Хорошей ведьмочки должно быть много - Нелли Видина

мама, она нас вывозила в соседний город. После её смерти… Одних я их отпустить не могу, а у меня нет права покидать форт. Только по приказу.

— Ох…

— Ляля, можно тебя попросить? Когда ты получше освоишься, съезди с близнецами?

— Обещаю.

— Ты их не бросишь, да?

Странный вопрос. И смотрит Блез странно.

— Конечно, не брошу. Обещаю. Что на тебя нашло?

— Эмиссар, которого мы преследовали… Он выжил.

— Выжил?!

— Тише, — оборвал меня Блез и ловко оттеснил к стене.

Для вида даже травяной напиток вручил в глиняном стакане, себе тоже взял. Отпил глоток.

— Почему ты решил мне рассказать? — не утерпела я.

Блез пожал плечами:

— Честно? Сам себе удивляюсь. Просто… не могу не рассказать. Там, на площадке, я, глядя тебе в глаза, понял, что обязан…, — Блез расплескал напиток на свой рукав, но словно не заметил. — Ляля, ты расспрашивала меня, бывает ли, что под воздействием проклятия глаза человека меняются. Я потом долго в зеркало смотрел, так ничего и не увидел. Но ты ведь не без причины спрашивала? Скорее всего, это было твоё чисто ведьмовское видение. Думаю, дурное предзнаменование.

— Блез…

— Эмиссар не пытался расширить территорию Пустыни. Он выманивал нас, навязал бой на своих условиях. Ляля, я выжил только потому, что он не пытался меня убить. Он пытался сорвать звезду. Форт вызвал ещё двух охотников. Когда они прибудут, мы выйдем в новый рейд.

— Блез…

— Ляля, я не ищу сочувствия. Я всего лишь хочу, чтобы ты знала, насколько всё плохо на самом деле. Может так случиться, что из форта придётся бежать. Пожалуйста, будь готова.

Вот тебе и весёлый праздник.

Глава 20

Блез меня напугал. Может, он и не хотел, но я слишком прикипела к его семье душой, чтобы остаться равнодушной. От мальчиков Блез скрывал, а мне, как единственной взрослой, доверил правду: следующий рейд не за горами, и рейд будет исключительно опасен. Опасен настолько, что Блез не рассчитывает вернуться живым. Ещё и я своими расспросами про песчаные глаза подлила масла в огонь.

Казалось бы, очевидно, что надо сплести для Блеза защитный талисман, но… Я раскладывала перед собой нити, перебирала их, как всегда перед погружением в медитацию, и ничего не получалось. Я даже понимала, в чём именно «затык»: чтобы сплести талисман, требуется спокойствие, а меня от одной мысли о рейде потряхивать начинает. Ни самовнушение, ни успокоительный отвар, ни попытка заранее продумать узор и рассчитать схему ничего не давали. Безумно глупо, но я блокировала сама себя почище близнецовых ограничителей. К счастью, пока время было на моей стороне.

И у меня была надежда — госпожа Азаран передала, что Донис Гольш, ведьмак, забросивший ремесло и промышляющий ловлей змей, готов со мной встретиться.

В лавку я пришла за полчаса до полудня. Я была готова с ночи караулить, если бы это сработало. Магиня встретила меня не слишком приветливо:

— Ляля, ты ужасно рано! — попеняла она мне.

— Я…

— Проходи!

Ведьмак, когда я вошла, как раз спускался со второго, жилого этажа. Куртки на мужчине не было, только штаны и небрежно накинутая, незастёгнутая рубашка. Главное, Дониса выдавал взгляд — этакий котяра, заполучивший ударную дозу сливок. Оу-оу. Я и правда рано, можно сказать, прервала в самый неподходящий момент. Чёрт! Донис в целом, кажется, всё же доволен, а вот Азаран явно не отказалась бы продолжить.

— Ляля, — поприветствовал меня ведьмак.

Один урок у нас с ним уже был. Ну, насколько можно считать уроком короткую тираду, что инструмент ведьмы — желание, и что у меня получится любая блажь, стоит только искренне захотеть. Главное условие — искренне и со всей страстью, на которую способен.

Вот, например, я бы хотела снять проклятие Пустыни. Очень! Но это желание идёт от ума, а не от сердца. На уровне подсознания, где нет ни долга, ни морали, ни понимание правильного и неправильного, проклятие мне совершенно безразлично. Подумаешь, песок. И что? Включается ум, и я могу целую простыню аргументов выдать, почему лично я заинтересована в уничтожении проклятья, но…

Во время первого и единственного урока, продлившегося аж пять минут, Донис не оставил возможности ни одного вопроса задать и быстро сбежал по делам.

— Мне нужна помощь.

Для начала, Донис единственный, кого я не пытала на тему песчаного видения, а, будучи ведьмаком, он вполне может рассказать что-то интересное.

Мужчина потёр подбородок, задал пару уточняющих вопросов.

— Ты уверена, что тебе не померещилось?

— Более чем.

— Хм… Точно не могу сказать. Не сталкивался. Скорее всего, прав твой Блез — это дурное предзнаменование.

— Вы хотите сказать, что будущее предрешено?

— Н-нет.

— У ведьм и ведьмаков больше предчувствия работают, — вмешалась в разговор Азаран. — За предсказаниями к нам, магам. Ляля… Я бы сказала, что будущее существует в виде намерений. Допустим, ты решишь посмотреть столицу и отправишься в путь. Я предскажу, что ты через некоторое время появишься в городе. Поймала идею?

— Не совсем.

Азаран закатила глаза:

— Давай, чтобы проще, разберём твоё видение. Самое очевидное объяснение, которое напрашивается — Блез превращается в эмиссара.

Я вздрогнула. Именно это мне и сказал Блез. Что исчадие Пустыни, за которым они охотились, не пыталось расширить проклятую территорию, оно пыталось захватит мага. Получается, я увидела зашифрованное в знак намерение эмиссара.

— Беду можно предотвратить?

— Да, конечно. Особенно, если ты знаешь, чем конкретно хочешь воспрепятствовать.

Я кивнула:

— Это вторая проблема. Я хочу сделать талисман, но у меня не получается.

— Значит, не хочешь, — перебил Донис.

— Хочу. От всего сердца хочу.

Ведьмак скривился:

— И в чём же тогда проблема?

Не верит.

— В том, что я боюсь не справиться, и в результате действительно не справляюсь.

Мужчина пожевал губами.

— Да уж, Ляля, угораздило тебя. Сделать любой другой талисман пробовала?

— Пробовала. Не получается. Точнее, зашита для растений и пенька получаются, а остальное — нет.

— Почему получаются? — сразу ухватился он.

Неловко признаваться в меркантильности:

— Денег хочется. Если я не сделаю обновление защиты для проданных растений, зелень погибнет. А люди ведь немало заплатили.

— Наслышан. Ты целый аукцион устроила и хорошенько выпотрошила их карманы, — хмыкнул Донис.

— Не так уж и выпотрошила, — но да, поживилась я неплохо.

Ведьмак задумчиво потеребил гладко выбритый подбородок. Я невольно отметила, что в прошлую нашу встречу у Дониса во все стороны торчала щетина. Надо же, ради Азаран на человека стал похож, а не на лысеющего ежа.

— Бывает, что дар выгорает, — протянул Донис, явно рассуждая вслух, — но это, слава Космосу, не наш случай. Получается, что ключ ко всему —