Черный Маг Императора 12 - Александр Герда

— Сон плохой приснился, — соврал я. — Будто Щекин меня заставил целую сумку светопыли собирать.

— Целую сумку это, конечно, круто, — хмыкнул княжич. — Это до конца твоей жизни, получается. Хотя нет, одной, наверное, даже не хватит. Ну если такое дело, тогда тебе и правда лучше в школу ехать. Ты же у нас странный парень, вдруг у тебя еще и сны иногда вещими бывают.

На самом деле никаких уроков я учить не собирался и планировал эту ночь использовать совсем для других целей. За день я выспался с большим запасом, поэтому почему бы мне не выделить эту ночь для Тенедома? Это же несколько дней там провести получится!

— Как минимум три, — помог мне более точно определиться Дориан.

— Вот я и говорю, когда еще такой шанс выпадет? — мысленно спросил я у него. — Тем более, что у меня там дел накопилось немеряно.

— Хорошо бы запасы темных сфер у Лакримозы проверить, — задумался Мор. — Может быть, я тебе что-нибудь новенькое покажу.

— Тем более… Значит решено, эту ночь посвящаем Тенедому! — сказал я и у меня тут же появилась идея куда будет лучше всего отнести мешок со сладостями.

Устрою Бормотуну маленький праздник. Ему такого мешка надолго хватит.

— Минут на двадцать, — рассчитал Дориан. — Это при условии, что этот проглот будет растягивать удовольствие, а не сожрет все сразу.

Первым завезли Нарышкина, который был счастлив как маленький ребенок. Сказал, что у него был лучший день за последние несколько месяцев. Напоследок пригрозил, что если мы не сдержим обещания и не возьмем его с собой в поход за третьей частью ключа к Атрибуту Распада, то мы кровные враги навсегда.

Следом за ним была Полина, которая еще раз обняла меня и поцеловала в щеку.

— Спасибо тебе, Максим… — сказала она. — Ты знаешь, я иногда вспоминаю тот день, когда впервые увидела тебя в своей мастерской, и думаю… С тех пор ты меня столько раз выручал, как бы я без тебя обходилась?

Кхм… Чего это она вдруг? Я даже не сразу сообразил что нужно ответить.

— Ну не бесплатно же, — сказал я и подмигнул. — Зато ты с меня за опознание артефактов денег не берешь…

Она улыбнулась, пожала мне руку и молча выскользнула из машины. Оставив меня в весьма необычном состоянии. Скорее даже непривычном и каким-то новым. С момента нашего знакомства, Лазарева уже, наверное, раз сто благодарила меня, но сегодня это было как-то совсем по-другому.

Я провел рукой по щеке, где еще теплился ее поцелуй, и посмотрел в окно, за которым мелькали ночные улицы Белозерска. Почему мне показалось что улыбка, с которой она вышла из машины, была немного грустной? Мы же с ней вроде бы не прощаемся… Нет, все-таки странные существа эти девчонки…

В этот момент я услышал многозначительный вздох Дориана.

— Что ты там вздыхаешь? Хочешь мне что-то сказать?

— Нет, Макс… Во всяком случае, не сейчас. Может быть, как-нибудь позже.

— Тогда и не вздыхай! Взял моду вздыхать и не говорить ничего!

Остальной путь до «Китежа» мы с ним проделали молча и больше не разговаривали. Я пытался как-то расшифровать наш короткий последний разговор с Полиной, а Дориан, судя по всему, дрых. Ну и правильно. Лучше так, чем странно вздыхать все время.

К тому моменту, когда автомобиль остановился на стоянке перед школой, я уже перестал думать о Лазаревой, потому что все равно ничего не понимал. А Мор, если и понимал, то ничего мне не говорил. Тоже мне друг называется.

Водитель Нарышкиных помог мне закинуть мешок на спину, и я потопал в общагу. Едва я вошел в холл, то сразу посмотрел на часы, которые висели над дежурными, и мое настроение немного улучшилось. Надо же, оказывается до одиннадцати еще целых пятнадцать минут! Это значит, что я даже не попаду в журнал как нарушитель режима. Ну хоть что-что…

— Темников, ты что там припер? — спросил меня один из дежурных и загородил мне проход к лестнице на верхние этажи. — Что там у тебя в мешке? Надеюсь, ничего запрещенного?

— Личные вещи и крокодильи яйца, — ответил я. — Буду в ванной розовых крокодилов разводить.

— Каких-каких? — спросил он.

— Розовых… Редкий вид такой из Северного Занзибара… Их кожа на вес золота продается…

— Угу, как же, так тебе и поверил, — прищурился дежурный и с тревогой посмотрел на мешок. — Хотя от тебя всего можно ожидать. Ладно, шагай. Но если что…

— Да-да, конечно, меня ждет исключение за нарушение режима, — закончил я за него и потопал по лестнице наверх.

На этот раз мне попались два самых плохих дежурных, с которыми никогда не договоришься. Даже возле общаги посидеть лишние пять минут не дают и сразу заносят в журнал, как злостного нарушителя режима. Я-то хотел перед Тенедомом еще Бродягу навестить и посмотреть как он там. Сегодня же второй день его лечения, получается.

Если Рябинина не преувеличила, то мой дуб должен быть уже в полном порядке. Ну или близится к этому состоянию. Но с этими типами разве посмотришь… Ладно, завтра утром узнаю.

Добравшись до своей комнаты, я свалил мешок на пол, немного отдышался и начал собираться в путь. Жалко, что на этот раз я никому ничего не привезу, кроме Бормотуна и Лакримозы.

Книжки про любовь для моих преподавателей еще было ладно, а вот перед Хмельниковым неудобно. Он меня слезно просил компонентов ему притащить для работы, которых в Тенедоме не достать. Придется потом специально для этого еще раз смотаться.

Проверив, что ничего не забыл, я уселся на кровать, оперся спиной о стену, затем активировал Портальный Ключ и начертил узор, а вслед за этим оказался на полянке.

— Он здесь! — истошно завопил чей-то незнакомый голос, а следом за этим звонко зазвонил колокольчик.

Рядом с поляной стоял незнакомый мне человек и что есть мочи тряс колокольчиком. Судя по его одежде, родом он был из Лаламура.

— Ты кто такой? — спросил я у него.

— Он здесь! — продолжать орать он вместо ответа. — Спаситель вернулся!

Причем только сейчас я заметил, что у него во рту какая-то металлическая штука, которая усиливала его вопли, от которых у меня начало закладывать уши.

— Если не перестанешь орать,