Первая мировая. Убийство, развязавшее войну - Грег Кинг

Министр иностранных дел Голуховский зачитал декларацию эрцгерцога: «Мы чувствуем себя обязанными заявить, что наш брак с графиней Софией Хотек не является браком между равными и браком в соответствии с законами, но морганатическим союзом, и должен рассматриваться как таковой сейчас и во все времена. Как следствие, ни наша жена, ни наши дети, которые с благословления Божьего могут произойти от этого брака, ни их потомки не могут претендовать на права, почести, титулы, гербовые щиты или привилегии, которые предоставляются женам и детям эрцгерцогов, заключивших равный брак в соответствии с Фамильными уставами… Мы заявляем, что это наша настоящая декларация, смысл и значение которой мы полностью осознаем, является обязательной к исполнению на все времена и распространяется на нашу жену, ее детей и их потомков. Кроме того, мы обещаем, что не будем никогда предпринимать каких-либо действий, направленных на ослабление и растворение обязательной силы настоящего заявления».

Франц Фердинанд приблизился к алтарю в центре зала, рядом с которым стояли принц архиепископ Венский кардинал Антон Грюсха (Anton Grüscha) и первый принц Венгрии кардинал д-р Лоренс Шлаух. Сняв перчатку с правой руки, он положил ладонь на декларацию, лежащую под распятием, и торжественно поклялся соблюдать все ее положения. Перекрестившись, он отошел от алтаря. Все было кончено меньше чем за тридцать минут.

Теперь только два дня отделяли Франца Фердинанда и Софию от брака. Эрцгерцог собрал некоторые вещи, заранее готовясь покинуть Вену, и со слезами благодарности попрощался с Беком. Вечером должны были начаться торжества, предшествующие бракосочетанию наследника престола: фуршеты, банкеты, праздничное шествие по улицам города в окружении ликующих людей и сложная церемония в соборе Св. Августина под руководством кардинала архиепископа Венского и в присутствии императора и членов императорской семьи.

Традиция, пышность и церемония — но не для Франца Фердинанда и Софии Хотек. Их свадьба проходила даже не в Вене: эрцгерцогиня Мария Тереза предложила для проведения свадьбы свою летнюю резиденцию — замок Рейхштадт (ныне Закупи), мрачную крепость в Северной Богемии, больше известную как место, где жил Франц Фердинанд после своего отказа от трона в 1848 г. Узнав, что Монтенуово запретил любые праздничные мероприятия, она попросила местных жителей, чтобы они украсили свои дома флагами и гирляндами. Как всегда мстительный, Монтенуово распорядился о том, чтобы местные чиновники не приветствовали герцога, как принято, когда его поезд остановился на маленькой станции города. Даже кардинал архиепископ остался в Вене, не решившись совершить обряд, чтобы не вызвать императорского неудовольствия.

Франц Иосиф с трудом согласился на этот союз. Считая, что эта свадьба принижает достоинство Дома Габсбургов, он отказался на ней присутствовать и вместо этого уехал в Бад-Ишль вместе со своей госпожой Катериной Шратт. Пребывая в решимости наказать эрцгерцога и сделать его свадьбу как можно более унизительной, император позволяет Монтенуово предпринять очередные нечистоплотные шаги, чтобы спровоцировать конфликт среди Габсбургов. 19 июня умерла Жозефина Гогенцоллерн, баденская принцесса, находившаяся в родстве с правящей немецкой династией. Хотя Австрийский двор никогда раньше ее никак не выделял, теперь был установлен двенадцатидневный траур, в течение которого членам императорской семьи запрещалось участвовать в каких-либо праздничных мероприятиях. День, на который была намечена свадьба, попадал в этот период скорби, что гарантировало, что ни один из членов династии не сможет присутствовать на церемонии.

Несмотря на все это, Франц Фердинанд все же надеялся, что его братья и сестры поддержат его. Но ни Отто, ни Фердинанд Карл не присутствовали на свадьбе; его сестра Маргарита, герцогиня Вюртемберг, также осталась в стороне. «Мне было очень жаль его», — так писал Бек, комментируя отсутствие на свадьбе членов семьи герцога. Единственными присутствовавшими на торжествах в Рейхштадте родственниками, рискнувшими навлечь на себя гнев императора, были две его единокровных сестры и Мария Тереза. В субботу, 30 июня, когда его поезд подошел к станции, они были там и приветствовали эрцгерцога. Выполняя инструкции, полученные из Вены, на вокзал не явился и губернатор провинции, только городской мэр, нервничая, шагнул навстречу эрцгерцогу, приветствуя наследника трона. И хотя не было никаких официальных указаний, жители города украсили свои дома флагами и выстроились вдоль улиц, чтобы выразить поддержку эрцгерцогу на его пути в замок. Несколькими часами позднее София прибыла в поместье Карла Хотека в Гросспрейсене; во дворе замка группа школьников исполнила новобрачным любовную серенаду, а на семейном обеде Мария Тереза произнесла тост за своего пасынка и Софию, даря ей изящный футляр для драгоценностей, принадлежавший когда-то покойной матери Франца Фердинанда.

Ухватившись за настроения людей вокруг этой современной романтической сказки, репортеры развлекали своих читателей картинами счастливого финала. Это был «Триумф любви» с «Принцем-рыцарем» и его Золушкой. Эрцгерцог «вступил в морганатический союз с избранницей своего сердца» — беспрецедентный союз для наследника Габсбургов. «Тот, кто борется за свою любовь, — утверждали чешские газеты, — кто отказывается отдать то, что ему дорого, несмотря на все противодействие, — такому человеку можно смело доверять, ибо он будет защищать все ценное для него с такой же энергией». Что касалось Софии, то венская «Новая свободная пресса» писала: «Графиня Хотек никогда не будет носить корону на своей голове, но ей придется ощущать все колючки этого венца, так как она не сможет остаться в стороне от бремени ее мужа».

Воскресенье 1 июля 1900 г. в Рейхштадте выдалось серым и дождливым. В половине одиннадцатого утра под звон колоколов на башнях замка началось праздничное шествие к часовне. Эрцгерцог был в парадной белой форме генерала кавалерии, которую украшали ордена Золотого руна и Большой крест ордена Святого Стефана. Его сопровождали приемная мать и две его сестры. За ними следовала София. Опасаясь того, что его карьера государственного служащего могла пострадать, ее брат Вольфган, испытывая большую неловкость, сказал, что не сможет присутствовать. Вместо него она шла под руку со своим двоюродным братом и бывшим опекуном принцем Алоисом Лёвенштейн-Вертгейм-Розенбергом и в сопровождении ее племянника Карла Хотека в качестве главы семьи.

София, как писали газеты, выглядела «восхитительно красивой» и даже похожей на юную «девочку». Она была одета в белое атласное платье, украшенное шелковой вышивкой, оборками из шифона, кружевами и лентами, а также гирляндой из мирта и флердоранжа. Ее голову украшал венец из оранжевых цветов, а поверх него — бриллиантовая диадема, подарок императора на свадьбу, на шее — ожерелье из жемчуга и бриллиантов. Лицо прикрывала вуаль из тюля и старинных кружев, сзади тянулся семифутовый парчовый шлейф. В руках она несла созданный в Праге букет из лилий, мирта и флердоранжей.