Игра контрастов (СИ) - Рей Полина

Настойчивый звонок мобильного вернул Макса из размышлений, напоминая, что в мире, помимо пения соловья и июньского заката есть ещё и какая-то другая жизнь, в которой существует...

- Игорь, - Максим нахмурил брови, ответив на звонок и бросив быстрый взгляд на часы. – Ты ещё не в Москве?

- Нет, самолёт ночной сегодня, - голос на том конце был тихим и каким-то усталым. – Ты занят?

- Да нет, не занят, - Макс пожал плечами, хотя, этого жеста Игорь, разумеется, видеть не мог. – Я на даче у отца.

- Один?

- Пока да.

- Окей. Диктуй адрес, я подъеду минут на пятнадцать, ты же поговорить хотел.

- Это за городом.

Макс быстро подошёл к окну и закрыл его, чувствуя, что в комнате стало на несколько градусов холоднее. Согласиться на приезд Игоря, наверное, безумие. Отказаться – тоже глупость, ведь Макс сам хотел этого разговора.

- Я на машине, если ты помнишь.

- Помню, - Макс снова бросил быстрый взгляд на часы. Аня сказала, что приедет позже, значит, Игорь вполне мог успеть уехать до того, как она появится здесь. – Хорошо, жду, но у меня мало времени.

- Диктуй адрес, деловой ты мой, - в голосе Игоря слышалась холодная насмешка, но Макс предпочёл не замечать её. Сегодня он сделает первый шаг в новую жизнь. Если бы он знал, каким будет этот шаг, он бы никогда не ответил на злополучный звонок.

Порой Ане не верилось, что всё происходящее – не плод её воображения. Могла ли она ещё год назад сказать, что её жизнь изменится и совсем скоро появится тот, кто переменит не только её отношение к мужчинам, но и вообще всё существование в принципе? Могла ли поверить в то, что настанет момент, когда она будет вертеться перед зеркалом и придирчиво осматривать себя, чтобы точно быть уверенной в том, что Максу понравятся её новые джинсы?

Нет, ни год, ни даже полгода назад Аня в подобное поверить не могла, оттого ощущение обретённого счастья казалось хрупким и нереальным. Надев короткую кожаную куртку, Аня подхватила со стула шлем и сумку, посмотрела на наручные часы и обулась. Ей удалось освободиться пораньше, но Максу сообщать об этом она не стала, решив сделать сюрприз. Полчаса назад Ане позвонила Саша, которая попыталась осторожно выяснить о том, где они с Максом будут проводить эти выходные, и этот разговор всё не шёл у Ани из головы. Саша была встревожена и пыталась скрыть это за показной беззаботностью. А всё, скорее всего, из-за чёртова Игоря, которого Аня начинала ненавидеть всем своим существом. Для Ани это было чувство, которое она испытывала редко, но, что называется, метко.

Аня положила сумку в багажник, надела шлем и уселась на мотоцикл. Мысли об Игоре, как отравляющая кровь зараза, расползлись по венам, не давая думать ни о чём другом. Сначала Аня уговорила саму себя, что она сможет перетерпеть, сможет дать Максу то время, о котором он просил. Но каждая ночь, нет, даже каждая минута ночи, которую Максим проводил у Игоря, убивала её. Скручивала вены в жгуты, уничтожала уверенность Ани в том, что она всё же вытерпит это. После она вновь говорила себе, что всё это только ради Макса, всё это лишь на время. А после подобные ночи повторялись вновь и вновь. И Аня чувствовала, что ещё немного, и она сорвётся.

Её сердце заколотилось как бешеное, стоило только увидеть машину Игоря, которая стояла рядом с воротами дачи Макса, которые были распахнуты. Аня въехала во двор, игнорируя желание тут же развернуться и помчаться обратно. В голове возникла фраза Макса о том, что Игоря в Питере быть уже не должно, а после мозг напрочь отказался мыслить здраво. Прямо на террасе стоял Макс прижатый телом Игоря к стене дома. Дёрнув руль мотоцикла и разворачивая его на сто восемьдесят градусов, Аня в последний момент успела выставить ногу, чтобы не рухнуть на землю. Из-под колёс полетели фонтаны земли вперемежку с травой. Кто-то что-то кричал, но она не слышала ничего, уши заложило ватной тишиной, а тело отказалось подчиняться. Доля секунды, и она не справилась с управлением, а мотоцикл завалился набок.

Вскочив на ноги и развернувшись к Максу, оказавшемуся рядом, Аня закричала, выставляя перед собой руки, как последнюю хрупкую защиту:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Не подходи ко мне! Не трогай!

Невидящий взгляд прошёлся по любимому лицу, рождая внутри вихрь эмоций, среди которых так явно ощущались нотки истерики.

- Аня, послушай!

- Нет! К чёрту всё, Макс, слышишь? К чёрту! Это безумие! – она пыталась убедить и себя саму, и Макса в том, что происходящее является сумасшествием. Эти их с Игорем объятия, то, что она является во всём этом третьей лишней. Это и вправду было самое настоящее сумасшествие.

- Аня, я прошу, послушай!

- Это безумие, - Аня не выдержала и расплакалась, стирая слёзы рукавом куртки. – Безумие!

- Аня, я люблю тебя!

Макс произнёс впервые то, что она так хотела от него услышать, но от чего же теперь эти слова казались такими неправильными? Не от того ли, что внутри так жгло от боли? Ей не раз делали больно. Настолько больно – не делали никогда.

- Да? – Аня буквально подлетела к Максу и вцепилась пальцами в его футболку. Заговорила быстро, чтобы не передумать и всё же сказать жестокие слова, чтобы Максиму было хотя бы вполовину также мерзко, как было мерзко сейчас ей. – А когда ты задницу ему подставляешь, тоже меня любишь?!

Он отшатнулся, и Аня лишь в последний момент удержалась от того, чтобы шагнуть к нему и сказать, что она неправа, что она тоже любит его и они вместе, как и раньше, смогут справиться с чем угодно. Но сейчас не было так, как раньше. В нескольких метрах от них стоял Игорь, наблюдающий за разворачивающимся действом с ленивым интересом.

- Не ищи меня, Макс, слышишь? Больше никогда в жизни. Никогда! – выкрикнув эти слова, Аня подняла с земли мотоцикл, перебросила через него ногу и помчалась в сторону ворот. Её душили рыдания, а по лицу безостановочно текли слёзы, которые выворачивали наизнанку. Она оставляла Макса там, где он сам хотел быть – рядом с Игорем. В борьбе с этим мужчиной Аня всегда была на стороне проигравших, и сейчас наступил тот момент, когда она сама хотела там и оставаться.

Сердце Макса колотилось как сумасшедшее. Всё случившееся каких-то пару минут назад, не укладывалось в голове. Это был дурной сон наяву, страшный кошмар, вдруг ставший частью жизни. Макс повернулся и направился к Игорю, испытывая желание сделать хоть что-то, чтобы проснуться. Ну, не могло это быть частью реальности – просто не могло.

- Проблемы? – в голосе Игоря, спустившегося с крыльца террасы, слышалась насмешка. Макс чертыхнулся, проходя мимо к дому, и бросил на Игоря взгляд, полный злости.

- Никаких проблем, - буркнул он, заходя в дом и начиная расхаживать по комнатам в поисках куртки. Перед глазами всё ещё стояло лицо Ани, а в ушах звенели её выкрики, полные истеричного надрыва. Он просто обязан догнать её и всё объяснить.

Макс выключил свет, вышел на улицу и запер дом, с удивлением наблюдая за тем, как Игорь прохаживается по двору, явно ожидая, пока он присоединится к нему.

- Игорь, у меня нет времени сейчас говорить о чём-то, мне нужно домой.

- Я и остался, чтобы тебя отвезти. Разве можно в таком состоянии за руль? – Игорь распахнул дверцу БМВ и почти что впихнул Макса на пассажирское сидение, через несколько секунд устроившись рядом. – Видел, как Аня с управлением не справилась?

Он произнёс это будничным тоном, а у Макса всё внутри похолодело. Он совсем не подумал о том, что с ней может что-то случиться.

- Какого, б*я, чёрта? – не выдержал Макс, поворачиваясь к Игорю и начиная задыхаться от липкого страха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Тише-тише, - Игорь плавно отъехал от ворот дачи, беря направление в сторону шоссе. – Орать и материться будешь у себя дома. Здесь ты в гостях у меня, - он лениво прикурил и бросил на Макса взгляд, который был знаком Максиму до чёрточки. Два бездонных чёрных колодца с плещущимся в глазах безумием.

- Куда мы едем?

- Ты же хотел домой. Я тебя отвезу домой, - Игорь пожал плечами и подмигнул Максу. – Да не бойся ты, если девчонка влетела куда-нибудь, увидим по дороге, - он рассмеялся тихим безумным смехом, и Макс плотнее вжался в кресло, проклиная себя на чём свет стоит, за то, что пошёл на поводу у Игоря.