Сердце зимы - Максим Субботин

Катарина

Баттар-Хор, столица Рхельского государства

Малый тронный зал пустовал. Круглые окна под самым потолком, выложенные разноцветной мозаикой, пропускали внутрь солнечный свет. Центром зала служил стол резного дерева, покрытый лаком и отполированный до блеска. Вокруг него – стулья с мягкими подушками и подлокотниками.

В стороне, заняв собою весь угол, потрескивал дровами камин, рядом устроился приземистый столик для шахматной игры. Вдоль стен растянулись скамьи.

Основным украшением Малого тронного зала служил царский престол. Он стоял на помосте, покрытом парчой: высокая спинка, обитая белым атласом, по которому вверх тянулись вышитые золотом и серебром стебли причудливых растений, в изголовье – россыпь драгоценных каменьев. На подлокотниках белого золота играли солнечные блики.

Именно здесь царь Рхеля принимал своих советников и почтенных гостей, с которыми желал вести беседы с глазу на глаз.

Распорядитель побеспокоил Катарину лишь за полдень следующего дня. Привычно раскланявшись, Киран передал на словах приглашение Ракела: царь просит гостью присоединиться к нему в Малом тронном зале. Сегодня Катарина с особой тщательностью подобрала наряд. Строгий силуэт темно-вишневого платья, разбавленный по пройме лентами, всего на тон светлее основной ткани. Рабыни гладко подобрали ее волосы, шею украсила лишь одна нитка жемчуга.

Окинув себя придирчивым взглядом в серебряном зеркале, леди даро-Исаэт осталась довольна.

Ракел, вопреки ее ожиданиям, не сидел на троне. Когда двери распахнулись, Катарина нашла правителя рхельского царства сидящим во главе стола. Завидев гостью, Ракел поднялся ей навстречу.

– Леди даро-Исаэт, – он припал губами к ее ладони. – Вы знаете, что менестрели Рхеля уж давно называют вас Цветком персика?

Катарина, настроившая себя на тяжелую беседу, не смогла сдержать довольную улыбку. Какая женщина устояла бы перед таким изысканным, пусть и насквозь льстивым комплиментом, полученным из уст царя?

Ракелу было немногим за сорок. Рослый и статный, он обладал величественной осанкой и живыми зелеными глазами. Аккуратная курчавая бородка обрамляла волевой подбородок и скулы, встречаясь с густой каштановой шевелюрой. Старый шрам рассекал висок царя, ничуть не портя лица. Шелковые одежды были просты, но тяжелая цепь белого золота стоила полсотни отборных скакунов.

– Ваше Величество галантнейший среди правителей, – сказала Катарина чистую правду.

– Простите ли вы мое давешнее невнимание? – Царь настороженно ждал ответа. – Дела государственные… Мне ли вам говорить, как часто заботы застят мир вокруг, леди Катарина.

– Мои заботы ничто, в сравнении с царскими.

Ракел повел рукой, указывая на стол.

– Я хотел бы отобедать с вами, леди Катарина. Мой новый повар просто кудесник.

На стол подали запеченный в меду телячий окорок, грибы, фазанов, форель и лосося в сметане и еще много других блюд, большинство из которых Катарина в тот вечер так и не попробовала. Забористое белое рхельское вино, славящееся на весь мир своим неповторимым букетом, щекотало ноздри.

Разделив пищу, они вели непринужденную беседу.

На сладкое принесли еще с десяток блюд, от запаха которых рот Катарины наполнился слюной, хоть желудок ее был уже полон.

После они, как водится, сели за шахматы.

– Леди даро-Исаэт, дочь просила меня побеспокоить вас вопросом, – начал Ракел, вводя в игру черную пешку. – Не прислал ли молодой лорд даро-Исаэт весточку?

Катарина поблагодарила богов, что теперь нет нужды самой начинать тяжкий разговор. Она нарочно медлила с ответом, делая вид, что старательно обдумывает ход в игре. На самом же деле Катарина обдумывала другое.

– Мой племянник так молод, – неопределенно ответила она, походила ладьей и передала ход царю.

Тот не подал виду, что ждал совсем иной ответ.

– Молодость, – Ракел погладил холеную бороду. – Я на днях только вспоминал о своей юности. Одним богам ведомо, почему не сгинул в бою. Мой придворный лекарь говорит, что если сложить разом все мои шрамы да вытянуть их, то выйдет пояс в три обхвата.

– Я была уверена, что в четыре. – Леди даро-Исаэт позволила себе легкое кокетство.

Они снова завели пустой разговор. Фигуры были разыграны. Ракел забрал трех пешек, коня и ладью, а Катарина заполучила ферзя, украшенного посеребренным круглым набалдашником, несколько пешек и двух слонов. Леди даро-Исаэт умела играть в шахматы – не слишком искусно, но и не настолько плохо, чтобы не почуять фальшь.

Игра масок началась.

– Как чувствует себя молодой наследник Руфус? – поинтересовался Ракел, после чего с самым серьезным видом подставил под удар черному коню гостьи свою белую ладью.

– Здоров и бодр, – скороговоркой ответила Катарина, забрала фигуру и пожурила царя за невнимательность.

– Я немного, должно быть, озадачен тем, что долго не слышал вестей из Тарема, – наконец сознался Ракел. – Сейчас тяжелые времена, говорят, что в дасирийских землях ходит смута.

– Ваше Величество, кому как не вам знать, что гложет наших соседей, славную Дасирию.

Она не ждала, что правитель Рхеля начнет отпираться перед нею. Несмотря на скорое родство и желание Ракела во что бы то ни стало заручиться поддержкой Верховного лорда-магната, он продолжал быть царем целого государства. И, как ни пытался скрыть это, но смотрел на Катарину сверху вниз.

– Я не знаю мыслей и планов моего племянника, леди Катарина. После того как Шиалистан отбыл из Баттар-Хора, мы отдалились.

– Я слышала, при дворе Вашего Величества много великих кудесников-волшебников. – Теперь, когда словесная партия стремительно набирала обороты, шахматы были позабыты. Леди даро-Исаэт повертела в пальцах черного короля – резную высокую фигурку, покрытую тонким слоем лака и увенчанную позолоченной короной в три пика. – Разве обязательно сидеть вот так, через стол, чтобы обсудить государственные дела? Разве не к вашему двору год назад были доставлены два ониксовых шара? Один из них, по моим сведениям, находится в покоях Шиалистана, Ваше Величество. Не красоты же ради – даже вы не станете этого отрицать.

Зеленые глаза Ракела сузились, кожа вокруг них собралась мелкими морщинками. Но он продолжал хранить невозмутимый вид и не спешил касаться своих фигур на доске.

– Леди Катарина, склоняю голову пред вашей осведомленностью. Можно только гадать, откуда такие сведения.

– Вы мудрейший из правителей, Ваше Величество. Вы властны и помазаны богами на престол. А мы простые торговцы. Приходится юлить, изворачиваться. Иначе никак.

Женщина почти кокетливо наморщила нос. Она намеренно упомянула «помазание богами» – свершенное кровавым восстанием бунтарей, науськанных рхельской знатью. Больше тридцати лет назад руками бунтарей с трона был свергнут малолетний наследник Исакай – десятилетнему мальчишке снесли голову лишь за то, что в его жилах текло немного дасирийской крови. Династическая ветка Хамы Первого прервалась, и знать посадила своего царя – угодного и «чистокровного» Анада. Боги послали ему двоих сыновей, старший из которых, Ракел, и унаследовал трон. Но Катарина ни мгновения не сомневалась, что знать не упускает случая напомнить владыке, чьими силами его род попал на трон. И, кто знает, не пугает ли новым переворотом. Ракелу хватило бы сил удержать в руках царство, но придворные интриги и склоки порой оказывались губительнее войн. И даже царь может встретить рассвет с перерезанным горлом.