Стихийное бедствие в Академии Междумирья - Елена Княжина

Я приподнялась на локтях и поглядела украдкой на мечтательную соседку. Та как раз писала очередную записку «тайному» поклоннику… Резко вспомнилось пари, на которое я по глупости согласилась. Арх, пусть окажется, что все было не зря! Очень не хотелось бы вылететь из академии из-за пустой интрижки, в которой нет ничего настоящего.

Чейз прав: многое о жизни я узнала из романов. Я бы с радостью набивала шишки на собственном опыте, но мой дар активно препятствовал нормальным отношениям.

Порывшись рукой под подушкой, обнаружила подопытного сафаэля и мой клыкастый роман. Перламутр с заломленной странички умудрился отпечататься на рыжем кристалле.

– Ай-яй-яй… – с укором посмотрела на яйцо и убрала книжное «непотребство» в ящик. – Я должна дать тебе правильное воспитание!

А с другой стороны… Пускай впитывает все, что посчитает нужным. Я кинула яйцо в сумку, припорошила конспектами и, отыскав в чемодане запасное платье, отправилась вместе с Риз в столовую.

Ее эмблема натужно пыталась стать оранжевой: я видела красноватые всполохи, что прыгали внутри камня. Им не хватало совсем немного, и Риз тяжело вздыхала, минуя ряды столов.

Нетрудно было угадать, чем расстроена соседка. Квент сидел с «тыквенными», и его эмблема (трагически утраченная и героически возвращенная) была очень яркой и насыщенной.

– Мне никогда его не догнать, – прошептала Риз, уходя в сторону желтых. – Еще пара испытаний, и он прибьется к красным. И мы до конца года будем сидеть в разных концах столовой.

– Это просто завтрак, Риз, – сжала ее плечо, с обидой поглядывая на свой значок. Пылающий алым после «второго уровня» и жаркого поцелуя.

– Это не просто завтрак, Иви, – вздохнула она, сдувая розовые пряди, обрамлявшие кукольное лицо. – Мы во всем будем разделены, всегда. Эйна словно намекает, что не…

Нас растолкали парни с боевого, оголодавшие за ночь и готовые съесть вирса целиком. Сметенная толпой, Риз махнула мне рукой, и я понуро направилась к красной зоне.

Нашла свободный стул, молча присела и уставилась в тарелку. Огонек на эмблеме мигнул, и передо мной появился обильный завтрак стихийника, тратящего массу энергии на полигоне. Мне бы хватило и десятой части этой порции.

– А эта как сюда попала? – глядя мимо меня, уточнил странно знакомый темноволосый парень. – Рэйвенс, да? Я слышал про случай на смертельной полосе… пфф…

Ах, точно, это любитель набедренных полотенчиков и приятель Квента.

– Ну мало ли как, Трой? Может, как и Флайли, «накачала» свой значок запрещенной магией, – равнодушно выдохнула девушка, развалившаяся на стуле напротив. – Или дала эмблему на ночь кому-то из выпускников… Мы все таким баловались. До первого трудового наказания.

Они делали вид, что я прозрачная или вроде того. Глядели насквозь или в сторону, обсуждая мое нескромное достижение. Мест за столом, украшенным алой скатертью, было еще полно, но меня все равно накрывало чувством, что я заняла чье-то чужое.

– Вы оба здесь тоже только благодаря профессору Горди, – равнодушно фыркнул парень с серебряно-серыми патлами до плеч и высокими, острыми скулами.

Это его выгнал из комнаты Квент, обустроив мне раздевалку в мужском общежитии. Вот уж от кого не ожидала защиты: до сих пор помнила неприязненный взгляд исподлобья.

– Не Горди, а дару Междумирья, который до профессора никто не додумался раскрыть, – лениво поправила девушка. – Мы согласились на эксперимент и заслужили свое место за этим столом. Как и ты, Анхель. Но не она.

Ее темные волосы были подстрижены так, что до шеи не доставали и едва прикрывали уши. Точнее… пытались. Прикроешь тут!

Уши эти были не совсем человеческие. Большие, оттопыренные, будто даже шевелящиеся в попытке уловить важную информацию… Ко всему прочему локаторы были заострены и покрыты короткой черной шерстью, что девицу, кажется, ничуть не смущало.

– Если ты нашла способ обмануть эмблему, рекомендую как можно скорее исправить ошибку, – Анхель привстал, перегнулся ко мне через стол, и его неприязненный взгляд вернулся. Рано я посчитала его заступником. – В красной группе ты не выживешь. Слишком слабая. Хрупкая. Как стеклянная вазочка.

Парень бесцеремонно ткнул пальцем мне в щеку, проверяя, настоящая ли я. Или все-таки бутафорская и рассыплюсь от одного касания.

– Вот твоего совета забыла спросить, мистер «неожиданности на шторах»! – я стиснула зубы и порывисто отпихнула его руку от своего лица. Дернула локтем и случайно опрокинула чашку.

Архова бездна, я только пригубить успела! Мой кофе, такой нужный, крепкий, сладкий, со сливками и специями… сейчас растекался по кроваво-красной ткани.

Анхель пошатнулся, как подкошенный, оперся ладонью о стол. Его длинные аристократические пальцы коснулись кофейной лужи, и мы оба уставились на скатерть. Парень зло, я – ошеломленно.

Белые сгустки сливок отделились от коричневой жижи, соединились в картинку… И она задвигалась. Как в хавранских фильмах! Это делал Анхель, точно он. Как магический проектор, парень транслировал картинки на разлитую жидкость.

Первой проявилась сливочная фигура высокого широкоплечего мужчины. Его окружали шафрановые искры, ласкали языки пламени. Маг куда-то шел – по лесу, мимо деревьев, в которых узнавались изящные стволы розовых ярм.

Ткань, пышной юбкой спадавшая на траву, развевалась, обрисовывая очертания еще одного человека. Это была девушка, и ее несли. Судя по безжизненно болтающейся руке и отчаянной походке мужчины, эта героиня была мертва.

– Что это?

Я ошалело захлопала ресницами на Анхеля, но он только губы поджал. Скомкал салфетку, бросил на лужицу. И с тихим шипением наблюдал, как белая бумага впитывает кофейные брызги, еще недавно показывавшие нам кино.

– Что это было, эй? – я пихнула парня в плечо.

Тот пошатнулся, все так же нависая над столом, и потер изможденное лицо.

– «Неожиданности на шторах», – прошипел брезгливо.

Он попытался сесть на свое место, но рухнул на пол: стул Анхеля исчез. Как и его тарелка с недоеденным салатом.

Эмблема на груди парня теперь горела темно-бордовым, и столик для таких «особых» персон имелся всего один… За ним как раз сидел декан Чейз и потрошил кусок мяса в своей тарелке. Исчезнувший стул нашелся по правую руку от магистра Хонсея, там же дожидался хозяина улетевший салат.

– Дырявое небо Сеймура! – парень поглядел на меня с ненавистью. – Это все ты!

Я растерянно откинулась на спинку: вот в таком меня еще не обвиняли.

– А что там было? – с любопытством спросила ушастая Гера. Точно она, хотя раньше фаргов я видела только на картинках.

– Белые разводы… да кляксы кофе, – промычала, глядя, как удаляется сгорбленная спина Анхеля.

Пряча лицо за серебристыми прядями, он послушно уселся рядом с магистрами.

– Ой, не завирай! Будущее или прошлое?

– Кляксы. И разводы, – повторила тверже, переводя взгляд на ушастую сплетницу.

Я подняла опрокинутую чашку и поставила рядом с тарелкой. Пальцы подрагивали, выдавая приступ тревоги. Меня не так-то просто вытряхнуть из зоны комфорта… Но вот это все было очень неожиданно.

Взгляд снова и снова возвращался к парню. Он лениво ковырял салат, почти не