Королева держит вертикаль - Анна Корнова

Второй год сохнет. У них что-то налаживаться стало, а тут ты. Она отцу поёт, а он Геннадьевичу. У неё отец наш коммерческий директор.

Дарья закончила красить глаза, закрутила тюбик и прошла мимо Влады, красиво покачивая бёдрами.

Весь день Влада сосредоточенно молчала, несколько раз зло одернув Евгения, когда он к ней обращался:

— Не отвлекай меня, пожалуйста. Ты мешаешь сосредоточиться.

Но с работы они ушли, как и обычно, вместе. Сели в машину Влады.

— Тебя какая муха укусила? Февраль, вроде. Мухи спят.

— Женя, нам надо прекращать эту дружбу. Ты молодой парень, тебе надо уделять внимание своим ровесницам. Сколько в офисе хороших девушек! Вот с ними и общайся.

— На кой мне твои девушки! Я же тебе не раз говорил, рано или поздно мы будем вместе. И какая разница кому сколько лет — встречаются мужчина и женщина, а это важнее паспортных данных.

— Я ипотеку брать собралась, мне работу терять нельзя, а тут разговоры ненужные пошли. Геннадьевич, того гляди, аморалку припишет.

Влада не могла пересказать Евгению слова Дарьи — её поклонник не умел держать язык за зубами, наверняка, начнутся объяснения с Настей, и к чему это приведёт, не хотелось даже думать.

— Ну, и кто из нас взрослый? Ты девчонка-школьница: вдруг где-то кто-то что-то скажет. Но если тебя это почему-то напрягает, давай в офисе я к тебе подходить не буду, — и безо всякого перехода, — а теперь поехали ко мне.

Влада нахмурилась. Как объяснить человеку, искреннему, открытому, что работа ей очень нужна, а вот он ей совершенно не нужен. Ну, работают в одном коллективе, общаются ежедневно, но он просто коллега, с которым у неё хорошие дружеские отношения. Он даже не друг, он не занимает важного места в её жизни, он приятель. Уйдет кто-то из них с этой работы, и прекратится это приятельство.

— Приехали, Женя. Выходи, — автомобиль остановился у метро.

Дома Влада набрала ванную. Хотелось забыть события последних дней, лежать в тёплой воде и думать о том, что где-то есть человек, такой, ради которого можно было бы бросить всё и поехать куда угодно, хоть в Красноярск.

Глава 15

Февральский снег утратил праздничную белизну, внезапные оттепели сменялись гололедом и метелями. Так же неожиданно, как погода, менялось настроение, то замирала душа в весеннем предчувствии счастья, то сжималась от обид и раздражения.

— Работу опять начала искать, — рассказывала Влада Полине, — чтобы из этого дурдома выбраться.

— Неужели настолько серьезно, что с работы уходить приходиться? — Полина удивлённо округляла глаза.

Подруги сидели в своем любимом кафе после очередного похода за подарками, на этот раз к празднику Восьмого марта. Предварительно несколько раз проговорив, что нет большей глупости, чем женщине поздравлять другую с Женским днём, они всё-таки отправились за покупками, ведь мамам приятное сделать надо, и себе, и ещё некоторым… Влада сразу заметила перемену в Полине — беспокойный взгляд, рассеянность, от недавно счастливой женщины не осталось и следа. Поинтересовалась, как идёт подготовка к переезду в Красноярск, но подруга, ответив что-то невнятное, стала усиленно расспрашивать о делах на работе.

— Если просто рассказывать — ерунда. Один с любовью пристаёт, другая ревнует, а меня начальство гнобит, — описывала Влада обстановку.

— А серьёзно поговорить с твоим поклонником нельзя? — продолжала расспросы Полина.

— Нельзя, он не слышит. Вбил себе в голову, что я циничная дама, считающая любовь вселенским заговором изготовителей валентинок. Но он готов и сумеет растопить холод и лёд — короче, несёт такую пургу второй месяц. А какое шоу он четырнадцатого февраля устроил — вся компания от этих шариков тащилась.

— Неужели ещё есть такие романтики, — вздохнула Полина.

— Я тебя умоляю! У него в телефоне записная книжка от девичьих номеров лопается. А тут взрослая тётка почему-то не даёт. Вот уязвленное самолюбие его и мучит.

— Так, может, и ничего: молодой, влюблённый, романтичный. Или он совсем тебе никак?

— Полин, я про то, как он мне, даже не задумывалась. По нему дочка топ-менеджера сохнет. Скромная такая, некрасивая, меня тихо ненавидит, интригует, чтобы я ушла. Мне ей очень хочется сказать: «Беги от него, дурочка. Побереги свою жизнь». Но ведь тоже не услышит. Ладно про меня, давай о себе: ты чего такая?

Полина потупилась. Она не знала, как рассказать о том, что в её жизни происходит.

— Я Денису сказала, что полюбила другого и ухожу к нему, — Полинка замолчала, вспоминая ту сцену. Было видно, что рассказ ей дается с трудом. — Сначала молчал, пошёл в спальню, лёг, а часа через два вскочил и как заорал на меня, потаскухой называл, ну, и всякое такое. Я даже не ожидала, что он на такие эмоции из-за меня способен тратиться. Это неделю назад было. А на следующий день пришел домой с цветами и говорит, что сам во всем виноват, что я ему нужна, что любит, сказал, что самое страшное для него — меня потерять. Вечерами с нами сидит, с ребятами разговаривает, вчера мы мультики вчетвером смотрели.

— То есть вы восстановили нормальные отношения.

— Влада, ты что — не понимаешь! — губы Полины дрожали. — Роман ждёт, я ему обещала приехать. Каждый день спрашивает, поговорила ли я с мужем. Сам прилететь хочет. Я его очень люблю. Он такой, каких больше нет. Но с Денисом мы двенадцать лет прожили. Он нас любит. Как я мальчишек без отца оставлю.

— Конечно, семья — это святое. Я тебе сама говорила: не руби с плеча. Только учти, как только Денис твой поймёт, что ты никуда от него не денешься, всё будет как прежде. И ты опять будешь жаловаться, что ты ему не нужна, что дети его раздражают.

— Ты считаешь, что надо уехать в Красноярск? — Полина с надеждой смотрела на Владу. Так хотелось готового решения, но где его взять!

— Как я могу так считать? — Влада пожала плечами. — Только ты понимаешь, что тебе дороже. Да и неизвестно, как с Романом сложится, может, пройдёт это наваждение, и будешь себя ругать. Здесь разрушишь — там не построишь. Тем более, ты ребят с собой заберешь.