Мое тело – тюрьма - Кицунэ Миято

Остальные же в большинстве своём никто ничего не делал, радостно посвистывая от того, что преподаватель ни с кого ничего не спрашивала. Вроде как «это лишь ваш выбор: делать или нет». А потом перед зачётной неделей англичанка объявила о «долгах» в двадцать тысяч знаков почти у каждого, без которых зачёт не сдать вообще никак. И принимала их строго на практике. Её потом, чтобы сдать знаки и получить допуск к сессии, вылавливали чуть ли не по туалетам и дома.

При просмотре таблицы топознаков из учебника по геодезии оказалось, что примерно треть обозначений Кира знает из детского географического атласа. Но вообще таблица занимала добрую четверть учебника, и некоторые из них были весьма специфичны и интуитивно не прочитывались. Ну вроде «дома лесника» или «снежного карниза».

Минут за двадцать до начала тренинга к кабинету подошла Даша.

— О, Кирочка, привет, ты рано…

— У меня пара была до шести, решила, что лучше повторю материал, — ответила она.

— Давай, заходи, — открыла кабинет Даша. — Чай поставим. Мало ли придут голодными, можно перекусить и хотя бы чаёк попить. Ну или мы с тобой попьём.

Кира улыбнулась. Она действительно была немного голодна, так как поела в общежитии около половины четвёртого — перед тем как поехать в главный корпус.

— Ну, рассказывай, как сессию сдала, — улыбнулась ей Даша.

Глава 12

Видеть мир

К концу недели кексы так и не закончились. Остался ещё целый пакет.

— Жалко будет, если они совсем зачерствеют, — вслух сказала Кира, осматривая свою «кухню». — Такими даже уже угощать неудобно будет.

Она собралась в город, оделась, обулась, а затем взяла пакет с кексами, решительно вышла из комнаты и постучала в «трёшку» к соседям напротив. Дверь открыл Миша, щуплый светловолосый второкурсник со смешными торчащими ушами и взъерошенной причёской. Как и почти все парни в общежитии, он ходил в одних шортах. Поэтому Кира могла уверенно сказать, что тот недоедал.

— Привет, Миша…

Видимо, в комнате было не прибрано, поэтому тот бочком вышел в коридор, закрывая собой обзор.

— Привет… Кира.

— У меня есть к тебе очень деликатный разговор, — Кира вдруг вспомнила старый анекдот и хитро улыбнулась.

— Ну… Говори.

— Давай поговорим о любви.

— Что? — от неожиданности его и без того большие круглые глаза стали ещё больше.

— Да. Поговорим о любви. Ты любишь кексы? — Кира оставалась крайне серьёзной, наблюдая за сменой движения эмоций и мыслей на простоватом лице парня.

— Я… Э-э… Да… — выдавил из себя второкурсник.

— Вот и хорошо. Тогда держи! Кушай, а то вон какой худенький, — с этими словами Кира сунула ему в руки пакет и вышла из блока, направляясь к остановке.

Во вторник разговор с Дашей из клуба практической психологии у них зашёл про зрение. Выяснилось, у Даши такая же серьёзная миопия, она не могла носить очки из-за астигматизма и в итоге пришла к линзам, которые были видны только при очень близком рассмотрении. Даша же и дала Кире адрес оптики и сказала примерную цену.

Так что Кира, долго не раздумывая, сняла с книжки в банке половину того, что посылали родители на месяц, — пятьсот рублей. Что-то вроде абонемента в клуб практический психологии за пять занятий, ну то есть примерно на месяц, полностью покрывала стипендия, так что оставшейся суммы ей должно было хватить. Впрочем, Кира была готова сидеть на одной картошке, которой привезла целый пакет после каникул, отказать себе в какой-то вещи или поездке в родной город, но посмотреть на мир ясным взглядом.

Как выяснилось, после Нового года стипендия у Киры выросла на двадцать рублей и как раз стала двести пятьдесят — вроде бы какой-то перерасчёт за больше чем две пятёрки. Впрочем, также оказалось, что после сессии всем, у кого были тройки за экзамены, стипендию платить перестали. А ещё две девочки из первой группы, которые учились платно и закрыли сессию на одни пятёрки, перевелись на бесплатное, потому что освободились бюджетные места: из этой самой «блатной» первой группы не смогли сдать сессию десять человек и их готовили к отчислению. Теперь на общих лекциях их второй группы было в два раза больше чем первой… Кира испытывала иррациональную злость на такое. Обманом поступить в ВУЗ, занять место кого-то типа Андрея, который остался прозябать в училище, и при этом провалять дурка, не учиться и быть отчисленным за неуспеваемость! Это просто… уму непостижимо! Та же Таша, несмотря на договорное поступление, хотя бы училась, лекции не прогуливала, сдала сессию на тройки-четвёрки, но ведь сдала. А в первой группе даже их старосту Кошкину отчислили.

Раздумывая обо всём этом, Кира направлялась по адресу, который ей тоже дала Даша. Оптика «Диана» на третьем этаже торгового центра.

— Можно к вам? — Кира зашла в кабинет офтальмолога при оптике, который разительно отличался от различных муниципальных учреждений. Было светло, уютно и никаких очередей.

— Здравствуйте, проходите, — улыбчивая молодая женщина сделала пригласительный жест, указывая на мягкое кресло.

— Я хотела бы попробовать носить контактные линзы, мне одна знакомая посоветовала, — сказала Кира. — Было бы неплохо узнать цену, условия ношения и прочее.

Улыбчивая врач сделала записи в журнале, проверила глаза на нескольких аппаратах, устанавливающих точное зрение, немного поговорила о самочувствии, ограничениях в физическом плане и запрете на излишнюю активность. Кира сообщила, что в университете из-за своей миопии посещает спецгруппу по физкультуре, в которой от них не требуют прыжков, не дают играть с мячом и не гоняют на время.

— У вас глаза видят по-разному, скорее всего, поэтому ещё вам некомфортно в очках и бывают головокружения. Так что линзы подберём на каждый глаз со своими диоптриями. Так вам будет намного комфортней. Да и видеть из-за близкого расположения линзы к глазу вы сможете намного чётче. Конечно, до единицы зрение не выправится, но на минус ноль семь вы можете рассчитывать, — сообщила врач, доставая из шкафчика контейнеры, в которых по одной штуке были запакованы линзы.

— Минус ноль семь? — облизнула вмиг пересохшие губы Кира. — Так хорошо?..

Из-за головокружений, которые давали слишком сильные линзы очков, ей прописывали более слабые. И в своих очках она видела на минус два в лучшем случае.

— Осталась только одна небольшая проблема, — улыбка женщины несколько померкла. — Многие не могут носить линзы,