За Нарвскими воротами - Наталия Силантьева

Новоковский, разумеется, прекрасно знал, что Руслан и до этого уже сбывал через Леру героин, – она еще в самый первый раз ему об этом рассказала. Но теперь говорить об этом уже не было никакого смысла – никаких обвинений по наркоте Новоковский против Руслана выдвигать не собирался. Сейчас надо было просто выяснить судьбу этого пакетика.

– Хорошо, пусть так. Но ведь Лера сказала, что в том пакетике было много героина – граммов сто. А ей ты тогда отдал на реализацию только десять. Где же всё остальное?

– Спрятал у одного друга, – признался Руслан.

– Кто он такой? Чем занимается? – раскручивал Новоковский.

– Он сотрудник вневедомственной охраны, живет в общежитии на Трефолева, – поторопился предупредить следующий вопрос Руслан. – Денис его зовут, Денис Максимов.

– А зачем он взял героин? Он что – хотел его реализовать?

– Да нет, что вы, – даже как будто испугался Руслан. – Он ничем таким не занимается. Я просто попросил его подержать у себя этот пакет некоторое время.

– Ты с ним с тех пор еще встречался?

– Нет. Только по телефону звонил один раз.

– Ну и что?

– Он сказал, что всё на месте, в целости и сохранности.

Новоковский помолчал с полминуты, обдумывая слова Руслана. Здесь всё было более-менее очевидно – надо ехать с обыском к этому сотруднику, чтобы на месте во всем убедиться.

– Ну ладно, Руслан. Ты хочешь еще что-нибудь добавить? – на всякий случай спросил Новоковский.

– Нет, это всё, – твердо ответил Руслан.

– Тогда и у меня на сегодня всё. Когда проверим твою информацию, обговорим дальнейшие шаги. До скорого свиданья.

Прощаясь с Новоковским, Руслан отвел глаза в сторону и, буркнув себе под нос «до свиданья», торопливо встал и вышел из кабинета в сопровождении охранника. Новоковский не хотел сейчас думать о том, что всё это значит и был ли на самом деле Руслан с ним искренен, – всё равно его слова можно было легко проверить. Он тоже встал, взял протокол допроса и засобирался обратно в прокуратуру за ордером на обыск.

***

Приятель Руслана жил в общежитии – каком-то неказистом сером кирпичном доме со сплошными, вытянутыми в ширину больше, чем в высоту, «венецианскими» окнами. Этот дом располагался прямо за тянувшимся вдоль проспекта хорошеньким парком с красивой оградой и аккуратным заснеженным прудом, и портил собой всю картину.

На этот раз Новоковский согласился взять с собой на обыск Женю, которая, как всегда, горела желанием подучиться, узнать что-то новое для себя, тем более находясь рядом со своим шефом, к которому она постепенно стала испытывать чувство, похожее на влюбленность юной школьницы в своего учителя. Понятых они решили найти тут же, в общаге. Новоковский хотел дать приятелю Руслана шанс и предложить ему самому во всем признаться и добровольно выдать наркотики, так чтобы для него эта история ограничилась минимальными последствиями.

Внутри дома вошедших неприятно поразила «вокзальная» атмосфера – в холле и на этажах было неуютно, возникало ощущение необязательности присутствия здесь людей. Жильцы рассматривали общежитие лишь как временное пристанище, нечто вроде постоялого двора, не заботились о нем, и здание жило своей, отдельной от людей жизнью, не одухотворенной их волей, чувствами и устремлениями.

С трудом найдя коменданта – строгую полную женщину, занятую бесконечными разборками с жильцами, Новоковский спросил у нее, где проживает Максимов Денис. Та обмерила их с Женей подозрительным взглядом и ответила вопросом на вопрос:

– А зачем он вам?

– Да мы знакомые его, зашли по делу, – как ни в чем не бывало объяснил Новоковский с самой доброжелательной улыбкой – говорить о том, что это из прокуратуры пришли с обыском, он, разумеется, не собирался. Сергей Александрович прекрасно понимал, что этому Денису здесь еще жить и жить, и не собирался так его подставлять. Такой ответ, видимо, не вполне удовлетворил тетеньку, но она всё же недовольно буркнула что-то про восьмой этаж, назвала номер комнаты и с видом оскорбленного достоинства развернулась и отправилась дальше производить распорядок. Новоковский с Женей, ничего не поделаешь, потащились к Денису на последний этаж – лифт в общаге не работал.

Сначала надо было найти понятых – это оказалось не таким уж легким делом. Сергей Александрович и Женя ткнулись в несколько дверей, но все они были заперты. «Здесь вообще кто-нибудь живет?» – недовольно пробурчал Новоковский. Наконец, им повезло – последняя комната по коридору оказалось обитаемой. Новоковский застал там двух молодых людей, мирно попивавших пиво после трудового дня. Когда он попросил их присутствовать в качестве понятых при обыске, те, кажется, нисколько не удивились – наверно, в общаге подобные штуки случались. Они лениво поднялись из-за стола и поплелись вслед за Новоковским и Женей в комнату Дениса.

Там их ожидал сюрприз – тот был не один, а с девушкой. Более того, на столе стояли откупоренная бутылка вина и открытая коробка с крошечными пирожными профитролями – кажется, наши друзья застали Дениса врасплох в минуту больших ожиданий. Новоковский поздоровался, мгновенно оценил обстановку и, не сказав еще ни слова о цели их визита, незаметно сжал локоть Жени. Та всё прекрасно поняла – между ними давно уже установилась та безмолвная связь, какая часто бывает у людей, давно работающих вместе и хорошо изучивших характеры друг друга. Женя мило улыбнулась девушке и попросила ее выйти вместе с ней в коридор. Подружка Дениса, хоть и удивилась неожиданному вторжению, но благоразумно промолчала и вышла вслед за Женей.

Оставшись один, Денис уставился на незваных гостей с видимым неудовольствием и даже некоторой агрессией – наверно, разгулявшиеся гормоны давали о себе знать. Новоковский внимательно посмотрел на него – Денис был немножко смешной полненький молодой человек с пухлыми влажными губками и острым носиком, зажатым между круглыми щечками. «Ишь, какой хомяк!» – невольно подумал Новоковский, но тут же одернул себя и приступил к делу.

– Вижу, Денис, что вам сейчас не до нас. Так что давайте побыстрее во всем разберемся. Я из прокуратуры, следователь Новоковский, пришел поговорить с вами по одному важному вопросу. А с вашей девушкой пока побудет моя помощница.

– Из прокуратуры? А в чем дело? – еще больше надулся «хомяк».

– К нам поступил сигнал о том, что вы храните у себя наркотики, а конкретно – приблизительно девяносто граммов героина. Я вам предлагаю следующее: вы добровольно выдаете героин, а за это мы не заводим на вас дело, а только увольняем из органов.

Всё это Новоковский проговорил четко, сухо и вежливо – он понимал, что имеет дело с вполне грамотным и разумным