Притворись, что ты моя - Люси Скоур

здесь огнестрельное оружие. В доме она не заметила ни одного ружья. Более чем вероятно, что он спрятал оружие в безопасном месте, под замком.

Остаток утра Харпер энергично убиралась в доме. Она открыла окна, чтобы впустить свежий весенний ветерок, подметала прочные деревянные полы и вытирала пыль с мебели. Она сложила и убрала две стопки белья и перестелила постель.

Она сметала прошлогодние листья с крыльца дома, мечтая о сэндвиче с холодным ростбифом, который собиралась приготовить себе на ланч, когда кто-то окликнул ее по имени.

На аллее стояла миниатюрная брюнетка. Вокруг шеи у нее был повязан яркий цветастый шарф.

– Простите за беспокойство, но Тай сказал, где я могу найти вас.

Харпер прислонила метлу к перилам.

– Глория, верно?

Брюнетка кивнула.

– Я не была уверена, узнаете ли вы меня. Мы не…

– Официально не знакомы? – подсказала Харпер.

Глория скупо улыбнулась.

– Точно. Я надеюсь, вы не возражаете, что я зашла.

– Отнюдь нет! Твой приход – отличный повод бросить уборку.

Харпер сошла с крыльца.

– Ты не спешишь? Может быть, зайдешь в дом?

– Хм, конечно. Если ты точно не возражаешь.

– Я с удовольствием пообщалась бы. Особенно если ты скажешь, что еще не обедала, потому что я очень голодна.

– О, м-м. Я не знаю, должна ли я…

– Прошу тебя. Я с удовольствием пообщалась бы, – повторила Харпер. Она уже сталкивалась с этим раньше. Когда человека очень долго и систематически лишали права принимать решения, он с трудом делает выбор, когда ему возвращают свободу. Она повернулась и направилась к крыльцу. – Пойдем.

Харпер провела Глорию на кухню. Она взяла из шкафа две тарелки и поставила их на островок.

– Не могла бы ты передать мне хлеб?

Харпер махнула рукой на буханку хлеба, лежавшую на столе, и занялась тем, что стала вынимать из холодильника ингредиенты для сэндвича.

Потом вручила Глории разделочную доску и спелый помидор.

– Можешь нарезать это?

Пока Глория аккуратно нарезала помидор, Харпер начала делать сэндвичи.

– Ты любишь ростбиф?

– Конечно. Но правда не стоило беспокоиться.

Харпер намазала ломти хлеба майонезом.

– Ну, ты же мне помогаешь. Так что привело тебя в немеблированную обитель Люка?

Тихий смех Глории разнесся по кухне.

– Обстановка спартанская.

– Не знаю, то ли ему нравится минимализм, то ли как.

– Боязнь серьезных отношений.

– Видимо, даже тогда, когда речь идет о мебели, – согласилась Харпер. Она протянула Глории тарелку с сэндвичем и маринованным огурчиком. – Воды или содовой?

– Воды, пожалуйста.

Харпер наполнила два стакана водой и присоединилась к Глории у островка. Несколько минут они с удовольствием ели молча, сидя бок о бок.

– Харпер, я просто хотела сказать тебе спасибо, – вдруг сказала Глория.

– Пожалуйста, но это просто сэндвич.

– Не только за сэндвич, который, между прочим, очень вкусный. За помощь с Гленном у бара. Это продолжалось так долго, или, по крайней мере, я позволяла продолжаться этому так долго, что мне казалось, что на меня все перестали обращать внимание. Чтобы понять, что это нужно прекратить, мне потребовалось оказаться в ситуации, когда по моей вине пострадал другой человек. И я прошу прощения за это.

Харпер провела пальцем по потускневшим синякам у себя на лице.

– Оно того стоило, если ты сможешь начать жить заново, так, как тебе хочется. Как ты себя чувствуешь?

– Нормально. – Глория толкнула огурчик по тарелке. – Я теперь живу со своей матерью. И написала заявление.

Взяв сэндвич, Глория откусила еще кусочек.

– Ты поступила очень смело.

– Это было бы смело, если бы я сделала это несколько лет назад.

– Жизнь бежит очень быстро. В ней нет места для всяких если бы да кабы, – сказала Харпер, похлопывая Глорию по руке.

– Иногда я только об этом и думаю. Как сложилась бы моя жизнь, если бы я поступила в колледж и никогда не встречалась бы с ним.

Харпер кивнула.

– Может быть, теперь у тебя появился шанс. Понять, какой была бы твоя жизнь без него.

– Это сложно. На самом деле у меня не осталось ни одной подруги. Наверное, нелегко дружить с тем, кто снова и снова принимает неверные решения. В конечном счете каждый должен решить, стоит ли игра свеч.

– Так что ты теперь намерена делать?

– Я собираюсь найти работу, жилье и жить достойно.

– По мне, так это хороший план. Могу я чем-то помочь тебе?

– Не хочешь стать моей подругой? Я пойму, если ты откажешься, учитывая, что из-за меня ты получила кулаком по лицу.

– Я разбила лицо по своей воле, а взамен получила право просыпаться, глядя в красивые глаза Люка Гаррисона. Думаю, я обязана тебе вечной дружбой.

Глория засмеялась.

– Я училась в школе вместе с Софи и Люком. Он хороший парень.

– Да, хороший, – кивнула Харпер.

После ланча она проводила Глорию до двери.

– Мне было очень приятно поближе познакомиться с тобой, – сказала Глория. – И еще раз, на всякий случай, спасибо и прости меня.

– Повторяю, нет никакой необходимости в благодарностях или извинениях. Я рассчитываю стать твоей лучшей подругой, мы могли бы где-нибудь поужинать в ближайшее время, – сказала Харпер, открывая входную дверь.

– Кто говорил об ужине? – раздался мужской голос с крыльца. Приземистый мужчина в шортах и кроссовках в один прыжок преодолел ступеньки. У него были густые темные волосы, завивающиеся на концах, а лицо расплывалось в белозубой улыбке.

Харпер заметила, как порозовели щеки Глории.

– Привет, Альдо, – смущенно проговорила она.

Он снял темные очки.

– Привет, Глория. Как дела?

Она покраснела еще сильнее.

– Должно быть, ты – Альдо, поскольку Глория назвала тебя так, – сказала Харпер, протягивая ему руку.

– А ты, наверное, та самая знаменитая Харпер. – У него было крепкое и теплое рукопожатие. – Я подумал, дай зайду, пока моего лучшего друга нет в городе, и узнаю, почему он забыл упомянуть, что живет с девушкой.

– И убедиться, что я не психопатка?

– Слышала поговорку? Сам погибай, а товарища выручай.

– По правде сказать, с этой я не знакома. Это что-то вроде экзамена для меня?

– Почему бы мне не проэкзаменовать тебя за ужином? В понедельник. Здесь. Я приготовлю бургеры и хот-доги.

– Глория, по-моему, мне следует убедиться, что этот джентльмен действительно является другом Люка, прежде чем дать согласие на то, чтобы он готовил ужин у него в доме.

Глория кивнула.

– Они дружат.

– С начальной школы, – добавил Альдо.

– Этого для меня вполне достаточно. Глория, ты сможешь прийти сюда в 7 часов?

Судя по лицу, Глория колебалась.

– Пожалуйста, пообещай, что принесешь свой яблочный пирог. Я буду твоим рабом до конца жизни, – попросил Альдо, пожимая ее тонкую ладонь.

Глория закусила губу.

– Я