, смерть и болезни. Все