Неженка в военной академии - Джулия Рокко

плечами. - Не всем в верховной канцелярии нравится мысль о том, что будущей императрицей станет безродная человечка из отсталого мира. Поэтому некоторые несогласные с удовольствием мелко пакостят, - пояснил он.

Я покачала головой - нечто подобное нетрудно было предположить. Да взять хотя бы ситуацию с экранирующим артефактом, который должны были доставить в академию в первые же часы после моего появления…

- Вот и возникают такие вопросы, с которыми к императору не пойдешь, а иначе чем в обход не решишь, - продолжил описывать ситуацию Лиас. - Так что письмо передано по личным каналам моей семьи.

- Спасибо тебе большое! - всё же поблагодарила я друга, вновь уставившись на конверт как на восьмое чудо света.

- Ты собираешься читать или нет? - наконец не выдержал моего промедления Адрик, предпочитающий во всем действовать стремительно и временами даже с нахрапа.

Впрочем, младший Шейн, несмотря на склонность проявлять большую вдумчивость, не так уж и далеко ушел от брата. Поэтому они и были так хороши в связке, работая как единый ударный кулак.

Собственно, благодаря именно данному качеству, братья и оказались первыми пришедшими ко мне на помощь в ту злополучную ночь, когда я так внезапно перенеслась в казарменную спальню.

Зато Лиас был совершенно другой. Он никогда не спешил с решениями, предпочитая все хорошенько взвесить. Я до сих пор не могла понять, отчего тогда он не отсиделся в стороне, а так же, как и братья Канн, решил принять активное участие в моей судьбе.

- Не торопи её, - шикнул Маджао на Адрика, а Шейн лишь многозначительно закатил глаза.

В нашей компании эти мелкие стычки между самым торопливым и самым обстоятельным давно стали обычным явлением.

Я посмотрела на верхушки деревьев, формой листвы напоминающие земные каштаны. На дворе к концу подходило лето, однако буйство зелени вокруг пока ничем не намекало на приближение осени. Только-только перевалило за два часа дня, и по установившейся традиции я с парнями коротала оставшееся до очередной пары время в небольшом сквере возле хозяйственного кампуса. В кампусе, помимо прочего, располагались академские кухни и большая просторная столовая, в которой все мы вчетвером только что как следует подкрепились.

С некоторых пор в моем учебном расписании наметились свои ритуалы. Завтракать с утра я, как правило, не ходила. Такая уж у меня с детства особенность - после еды ужасно хотеть спать. Что, разумеется, сильно влияло и на мою собранность и концентрацию. Поэтому вместо завтрака я предпочитала декокты.

Зато набивать живот я приучила себя во второй половине дня. Как раз перед свободным часом. Кстати, так поступали многие демоны, предпочитавшие после плотного обеда сыто переваривать его в горизонтальном положении. Видимо, бог Остывшей стороны и в самом деле неспроста зачислил меня в ряды будущих белых стражей, раз у меня с ними было столько общего.

Но шутки в сторону; я показательно растолкала сидящих вместе со мной на скамейке парней и самым серьезным тоном попросила:

- Не подглядывайте!

Адрик поднялся и с характерным для себя движением размял богатырские плечи.

- А подружка у тебя как из себя? Симпатичная? - поднимаясь следом за братом, вдруг заинтересовался Шейн и отчего-то обрисовал руками верхние округлости. Словно именно от размера данной части женской анатомии и зависел итог общей привлекательности.

Адрик понимающе хохотнул, а подошедший к братьям Маджао отвесил Шейну чувствительный тычок в бок.

- Мы тогда пойдем в казарму, если что встретимся на занятиях, - сообщил Лиас, и я ответила ему благодарным кивком.

- Кстати, подружка у меня - закачаешься! - в спину удаляющимся парням заявила я, но уже интересоваться их ответной реакцией не стала.

Нежданное послание полностью завладело моим вниманием. Торопливо распечатав конверт, я с головой погрузилась в чтение.

Это было странное письмо. Первое в череде других вскоре последовавших после начала нашей переписки с подругой.

С одной стороны, я узнавала свою Галку, веселую, местами саркастичную, склонную подмечать совершенно неочевидные детали. С другой, она будто и в самом деле изменилась. Из речи исчезли привычные ей словечки-паразиты, многие формулировки звучали слишком уж осторожно и выверено, словно сочинение, написанное ради одобрения строгого учителя. Даже почерк превратился если не в каллиграфический, то в куда более элегантный. Похоже, что прошедшие месяцы самым радикальным образом повлияли не только на меня.

Дабы не изводить себя пустой тревогой, ради собственного душевного спокойствия, я решила считать, что это просто маска, связанная с понятным беспокойством, вдруг нашу переписку прочтут посторонние. Так или иначе, а послание принесло мне не только некоторое облегчение - всё же я очень волновалась за судьбу своей лучшей подруги, - но и важную информацию.

В академии мне было просто некому адресовать свои вопросы. Что и понятно. В силу совсем иных задач в МИВА мало интересовались как брачными темами в целом, так и темой Большого отбора в частности. По сути это были два параллельных мира: мир привыкших к суровым будням вышколенных воинов и мир блестящей знати, погрязшей в борьбе за власть и венценосную милость.

Так что от тех, с кем я более-менее общалась в своей группе - а постепенно тесный кружок моего кванда расширился еще до нескольких сокурсников, - мне удалось узнать немного. Зато заглянув в закулисье воспитанниц закрытого пансиона для иномирянок, я стала понимать несколько больше о том, что меня ожидает в самом ближайшем будущем.

Не скажу, что эта информация воодушевляла. И всё же нет ничего хуже неопределенности. Моя дорога Галка смогла пролить свет на некоторые весьма важные детали, отчего я была ей всем сердцем благодарна.

Во-первых, она рассказала мне, кто же такой этот треклятый Локус, о котором я время от времени слышала и на роль которого мне предстояло претендовать, пройдя несколько этапов пресловутого Отбора. Первый считался предварительным, между собой организаторы называли его весьма просто - смотрины.

По сути смотрины сводились к личной встрече с императором, а также к малому представлению девушек ко двору. Оба события должны были стать приватными, с допуском небольшого числа самых важных или доверенных лиц.

Также претенденток в очередной раз должны были досмотреть дворцовые лекари, видимо, чтобы оценить состояние девичьего здоровья, а быть может, просто наличие девственности.

Последнее Галю весьма удивляло: насколько ей удалось узнать, такой физиологической особенности у демониц не имелось. К тому же демоны были крайне невосприимчивы к инфекциям в целом. Возможно, оттого и нравы во всех слоях общества Мерцарии царили весьма свободные. Впрочем, считалось, что женщины Мурэйна зависят от