Как люди сотрудничают. Противостояние вызовам коллективных действий - Ричард Блантон

как источник социального прогресса благодаря его douceur-эффекту, цивилизующему влиянию, которое "смягчает" социальные отношения в ситуациях, когда люди стремятся сохранить благоприятную репутацию.

Однако в XIX и XX веках либеральные идеи были отвергнуты критическими теоретиками, такими как Карл Маркс, в ответ на социальное неравенство и ужасные условия труда, которые появились в результате зарождающейся индустриализации. Как я уже описывал ранее, социалистические историки экономики, такие как Поланьи, М. И. Финли и Джон Мурра, перенесли критическую теорию в антропологическую мысль и практику двадцатого века. Интересно, что растущая критика капитализма в некоторых отношениях возродила антирыночные идеи, которые лежали в основе классической греческой и средневековой христианской мысли. Антропологи как критики рынка стали рассматривать коммерцию как чужеродную силу, которая проникает в общество, трансформируя социальные узы традиционного домохозяйства и общины, разрушая то, что антропологи понимают как "естественный" или "аутентичный" образ жизни.

В течение десятилетий антропологи придерживались антирыночного и ориентированного на общины подхода к моральной экономике. Однако недавние эмпирические исследования обнаружили недостатки этого во многом идеологически мотивированного образа мышления. Антропологи (и географы) начали уделять пристальное внимание рынкам еще в 1960-х годах, следуя примеру Г. Уильяма Скиннера, который продемонстрировал, что теория размещения розничной торговли ("теория центрального места") может быть продуктивно применена для понимания пространственного распределения и торговых функций рынков Китая позднего императорского периода (после XIV века н. э.). Но экономика розничной торговли - это лишь часть того, что он обнаружил. Местные рынки, которые Скиннер называет "стандартными маркетинговыми сообществами", также были важными элементами сельской социальной организации в том смысле, который ранее не признавался. По его мнению, "антропологические работы по китайскому обществу, сосредоточив внимание почти исключительно на деревне, за редким исключением исказили реальность сельской социальной структуры. В той мере, в какой о китайском крестьянине можно сказать, что он живет в самодостаточном мире, этот мир - не деревня, а стандартная маркетинговая община" (Skinner 1964: 32).

Со времен основополагающих публикаций Скиннера и антропологи, и сельские географы проделали большую работу, посвященную рынкам. Однако даже сейчас редко можно найти этнографический отчет, выполненный с такой тщательностью и детальностью, как исследование сельских районов Марокко, проведенное Герцем, которое я привожу ниже. Хотя во многих регионах мира имеются разрозненные полезные источники, исторические и этнографические работы в средневековой и ранней современной Европе, а также в Северной Африке и Африке южнее Сахары являются особенно богатыми источниками для этой главы. Мезоамерика также была областью, где экономические антропологи, археологи и этноисторики уделяли значительное внимание рынкам и товарам.

 

Регион Магриба в Северной Африке в качестве примера

"Чтобы понять, что такое рынок, вы должны попытаться представить себе территорию, занятую деревнями-общинами, действующими самостоятельно и пока еще автономно, каждая из которых возделывала свою пашню посреди пустыря, и каждая, боюсь, должен добавить я, находилась в вечной войне со своим соседом. Но в нескольких местах, вероятно, там, где сходились владения двух или трех деревень, были, по-видимому, участки, которые мы сегодня назвали бы нейтральной землей. Это были рынки. Вероятно, это были единственные места, где члены различных первобытных групп встречались для каких-либо целей, кроме войны... Рынок был тем нейтральным пространством, на котором, согласно древней конституции общества, члены различных автономных имущественных групп встречались в безопасности, покупали и продавали, не скованные обычными правилами. Здесь, как мне кажется, зародилось понятие о праве человека получать наилучшую цену за свои товары, и здесь оно распространилось по всему миру". (Henry Maine 1872: 192-93)

В этой главе я развиваю полезные идеи Мейна, перенося их в теорию сотрудничества XXI века. Чтобы начать обсуждение рыночных площадей и их институциональных изменений, я кратко излагаю пример сельских рынков североафриканского региона Магриб (или Магриб), охватывающего нынешние Марокко, Алжир, Тунис, Ливию и Мавританию, изящно описанных в работе римского историка экономики Брента Шоу (1981) и в других источниках, приведенных в библиографическом очерке. Я выбрал эту хорошо описанную ситуацию, потому что она иллюстрирует несколько ключевых моментов о рыночных пространствах, которые я развиваю в связи с моей целью понять зарождение рыночного сотрудничества в широком процессуальном и сравнительном смыслах.

Магриб - топографически и экологически сложный регион, включающий низменную зону вдоль средиземноморской прибрежной равнины, граничащую на юге с труднопроходимой возвышенностью. В недавней колониальной и постколониальной терминологии проводится различие между обществами и их рынками, занимающими низменные прибрежные районы - Блед-эль-Махзен ("Земля правительства"), и возвышенными зонами, занятыми слабо связанными сегментами берберских племен - Блед-эс-Сиба ("Земля наглости"). Эти контрастные зоны также характеризуются контрастными формами периодических рынков, хотя все они имеют один и тот же общий термин - suq (pl. aswâq) (табл. 6.1). По сравнению с равнинными аналогами сук, расположенные на возвышенностях, являются более сельскими учреждениями и служат в основном для торговли между деревенскими общинами. Но иногда они служили для связи между населением возвышенностей и низменностей, особенно те рынки, которые располагались вдоль границ, разделяющих региональные зоны с взаимодополняющими формами производства на возвышенностях и низменностях.

 

Таблица

Терминология для магрибских рынков.

 

Зона возвышенностей Блед-эс-Сиба (Земля наглости)

Прибрежные низменности Блед-эль-Махзен (Земля правительства)

Римская империя

Nundinae

Меркатус (иерархически организованная региональная рыночная система, связывающая город и деревню)

Современный

Сельский suq (pl. aswâq)

Низинный suq (pl. aswâq) (иерархически организованная региональная рыночная система, связывающая город и деревню)

 

В равнинной зоне представлены рыночные системы такого типа, который будет знаком антропологам и географам, изучающим современные периодические или традиционные рынки в таких странах, как Мексика и Китай. В Блед-эль-Махзене сук является частью иерархически структурированной региональной сети рынков, которая обеспечивает множество потенциальных мест сбыта для продавцов и потребителей и связывает небольшие местные рынки в сельской местности с рынками в городах. Сетевой характер рыночных систем в низинах проявляется в скоординированной периодичности рыночных дней, что позволяет торговцам и другим участникам рынка посещать различные рыночные места по предсказуемой последовательной схеме.

Различия между типами рынков "возвышенность-низина" имеют глубокую историю. Во времена Римской империи были признаны два вида магрибинских рынков, которые соответствуют современной терминологии. Nundinae - это сельские рынки на возвышенностях, а mercatus (или macellum) - элементы иерархически структурированных, регионального масштаба сетей рынков, связывающих сельские и городские в низменной зоне. Городские рынки собирались на форумах, что всегда присутствовало в стандартной конфигурации римских городов. Как структурированный элемент социальной и физической среды города, mercatus представлял собой расширение официальной концепции городской функции; управлялся в рамках установленных структур власти города, провинции и империи; и был важным источником дохода для полиса.

 

Нундинаэ и